Каперы
Мы привычно воспринимаем пиратов только как морских разбойников (за исключением разве что капитана Блада и ему подобных персонажей). Но ведь существовала форма пиратства, не только одобряемая, но даже поощряемая на государственном уровне.
Такими пиратами были каперы (или, как их еще называли в Британии, «приватиры», во Франции — «корсары», а в Голландии — «печелинги» или «флекселинги»).
ПИРАТЫ С ДОГОВОРОМ
По сути, деятельность каперов была выгодна всем: и государству, и капитану судна. Воюющее государство разрешало каперу захватывать вражеские купеческие корабли (правда, иногда «под раздачу» попадали и нейтральные державы). Главное отличие каперов от рейдеров состояло в том, что последние были именно правительственным военным средством. Каперы не служили государству, а были именно «частными помощниками». Однако, в отличие от обычных пиратов, они грабили на вполне законных основаниях.
Каперские свидетельства выдавались согласно индивидуальным «правилам» государства. Так, например, в американских колониях оформлением свидетельств занимались губернаторы. Впоследствии это право перешло к властям отдельных штатов, Континентальному конгрессу и, наконец, президенту. В прошении о свидетельстве необходимо было указать массу подробных сведений, в том числе название и тоннаж корабля, имя владельца, его местожительство, численность команды и т. д. Интересно то, что документ выдавался кораблю, а не человеку. При этом судно становилось официальной морской вспомогательной единицей, а его владелец защищался по законам военного времени. Например, если капера и его команду захватили, они приравнивались к военнопленным, а если свидетельства не было — к обычным пиратам, с которыми и поступали соответственно.
ИСТОКИ
Предпосылки к возникновению каперства можно найти еще в истории древних цивилизаций. Уже во II тысячелетии до н. э. обычаями предполагалось, что пострадавший от иностранного судна мог «возместить ущерб» за счет соотечественников грабителя. Так, например, египетский жрец Уну-Амон, ограбленный капитаном корабля близ чекерского города Дор, без зазрения совести напал на первое встречное чекерское судно в качестве «ответной меры». В XII в. подобная практика ока за око уже допускалась только с разрешения государства. Правда, буквально несколько десятилетий спустя выдача подобных «грамот» была прекращена, но именно на их основе и появились каперские патенты.
РАЗДЕЛИТЬ БОГАТСТВА
В морских войнах в период XVII–XVIII вв. каперство стало самым эффективным инструментом для подрыва вражеской торговли. И не только вражеской — в любой стране понимали, что пока они враждуют и тратят средства на военное производство и обеспечение, другие мирные страны продолжают богатеть. Поэтому из-за каперов не развивались и нейтральные государства. Согласно французскому ордонансу 1584 г. в добычу капера входили не только товары, перевозимые на захваченном корабле, но и само судно.
ПЕРИОДЫ
В развитии каперства можно выделить наиболее яркие периоды:
Освободительная война Голландии. Голландские каперы (известные как «гёзы») бороздили моря в поисках купеческих кораблей, особенно досаждая испанским судам.
История Фрэнсиса Дрейка. Первый англичанин, совершивший кругосветное путешествие, талантливый военный, сыгравший важную роль в уничтожении испанской Непобедимой армады, и один из самых знаменитых каперов. Впрочем, испанцы настаивали на том, что Дрейк был не более чем пиратом, и подкрепляли свои слова тем фактом, что британские власти весьма переменчиво относились к самому Фрэнсису. Хотя много ли мы знаем вообще случаев «государственного постоянства» по отношению к своим преуспевающим подданным?
Эпоха французских корсаров. Именно французские нападения на испанские суда положили начало эпохе флибустьеров.
Существовала еще отдельная категория — арматоры. Это — капитаны, которые за свой счет снаряжали судно, а после захвата корабля получали часть дохода, другую долю отдавая государству. Арматоры могли быть или не быть каперами.
ПРОТИВ ИСПАНИИ
На самом деле большая часть каперской деятельности была направлена против Испании — многих манили золотые американские грузы, а богатые корабли, груженные драгоценностями, не давали покоя всем капитанам без исключения. Но как же насчет испанских каперов? А их не существовало вовсе! Испания вела столь обширную морскую торговлю, что предпочитала не устраивать «морской терроризм». Ведь ответные меры грозили «обиженными соседями», которые причинили бы куда больше ущерба, чем вся прибыль, которую могли гарантировать бы государству каперы.
