Битва гектора и ахиллеса у стен трои
Ахилл и Гектор. Питер Пауль Рубенс (1577-1640)
Долго преследовал Ахилл бога Аполлона. Наконец, остановился бог-стреловержец и открыл Ахиллу, кого он преследовал. Гнев овладел Ахиллом. С какой радостью он отомстил бы Аполлону, если бы мог! Бросил преследование сын Пелея и вновь устремился к стенам Трои. Несся по полю к стенам Трои Ахилл, подобный сверкающей звезде, той звезде, которая ярко горит на осеннем небе. Сириус зовут ее люди, несчастья сулит она смертным. Увидал старец Приам приближающегося к стенам Трои Ахилла и в страхе стал молить Гектора:
Молила Гектора укрыться в Трое и мать его, престарелая Гекаба. Она напомнила сыну, как кормила она его в детстве, как ласкала его. Неужели будет убит на ее глазах Гектор и не оплачет его ни она, ни Андромаха, а труп его будет растерзан псами у кораблей мирмидонян?
Все ближе и ближе был Ахилл. Страх овладел Гектором, и пустился он бежать от грозного сына Пелея вокруг Трои. За ним, подобно ястребу, который гонится за слабой голубкой, несся бурный Ахилл. Три раза обежали герои вокруг Трои.
В бурном беге неслись герои. Несколько раз хотел Гектор укрыться у стены, чтобы дать троянцам возможность отразить стрелами сына Пелея, но Ахилл не подпускал его к стене. Уже давно настиг бы сына Приама великий Ахилл, если бы не вдохнул сил Гектору бог Аполлон. Когда в четвертый раз пробегали герои мимо ключей Скамандра, бросил на золотые весы бог-громовержец два жребия смерти, один – Ахилла, другой – Гектора. Опустился жребий Гектора к царству мрачного Аида. Покинул Гектора бог Аполлон, а к Ахиллу приблизилась богиня Афина-Паллада. Она повелела герою остановиться и обещала ему победу над Гектором. Сама же богиня, приняв образ брата Гектора, Деифоба, явилась Гектору. Она убедила его сразиться с сыном Пелея, обещая помочь. Остановился Гектор. Сошлись герои. Первым воскликнул Гектор:
– Не буду я больше, сын Пелея, искать спасения в бегстве! Сразимся же и посмотрим, ты ли убьешь меня или же я одержу победу. Но призовем в свидетели богов перед боем! Я обещаю не бесчестить твое тело, если даст громовержец мне победу. Исполни и ты этот договор.
Но грозно ответил ему Ахилл:
– Нет! Не предлагай мне договоров, ненавистный враг! Как невозможен договор между львом и людьми или между волками и овцами, так невозможен он и между нами. Нет! Соберись со всеми силами, вспомни все свое искусство в ратном деле. Нет тебе спасения! Ты заплатишь мне за пролитую тобой кровь моего друга Патрокла и других моих друзей, убитых тобой.
Могучей рукой Ахилл бросил свое копье в Гектора. Припал к земле Гектор и этим избежал смертоносного удара. Афина-Паллада быстро схватила копье Ахилла и подала его опять герою. Ударил Гектор копьем в середину щита Ахилла. Но, как легкая трость, отскочило копье от щита, выкованного богом Гефестом. Не было у Гектора другого копья. Потупил он очи и громко стал звать на помощь Деифоба. Но уже не было его. Понял Гектор, что обманула его Афина-Паллада, понял, что суждено ему погибнуть. Выхватив меч, бросился Гектор на Ахилла. Ринулся на Гектора и Ахилл; могучей рукой поразил он его копьем в шею. Упал на землю смертельно раненный Гектор. Он мог лишь сказать еще несколько слов торжествующему Ахиллу:
– Я заклинаю тебя, Ахилл, твоей жизнью и твоими родными, не отдавай моего тела на растерзание мирмидонским псам, возврати мое тело отцу и матери, за него они дадут несчетный выкуп.