В РОССИИ
А что же насчет каперов в России? К их услугам прибегал еще Иван Грозный (и это можно считать первой эпохой каперов), выдавший каперский патент (в русском варианте, конечно, «царскую грамоту») на разграбление шведских и польских судов, нападавших на торговые корабли близ Нарвы, которая на тот момент была нашими главными «торговыми воротами». Получивший свидетельство датчанин Карстен Роде развил настолько бурную деятельность, что менее чем за год захватил 22 судна. Общая стоимость добычи (вместе с грузами) составляла полмиллиона серебром (баснословные деньги). Вторая «каперская эпоха» наступила в России уже при Петре I, который выдал поручику Ладыженскому и подпоручику Лауренсу Берлогену «паспорта», дабы «каперить» шведские суда.
ОТМЕНА КАПЕРСТВА
Однако нельзя отрицать, что деятельность каперов приносила больше вреда мировой торговле, чем пользы конкретному государству. А потому еще с XIV в. Франция и Англия регулярно заключали договора, чтобы не поощрять этого занятия. Но только в XVIII в. о необходимости отмены каперства заговорили в полный голос. В 1761 г. против этого выступал публицист аббат Мабли. В 1785 г. США заключили с Пруссией договор, отменяющий выдачу каперских свидетельств. А уже в 1792 г. французское Законодательное собрание попыталось выдвинуть подобную инициативу на общеевропейский уровень. Однако только полвека спустя, в 1856 г., была издана морская декларация, в которой каперство объявлялось уничтоженным. Вскоре к этому заявлению присоединились все американские и европейские государства, кроме США, Испании, Боливии, Мексики, Венесуэлы, Уругвая и Новой Гранады.
В НАШИ ДНИ
Между прочим, формально каперство существует и сегодня. В первой статье Конституции США говорится, что Конгресс до сих пор может оформлять каперские свидетельства, хотя на практике с XIX в. не было выдано ни одного. Впрочем, дирижаблям Volunteer и Resolute, участвовавшим во Второй мировой войне, иногда приписывают статус каперов.
Капер
Содержание
Термины
Слово «капер» наиболее раннее, вошло в употребление на Средиземноморье ещё с (примерно) IX века. Термин «корсар» появилось значительно позже, начиная с XIV века от итальянского «корса» и французского «ля корс». В средние века употреблялись оба названия. Слово «приватир» появилось ещё позже (первое употребление датируется 1664 годом) и пошло от английского «privateer». Часто термином «приватир» хотели подчеркнуть английскую национальность капера, на Средиземноморье он не прижился, всякого капера там по-прежнему именовали корсар (фр.), корсаро (ит.), корсарио (исп.), корсари (португ.).
Словом «печелинги» или «флекселинги» в XVI—XVII вв. называли каперов, состоявших на голландской службе, термин этот, в основном, имел хождение в северных водах Европы начиная с 1570-х годов. Позже он перекочевал и в Новый Свет. Оба названия пошли от основной морской базы голландских каперов — порта Фли́ссинген.
Происхождение каперства
Начиная с XII в., государства допускают частных лиц к самоуправному исканию себе удовлетворения лишь с особого правительственного разрешения (грамота на репрессалии — lettres de représailles). Выдача таких разрешений для действия на суше прекратилась еще в средние века, но из lettres de représailles развились каперские патенты (lettres de marque, буквально грамота-отметка), с помощью которых правительства пытались контролировать действия своих подданных — частных судовладельцев, старавшихся во время войны между двумя государствами вредить неприятелю на море, причем захваченная ими морская добыча обращалась в их полную собственность.
Начало регламентации каперства
Первая попытка регламентации каперства со стороны внутреннего законодательства относится к 1288 г., когда арагонский король Альфонс III издал устав, в котором каперам предписывалось брать патенты и вносить залог в обеспечение того, что они не будут грабить сограждан, нападать на неприятеля во время перемирия или в нейтральных гаванях; захваченные же суда (призы, фр. prise, от лат. praeda maritima — «захваченное в море») каперы обязывались приводить в порт, из которого они вышли. Со своей стороны, местным судам было предписано возвращать незаконно сделанные призы их прежнему владельцу; беспристрастие чиновников было гарантировано запрещением им участвовать в арматорских предприятиях.
Законы XIV (например закон Генуи 1313—1316 гг.) и XV веков (например ордонанс 1400 г., изданный французским королем Карлом VI) подтверждают эти начала, иногда присоединяя к ним еще требование от каперов присяги в том, что они не будут причинять вреда согражданам, друзьям и союзникам. Согласно французскому праву, приз должен быть доставлен нетронутым, для удостоверения, что он действительно отнят у неприятеля; за утайку приза, разграбление товаров, жестокое обращение с экипажем назначены строгие наказания, за незаконное задержание нейтральных судов — возмещение убытков. В эту эпоху создаются должности адмиралов (во Франции с 1373 г.) которым главным образом и поручались вопросы, связанные с каперством (призовая юрисдикция, выдача патентов). Если во Франции все призовые вопросы изначально решал суд адмирала, то в Англии первоначально адмирал заведовал только разделом призов между военными судами, тогда как каперы согласно закону 1414 г. подчинялись особым судьям — «хранителям мира» (conservatores pacis); закон 1426 г., передал призовую юрисдикцию Королевскому совету, канцлеру и адмиралу или его помощнику.