– Нет! Напрасно ты, презренный пес, умоляешь меня! – ответил Ахилл. – Я бы сам растерзал твое тело, если бы покорился гневу, пылающему во мне. Никто ни отгонит от твоего тела псов, хотя бы и предлагали мне за это самые пышные, богатые дары, если бы даже дали мне столько золота, сколько весишь ты сам. Никогда не оплачут твой труп Приам и Гекаба!
– О, я знал, что ты не тронешься моей мольбой. В груди твоей железное сердце. Но страшись гнева богов! Он постигнет и тебя! Сразит тебя стрелой Парис с помощью бога Аполлона у Скейских ворот.
Умер с этими словами Гектор. Отлетела, сетуя на горькую долю, душа его в царство мрачного Аида.
Созвал, торжествуя победу, Ахилл всех греков. Дивились они на могучий рост и красоту распростертого на земле Гектора. Каждый из подходивших пронзал труп Гектора копьем. Теперь легко было поразить его; не так было в то время, когда Гектор поджигал корабли греков.
Ужасное дело замыслил торжествующий Ахилл. Проколов на ногах Гектора сухожилия, продел он крепки ремень сквозь сухожилия и привязал труп за ноги к колеснице. Вскочил он на нее, высоко подняв доспехи, снятые с Гектора, и погнал коней по полю. По земле волочилось тело Гектора за колесницей. Пыль поднялась на поле. Почернела прекрасная голова Гектора от пыли, бьется она о землю.
Увидала Гекуба со стен Трои, как позорит Ахилл труп ее сына. Рвет она в горе седые волосы и бьет себя в грудь, сорвав покрывало. Горько рыдает Приам. Он просит пустить его в поле, он хочет молить победителя Ахилла сжалиться над ним, старцем, вспомнить отца Пелея, такого же старца, как и он. Услыхала горестные вопли троянцев и Андромаха. В страхе выронила она челнок из рук. Побежала Андромаха на стены и с них увидала тело мужа, влачащееся по пыли за колесницей Ахилла. Без чувств упала на руки троянок несчастная жена Гектора. Спало с нее драгоценное покрывало, дар Афродиты, рассыпались ее волосы. Придя в себя, громко зарыдала она. Теперь никого не осталось у нее на свете. Осиротел и прекрасный сын ее Астианакс. Несчастным сиротой будет расти он, никто не защитит его от обиды. Невыразимое горе раздирало сердце Андромахи. Громко рыдали вокруг нее все троянки. Погиб великий защитник Трои.
36. Подвиги Ахиллеса
Гефест кует Ахиллесу доспехи. Поняла Фетида, что срочно нужны сыну доспехи, помчалась на Олимп, во дворец Гефеста. Непревзойденным кузнецом был он, уважал и чтил Фетиду. Спасла она когда-то этого бога от гнева Геры и знала, что ни в чем он ей не откажет. Попросила Фетида за ночь выковать доспехи сыну. Согласился бог, тотчас взялся за работу. К утру доспехи были готовы; никогда не видели люди ничего подобного. Блестели они, как яркое пламя, а на щите были изображены земля и небо, море и звезды, города, люди, животные. Только бог мог создать такую красоту.
Едва занялась заря, принесла Фетида доспехи Ахиллесу. Решил он немедленно идти в бой с троянцами. Но перед тем собрал греков на народное собрание, и там примирились они с Агамемноном. Признал царь, что был не прав перед Ахиллесом, передал все дары, которые обещал, и вернул Брисеиду.
Начало поединка. Вышли греки в поле, грозны и мужественны были их ряды. Выехал в поле и Ахиллес на своей колеснице, гневом горели его глаза, но сердце было исполнено печали. Разрешил Зевс и богам участвовать в бою: Гера, Афина, Посейдон, Гермес и Гефест немедленно присоединились к грекам; Артемида, Афродита, Арес и Аполлон стали на сторону троянцев.