В XV веке основные требования национальных законов о каперстве были подтверждены международными договорами, и к концу века такие нормы, как требование от каперов обеспечения, неприкосновенность приза до судебного решения и обязательная доставка его в порт, из которого вышел капер, становятся общими нормами международного призового права. Призом могло являться не только враждебное, но и нейтральное судно, если оно были основания подозревать, что оно осуществляло торговлю с враждебной державой или везло ее товары; а поскольку призовые суды были национальными судами капера, положение капера перед таким судом в споре с нейтралами (выступавшими в роли истцов) было весьма выгодным. Поэтому в дальнейшем нейтральные державы положили много сил на то, чтобы добиться сужения и точного определения понятия «блокады».
Каперство в Новое время
Когда во время морских войн XVII и XVIII в. одной из главных целей войны явилось уничтожение неприятельской торговли, каперы оказались наиболее пригодным для того орудием. Они же всего лучше могли противодействовать тому, чтобы воюющие не были вытеснены с всемирных рынков нейтральными. Поэтому не только неприятельские, но и нейтральные корабли предоставлялись на произвол и расхищение каперов. Так, французский ордонанс 1584 г. освобождает каперов от всякой ответственности за причиненные ими убытки и предоставляет им в добычу не только захваченные на нейтральном корабле неприятельские товары, но и самый корабль, мотивируя такое разграбление нейтральных необходимостью поддерживать дух и мужество каперов; владелец приза терял на него право собственности, если он находился у капера более суток. Еще дальше пошел в этом направлении ордонанс Людовика XIV, изданный в 1681 г. Период блестящих подвигов каперов начинается во время войны Голландии за освобождение. Начиная с 1569 г., голландские каперы, известные в истории под именем гезов, скитались по всем морям, повсюду захватывая купеческие корабли, но, главным образом, отправлялись к мысу Доброй Надежды для нападения на испанские суда во время пути их в Ост-Индию. С этого же времени выступают на сцену английские каперы, самым знаменитым из которыз являлся Фрэнсис Дрейк. Французские корсары, нападавшие на испанские корабли, положили начало деятельности флибустьеров в Вест-Индии. Вообще главной целью корсаров все трех наций до середины XVII в. являлась Испания, монополизировавшая торговлю с Новым Светом. Главным портом, в который стекались каперы, был в XVII столетии Дюнкерк; общая сумма призов, доставленных туда во время войн Людовика XIV, составила 22 млн франков. Произвол каперов достиг высшей степени в войнах французской революции и Империи. Особенно прославились в этом отношении каперы Англии, бесчинства которых последовательно оправдывали ее призовые суды.
Каперство в России
Россия стала прибегать к каперам уже во время первой своей морской войны — Великой Северной войны при Петре I. В «Материалах для истории русского флота» (т. II, № 1334) напечатан Сенатский указ 1716 г. о выдаче поручику Ладыженскому и подпоручику Лауренсу Берлогену паспортов, чтобы им «каперить» шведские суда на шнявах «Наталье» и «Диане»; там же есть указание на порядок раздела призов, причем необыкновенно значительный процент (62 %) определен в пользу казны. Декларация 1716 г. обещала нейтралам такое же положение, какое им предоставлено будет Швецией; но ввиду строгих мер Швеции и «для показания всему свету нашей умеренности» 28 июня 1719 была издана декларация о дозволении подданным Великобритании и Нидерландов свободно торговать со Швецией. В этой декларации говорится о том, чтобы арматоры брали только те нейтральные корабли, на которых будет военная контрабанда; таковые корабли было велено каперам «в наши пристани приводить и по суду яко добрые призы декларировать».
Морской устав 1720 г. содержит процедуру ареста приза, определение вознаграждения и его раздел между участниками экспедиции; отдавшихся в плен запрещается лишать жизни; оговаривалось, что эти правила распространяются и на призы, сделанные «капером от партикулярных людей на свои деньги вооруженным». Правила эти воспроизведены в регламенте адмиралтейской коллегии 1765 г., а дальнейшее развитие получили в договорах, заключенных Екатериной II с иностранными государствами. С началом Русско-турецкой войны 1787 г. были изданы «Правила для партикулярных корсеров», именно для греков, каперствовавших на Средиземном море под русским флагом. Эти правила либеральнее к нейтралам, чем другие регламенты того времени. Согласно правилам, призовым судом была особая комиссия при русском флоте, а до ее прибытия — дипломатические агенты России в Венеции и Неаполе, куда и должны были доставляться призы. Апелляционной инстанцией был императорский двор. C началом русско-французской войны 1805 г. адмирал Сенявин с разрешения правительства выдавал каперские свидетельства жителям Ионических островов; в 1806 г. появились новые правила о призах. Эти правила, дополненные в 1819 г., имели в виду, главным образом, решение вопросов о вознаграждении каперов и неосновательно потерпевших владельцев.