И вот сошлись войска. Такой битвы еще не было под стенами Трои! Ведь сражались в ней не только люди, — сами боги бились друг с другом! Словно неистовый пожар, свирепствовал Ахиллес. Кровью были залиты его руки, дробились под копытами его коней щиты, шлемы, тела. Не знал он пощады, никто не мог избежать губительного копья Ахиллеса. Никак не мог он встретиться лишь с Гектором, — всякий раз окутывал Аполлон мраком троянского героя и отводил от него удары. Но пробил час Гектора, не в силах был изменить его судьбу Аполлон и отошел в сторону.
Один на один остался Гектор с Ахиллесом. Страх овладел сыном Приама, и бросился он бежать вокруг стен Трои; Ахиллес несся за ним подобно ястребу. Трижды обежали герои вокруг города, и тут явилась Ахиллесу Афина Паллада, приказала остановиться и обещала победу над Гектором. Приняла она образ Деифоба, брата Гектора, и убедила его сразиться с Ахиллесом, обещая помочь в бою. Остановился Гектор, обернулся навстречу своему смертельному врагу. Но прежде, чем начать бой, молвил он, обращаясь к Ахиллесу: “Одному из нас суждено погибнуть в поединке. Обещаю я не бесчестить твое тело, если даст громовержец победу. Обещай же и ты!” Грозно ответил ему Ахиллес: “Нет! Невозможен договор между нами, как невозможен он между людьми и львами или овцами и волками! Нет тебе спасения! Заплатишь ты мне за пролитую кровь Патрокла!”
Привязал он тело Гектора за ноги к своей колеснице и с победным кличем погнал ее вдоль стен Трои. Громко рыдали все троянцы, видя, как раздирают камни тело того, кто еще недавно был опорой Трои, ее главной надеждой.
Приам просит тело Гектора. Победив Гектора, устроил Ахиллес пышные похороны Патрокла. Целую ночь горел погребальный костер героя, высокий курган насыпали ахейцы над его прахом. А тело Гектора оставалось непогребенным. Не нравилось это богам, — нечестиво поступал Ахиллес с побежденным врагом. И вот отправил Зевс Фетиду к сыну передать волю бессмертных, чтобы отдал он тело Гектора его родителям. Одновременно вестница Зевса, Ирида, отправилась к Приаму и повелела везти Ахиллесу богатый выкуп. Сам Гермес проводил Приама в греческий лагерь, сделав его невидимым для греков. Вошел Приам в шатер Ахиллеса, упал перед ним на колени и молил: “О, великий Ахиллес! Вспомни своего отца, такого же старца, как и я! Может быть, и его город осадили сейчас враги, и некому его защитить. Я же потерял почти всех своих сыновей, вот и Гектор сражен твоей рукой! Сжалься надо мной! Я и так убит и унижен, ведь нет муки горше, чем целовать руки убийце моих детей!”
Вспомнил тут Ахиллес об отце, подумал, что и самому вскоре суждено погибнуть. Горько заплакал Ахиллес, и плакали они вдвоем, каждый о своем горе.
А потом приказал Ахиллес омыть тело Гектора и одеть его в драгоценные одежды. Обещал он Приаму, что не будут греки возобновлять битвы столько времени, сколько необходимо троянцам для похорон своего величайшего героя, и отпустил троянского царя с миром. Громко рыдали троянцы, когда Приам с телом своего сына на колеснице въехал в городские ворота. Плакали все, даже сама Елена! Никто не любил ее в Трое, только от Гектора не слышала она ни одного злого слова, и вот погиб единственный ее друг. Похоронили троянцы своего могучего защитника, и стало ясно, что дни великого города сочтены.
Смерть Ахиллеса. Страшным гневом пылал Ахиллес, ежедневно сражался он с троянцами, души многих героев отправил в мрачный Аид, но не суждено было ему взять город. Вскоре после гибели Гектора, когда Ахиллес истреблял троянцев у самых крепостных ворот, явился Парису Аполлон. Не участвовал в сражении царевич, боялся он Ахиллеса. Стоял на городской стене с луком в руках и оттуда поражал стрелами ахейцев. Многие пали от стрел, выпущенных Парисом. Лишь одного Ахиллеса они не брали: ведь был он неуязвим. Знал Аполлон, что только в пятку можно сразить Ахиллеса, и направил в нужное место полет стрелы. Просвистела она в воздухе и вонзилась герою в пятку. Упал Ахиллес на землю. Бросились на него троянцы, но сумел герой подняться и еще немало врагов истребить, а потом покинули его последние силы; и снова упал он, на этот раз навсегда. Жестокая сеча закипела вокруг его тела. Как совсем недавно выносили из боя Патрокла, так теперь выносили и Ахиллеса. Нес его могучий Аякс, а защищал, отбиваясь от троянцев, Одиссей.
В одном месте с Патроклом похоронили Ахиллеса; сами Музы пели в его память погребальный гимн. Еще выше насыпали курган, далеко был он виден с моря, свидетельствуя о славе почивших под ним героев.
Спор из-за доспехов Ахиллеса. Остались после Ахиллеса чудесные доспехи. Повелела Фетида отдать их тому, кто больше всех отличился, защищая его тело. Но кому — Аяксу или Одиссею? Возник спор между героями, и решили рассудить его при помощи жребия. Сплутовали Менелай и Агамемнон, подменили жребий Аякса, и получил доспехи Одиссей. Опечалился Аякс. Ушел в свой шатер, задумав отомстить обидчикам.
► Читайте также другие темы главы V «Троянская война и ее герои» раздела «Боги и герои древних греков»:
► Перейти к оглавлению книги Мифы народов Европы и Америки
masterok
masterok Мастерок.жж.рф
Хочу все знать
Фильм «Троя» с Брэдом Питом мне нравится. Круто снято, качественные битвы, режиссерская и операторская работа на пять баллов. Конечно с точки зрения исторического соответствия, или точнее сказать соответствия произведениям Гомера и мифам древней Греции там много чего перепутано. Вот например в фильме показано, как Ахиллес выбирается из «троянского коня» и бежит за Еленой. Но ведь согласно греческим мифам такого совершенно не могло случиться.
Сегодня известно, что крупное военное столкновение союза ахейских государств с городом Троя (Илион), расположенном на берегу Эгейского моря, произошло между 1190 и 1180 (по другим данным, около 1240 года до н.э.) годами до нашей эры.
Первыми источниками, рассказывающими об этом сколь легендарном, столь и ужасном событии, были поэмы Гомера «Илиада» и «Одиссея». Позже Троянская война явилась темой «Энеиды» Вергилия и других произведений, в которых история также переплелась с вымыслом.
Согласно этим произведениям поводом к войне явилось похищение Парисом, сыном троянского царя Приама, прекрасной Елены, жены царя Спарты Менелая. По призыву Менелая связанные клятвой женихи, известные греческие герои, пришли ему на помощь. По «Илиаде», освобождать похищенную отправилось войско греков, ведомое микенским царем Агамемноном – братом Менелая.
Попытка путем переговоров добиться возвращения Елены потерпела неудачу, и тогда греки начали изматывающую осаду города. Участие в войне принимали и боги: Афина и Гера – на стороне греков, Афродита, Артемида, Аполлон и Арес – на стороне троянцев. Троянцев было в десять раз меньше, однако Троя оставалась неприступной.
Единственным источником для нас может служить лишь поэма Гомера «Илиада», но автор, как отмечал греческий историк Фукидид, преувеличил значение войны и приукрасил ее, а потому к сведениям поэта надо относиться весьма осторожно. Однако нас прежде всего интересуют боевые действия и приемы ведения войны в тот период, о чем Гомер рассказывает довольно подробно.
Итак, город Троя был расположен в нескольких километрах от берега Геллеспонта (Дарданеллы). Через Трою проходили торговые пути, которыми пользовались греческие племена. Видимо, троянцы мешали торговле греков, что заставило греческие племена объединиться и начать войну с Троей, которую поддерживали многочисленные союзники, из-за чего война затянулась на долгие годы.
Троя, на месте которой сегодня находится турецкое местечко Гиссарлык, была обнесена высокой каменной стеной с зубцами. Ахейцы не решались штурмовать город и не блокировали его, поэтому боевые действия проходили на ровном поле между городом и лагерем осаждающих, который располагался на берегу Геллеспонта. Троянцы иногда врывались в лагерь противника, пытаясь зажечь греческие корабли, вытащенные на берег.
Подробно перечисляя корабли ахейцев, Гомер насчитал 1186 судов, на которых было перевезено стотысячное войско. Несомненно, число кораблей и воинов преувеличены. Кроме того, надо учесть, что эти корабли были просто большими лодками, ибо их легко вытаскивали на берег и довольно быстро спускали на воду. Такой корабль не мог поднять 100 человек.
Скорее всего, у ахейцев имелось несколько тысяч воинов. Возглавлял их Агамемнон, царь «многозлатых Микен». А во главе воинов каждого племени стоял свой вождь.
Воины низшей иерархии были вооружены хуже: они имели копья, пращи, «секиры двуострые», топоры, луки со стрелами, щиты и являлись опорой для своих вождей, которые сами вступали в единоборство с лучшими воителями Трои. Из описаний Гомера можно представить обстановку, в которой проходило единоборство.
Происходило это так.
Противники располагались недалеко друг от друга. Боевые колесницы выстраивались в ряд; воины снимали свои доспехи и складывали их рядом с колесницами, затем усаживались на землю и наблюдали за единоборством своих вождей. Единоборствующие сначала метали копья, затем бились медными мечами, которые скоро приходили в негодность.
К бою колесницы и пехота размещались в определенном порядке. Боевые колесницы выстраивались впереди пехоты в линии с сохранением равнения, «чтобы никто, на искусство и силу свою полагаясь, против троян впереди остальных в одиночку не бился, чтоб и обратно не правил».
За боевыми колесницами, прикрываясь «выпуклобляшными» щитами, строились пешие воины, вооруженные копьями с медными наконечниками. Пехота строилась в несколько шеренг, которые Гомер называет «густыми фалангами». Вожди выстраивали пехоту, загоняя трусливых воинов в середину, «чтоб и тому, кто не хочет, сражаться пришлось поневоле».
Первыми в бой вступали боевые колесницы, затем «непрерывно одна за другой фаланги ахейцев двигались в бой на троянцев», «молча шагали, вождей опасаясь своих». Первые удары пехота наносила копьями, а затем рубилась мечами. С боевыми колесницами пехота боролась при помощи копий. Участвовали в бою и лучники, но стрела не считалась надежным средством даже в руках отличного лучника.
Такой бой продолжался до наступления ночи. Если ночью достигалось соглашение, то сжигались трупы. Если соглашения не было, противники выставляли стражу, организуя охрану войска, находившегося в поле, и оборонительных сооружений (крепостной стены и укреплений лагеря – рва, заостренных кольев и стены с башнями).
Стража, состоявшая обычно из нескольких отрядов, размещалась позади рва. Ночью высылалась разведка в стан врага с целью захвата пленных и выяснения намерений противника, проводились собрания племенных вождей, на которых решался вопрос о дальнейших действиях. Утром бой возобновлялся.
Примерно так и протекали бесконечные сражения между ахейцами и троянцами. По Гомеру, только на десятый (!) год войны стали разворачиваться основные события.
Однажды троянцы, добившись успеха в ночной вылазке, отбросили противника к его укрепленному лагерю, окруженному рвом. Перебравшись через ров, троянцы начали штурмовать стену с башнями, но вскоре были отброшены.
Позже им все же удалось разбить камнями ворота и ворваться в лагерь ахейцев. Завязался кровавый бой за корабли. Такой успех троянцев Гомер объясняет тем, что в бою не участвовал лучший воин осаждавших – непобедимый Ахилл, рассорившийся с Агамемноном.
Видя, что ахейцы отступают, друг Ахилла Патрокл уговорил Ахилла разрешить ему вступить в сражение и дать свои доспехи. Воодушевленные Патроклом, ахейцы сплотились, в результате чего у кораблей троянцы встретили свежие силы противника. Это был плотный строй сомкнутых щитов «пика близ пики, щит у щита, заходя под соседний». Воины выстроились в несколько шеренг и сумели отразить атаку троянцев, а контратакой – «ударами острых мечей и пик двуконечных» – отбросили их.
На этом завершается «Илиада» Гомера.
После гибели Ахилла грекам было предсказано, что без лука и стрел Геракла, находившихся у Филоктета, и Неоптолема, сына Ахилла, Трою им не взять. За этими героями было послано посольство, и они поспешили на помощь соотечественникам. Филоктет стрелой Геракла смертельно ранил троянского царевича Париса. Одиссей и Диомед убили спешившего на помощь троянцам фракийского царя Реса и увели его волшебных коней, которые, по предсказанию, попав в город, сделали бы его неприступным.
Дальше – больше. Одиссей и Диомед проникли в Трою и похитили из храма Афины палладий, защищавший город от врагов. Но мощные оборонительные стены Трои оставались неприступными.
И тогда хитроумный Одиссей придумал необычайную военную хитрость…
Долго, втайне от других, беседовал он с неким Эпеем, лучшим плотником в ахейском лагере. К вечеру все ахейские вожди собрались в шатре Агамемнона на военный совет, где Одиссей изложил свой авантюрный план, согласно которому надо было соорудить огромного деревянного коня. В его чреве должны поместиться самые искусные и смелые воины. Все же остальное войско должно сесть на корабли, отойти от троянского берега и укрыться за островом Тендос.
Как только троянцы увидят, что ахейцы покинули побережье, они подумают, что осада Трои снята. Троянцы наверняка затащат деревянного коня в Трою. Ночью ахейские корабли вернутся, а воины, укрывшиеся в деревянном коне, выйдут из него и откроют крепостные ворота. И тогда – последний штурм ненавистного города!
Три дня стучали топоры в старательно отгороженной части корабельной стоянки, три дня кипела таинственная работа.
Утром четвертого дня троянцы с удивлением обнаружили ахейский лагерь пустым. В морской дымке таяли паруса ахейских кораблей, а на прибрежном песке, где только вчера пестрели шатры и палатки врага, стоял огромный деревянный конь.
Ликующие троянцы вышли из города и с любопытством бродили по опустевшему берегу. Они с удивлением окружили огромного деревянного коня, возвышавшегося над кущами прибрежных ракит. Кто-то советовал бросить коня в море, кто-то – сжечь, но многие настаивали на том, чтобы затащить его в город и поставить на главной площади Трои как память о кровавой битве народов.
В разгар спора к деревянному коню подошел жрец Аполлона Лаокоон с двумя своими сыновьями. «Бойтесь данайцев, дары приносящих!» – вскричал он и, выхватив из рук троянского воина острое копье, метнул его в деревянное брюхо коня. Задрожало вонзившееся копье, и послышался из конского чрева еле слышимый медный звон.
Но Лаокоона никто не слушал. Все внимание толпы было привлечено появлением юношей, ведущих пленного ахейца. Его подвели к царю Приаму, стоявшему в окружении придворной знати рядом с деревянным конем. Пленник назвался Синоном и пояснил, что сам сбежал от ахейцев, которые должны были принести его в жертву богам – это было условием благополучного возвращения домой.
Синон убедил троянцев, что конь являлся посвятительным даром Афине, которая могла обрушить свой гнев на Трою, если троянцы уничтожат коня. А если поставить его в городе перед храмом Афины, то Троя станет несокрушимой. При этом Синон подчеркнул, что поэтому ахейцы и построили коня таким огромным, чтобы троянцы не смогли протащить его через крепостные ворота…
Как только Синон произнес эти слова, со стороны моря раздался полный ужаса крик. Из моря выползли два огромных змея и оплели жреца Лаокоона, а также двух его сыновей смертельными кольцами своих гладких и липких тел. В одно мгновение несчастные испустили дух.
Теперь уже никто не сомневался в том, что Синон говорил правду. А посему надо поскорее установить этого деревянного коня рядом с храмом Афины.
Соорудив низкий помост на колесах, троянцы установили на него деревянного коня и повезли к городу. Чтобы конь прошел в Скейские ворота, троянцам пришлось разобрать часть крепостной стены. Коня поставили на обусловленном месте.
Пока троянцы, опьяненные успехом, праздновали победу, ночью ахейские лазутчики тихо вышли из коня и открыли ворота. К тому времени греческое войско по сигналу Синона незаметно возвратилось обратно и теперь захватило город.
В итоге Троя была разграблена и уничтожена.
Сейчас принято считать, что троянский конь является аллегорией какой-то военной хитрости, примененной ахейцами при взятии города.
Примерно в это же время в Средиземноморье произошло еще одно важное событие: началось одно из великих переселений народов. С севера на Балканский полуостров двинулись племена дорийцев, варварского народа, который полностью уничтожил древнюю микенскую цивилизацию.
Лишь по прошествии нескольких столетий Греция возродится и можно будет говорить о греческой истории. Разрушения будут настолько велики, что вся додорийская история станет мифом, а многие государства перестанут существовать.
Результаты последних археологических экспедиций пока еще не позволяют убедительно восстановить сценарий Троянской войны. Однако их результаты не отрицают, что за троянским эпосом скрывается история греческой экспансии против крупной державы, находившейся на западном берегу Малой Азии и мешавшей грекам обрести власть над этим регионом. Остается надеяться, что подлинная история Троянской войны все же будет когда-нибудь написана.
jokuss
The day that never comes
Итак, я начинаю новый цикл, в котором будут изложены мной в вольной форме великие исторические противостояния, дуэли, поединки двух личностей.
Первыми на очереди сегодня Гектор и Ахиллес.
«Гектор против Ахиллеса«
Где: Троянская война. Греки напали на город Трою.
Когда: 13-12 век до н.э.
Причина противостояния: Месть Ахилла за убийство Гектором своего друга (любовника?) Патрокла.
Гектор – (шлемоблещущий Гектор великий) – вождь троянцев.
Физические данные:
Огромный рост, атлетическое телосложение, очень силён, ловок, красив, носит длинные волосы и бороду.
Ахилл (Ахиллес быстроногий) – воплощение бога войны на земле. Величайший воин. Совершенный боец.
Физические данные:
Атлетически сложен, но не огромен, как Аякс или Гектор, невероятно силён, быстр и ловок. Превосходит всех практически во всём, кроме ума и красноречия (тут Одиссей в не конкуренции). Красив, нравится девушкам (и мальчикам?).
Ахиллес поссорился из-за бабы с верховным царём Агамемноном и отказался сражаться. Всерьёз подумывал даже уплыть с дружиной обратно в Грецию.
Гектор же, девять лет до этого предпочитавший не вступать в схватку с Ахиллом и особо не геройствовавший, тут почувствовал полную безнаказанность и начал упоённо выпиливать греков. Сначала троянцы отогнали врагов от своих стен, потом загнали их в лагерь на берегу моря, а затем и вовсе ворвались в лагерь и даже подожгли один корабль.
Греки, видя такое дело, и понимая, что Гектора никто не может остановить (даже Аякс, а остальные боятся) пришли к Ахиллу с мольбой о помощи и извинениями от Агамемнона. Ахиллес же их принял, но извинения порекомендовал засунуть Агамемнону поглубже в заднепроходное отверстие. И воевать не пошёл, потроллив при этом тонко и Гектора, и греческих героев. Типа, Гектор не боец, бегал от меня девять лет, но вам слабакам с ним нипочём не совладать.
Тут Патрокл – его ближайший друг (и любовник по Овидию) начал слёзно умолять нарядить его в свои доспехи и показать, чтобы троянцы испугались и ушли из лагеря, приняв его за Ахиллеса. Ахиллес, скрепя сердцем, дал добро, но строго-настрого запретил ввязываться в бой, в особенности с Гектором. Патрокл, напялив на себя геройские доспехи, выбежал на улицу, и, действительно, троянцы испугались вида псевдоахилла и побежали. Тут бы ему и остановиться, но.
Возжелал славы наш петушок. Презрев напутствиям своего товарища, бросился он в гущу боя и весьма успешно. Выпилил 26 человек за один бой, включая могучего Сарпедона. Эпик вин. Славой себя покрыл. Но захотелось большего! Погнал он троянцев в Трою и даже решил ворваться туда и чуть ли не в одиночку покорить город.
Расплакался Ахилл, позвал свою мать богиню Фетиду, пожаловался на Гектора. Та слетала к Гефесту, и он выковал ещё более крутые доспехи, которые ни один смертный пробить не сможет. Облачился Ахилл и побежал воевать троянцев. Выпилил он их великое множество. Бил долго и нещадно. Искал Гектора. Но Гектор понял уже, что попал конкретно и на глаза разъярённому герою не попадался.
Сколько веревочке не виться, а конец 22 сантиметра. Попрятались все троянцы в городе, один Гектор остался. Стоит и он видит, как приближается к нему яростный Ахилл. Ворота пока открыты. Сограждане умоляют спрятаться за неприступными стенами. Но Гектор был храбр, честолюбив и не мог на глазах у всех так сфейлить. Остался. Ворота закрылись.
Стоит Гектор под стенами Трои и ждёт стремительно приближающегося Ахиллеса.
. Ахиллес подошел к нему близко,
Грозный, как бог Эниалий, боец, потрясающий шлемом.
Ясень свой пелионский на правом плече колебал он,
Страшный; и медь на доспехах сиянием ярким блистала,
Словно горящий костер иль лучи восходящего солнца.
Гектора трепет объял, как увидел его.
И как ни храбр был Гектор, всё же дрогнуло его могучее сердце, и пустился он бежать. Ахиллес соответственно за ним. Бегали долго. По легенде три раза вокруг Трои оббежали – выходит полдня бегали. Устали уже оба.
Тут Гектор, вновь вспомнив, что он всё же герой и боец великий, решает принять бой.
Сошлись.
Гектор:
– Ладно, хватит мне от тебя бегать. Зассал сначала, признаю. Теперь же будем биться. Но прежде предлагаю вот что. Победитель снимает доспехи, а тело не трогает. Не надругивается то бишь.
Ахилл:
– Ты, собака, тут будешь ещё условия диктовать?! Дерись давай, дешёвка!
И метнул в Гектора копьё. Тот легко увернулся. Радуясь, что избежал смертельного удара и свой ещё не произвёл, начал троллить Ахилла:
– Мазила. А ещё мнишь себя великим героем. Смотри как надо!
Бросает копьё, попадает в щит Ахилла. Обычно с лёгкостью пробивал, но тут осечка вышла – щит то ковал сам Гефест. Невозможно его пробить. Копьё отлетает далеко.
Боги же, притапливая за Ахилла, возвращают ему копьё. А у Гектора копья больше нет. Понимая, что единственный его шанс в рубке на мечах, ибо в этом он если не лучше, то по крайней мере равен Ахиллесу, Гектор выхватывает меч и бросается вперёд.
Ахилл же имеет копьё и до рукопашной доводить не хочет. Мало ли что. Также он понимает, что на Гекторе тоже доспехи бога Гефеста и пробить их не удастся. Внимательно следя за противником, он видит неприкрытую доспехом шею и вонзает туда своё копьё. Vin!
После начинает троллить:
– Ты всерьёз думал остаться в живых, убив моего любовника? Дурачок! Я намного сильнее тебя. Мало того, ещё надругаюсь над твоим трупом!
Умирающий Гектор:
– Да, ты сильнее. Но не надругивайся над трупом. Отдай родным – они денег дадут за него.
Ахилл:
– Нет, пёс, именно что надругаюсь, причём с особой жестокостью. Если б мог бы, то съел его – так тебя я ненавижу! Но трупами не питаюсь, поэтому надругаюсь. В особо извращённой форме. И денег ваших мне не надо!
Гектор:
– Нехороший ты человек! Боги тебя покарают!
И умер.
Но и мёртвому Ахиллес ответил:
– Да как-то пох. Я фаталист.
Над трупом, кстати, надругался, но потом отдал его троянцам за большой выкуп.
Так завершилось эпическое противостояние двух величайших воинов своего времени быстроногого Ахиллеса и шлемоблещущего Гектора великого.