Отмена каперства в Европе
Громадный вред, причинявшийся каперством всемирной торговле, вызвал движение в пользу отмены каперства уже в середине XVIII в. Первым из публицистов, восставших против каперства, был аббат Мабли (1761). Трактат 1785 г., заключенный с Пруссией Франклином от имени США, отменял каперство. Во Франции Законодательное собрание по инициативе депутата Керсена сделало в 1792 г. попытку достигнуть общеевропейского соглашения об отмене каперства, но не встретило поддержки в других державах. Не имела успеха, главным образом вследствие противодействия Англии, и попытка уничтожить каперство, сделанная Францией (1823) во время войны с Испанией, равно как переговоры, начатые в том же году президентом США Монро, предлагавшим не только уничтожить каперство, но и признать неприкосновенность неприятельской собственности на море. 1848-й г. был свидетелем первой войны (между Данией и Пруссией), обошедшейся без каперства. Во время Крымской войны также не были допущены каперы: Франция и Англия, находя, что для уничтожения русской торговли достаточно и военных крейсеров, которыми располагали союзники, опасались заведения Россией каперов. При самом начале военных действий английское правительство вступило с США в переговоры об отмене каперства, опасаясь, что Россия прибегнет к услугам американцев, выдав им от себя каперские свидетельства, — но получило ответ, что опасения эти лишены основания, так как законы Штатов запрещают их гражданам принимать каперский свидетельства от воюющих держав, когда Союз остается нейтральным. Со своей стороны Англия и Франция декларациями от 28 и 29 марта 1854 г. отказались от выдачи каперскских патентов против России, мотивируя это решение желанием по возможности уменьшить бедствия войны. Одновременно с этим большинство нейтральных государств обнародовало декларации, в которых содержалось более или менее безусловное запрещение каперам входить в гавани, особенно с призами. Так как англ. и франц. каперство не предвиделось, то меры эти, очевидно, были направлены против России, каперы которой были бы поставлены в затруднение тем большее, что русские порты были блокированы. По всем этим обстоятельствам Россия и воздержалась от выдачи каперских патентов, хотя и составлено было для них особое положение 4 января 1854 г. Положением этим было постановлено, что патенты могут быть выдаваемы только русским подданным, а объектом для нападения со стороны каперов должна быть по преимуществу неприятельская публичная собственность и только те суда нейтральных государств, которые занимаются подвозом военной контрабанды и посягают на нарушение блокады. Вместе с тем точно определялась имущественная и личная ответственность каперов, а по прекращении военных действий поднят был на Парижском конгрессе вопрос о совершенном уничтожении каперства, причем представители Англии, которая до того противилась всяким попыткам в этом направлении, охарактеризовали каперство, «как организованный и узаконенный морской разбой». Уничтожение каперства Англия поставила как необходимое условия признания ею свободы нейтральной торговли. Первая статья Парижской морской декларации 16 апреля 1856 г. объявила каперство навсегда уничтоженным, к чему присоединились все европейские и американские государства, за исключением Испании, США, Мексики, Боливии, Венесуэлы, Новой Гранады и Урагвая.
Каперство после 1856 г
Мотивы, по которым Соединенные Штаты, постоянно высказывавшиеся против каперства, отказались присоединиться к первой статье Парижской декларации, изложены в ноте государственного секретаря Мерси. Мерси находит, что Парижская декларация, уничтожив каперство, но сохранив за крейсерами право захвата торговых судов, остановилась на полдороге, что при таких условиях отмена каперства является выгодной только для государств, обладающих сильным военным флотом (как Англия, напр.), и весьма опасным для государств, которые лишь при помощи каперов могут уравновесить свои силы с силами более могущественного на море противника, нанести вред последнему и охранить свою морскую торговлю. Ввиду этого Мерси заявил, что Соединенные Штаты готовы присоединиться к Парижской декларации, если она будет дополнена в смысле признания неприкосновенности неприятельской собственности на море. Но именно Англия воспротивилась принятию этой «поправки Мерси». В 1861 г. правительство США, располагая, сравнительно с южной Конфедерацией, большим военным флотом, вступило в переговоры с европейскими державами о присоединении к Парижской декларации, желая этим путем преградить южанам возможность завести каперства. Переговоры эти остались без результата; тем не менее президент Линкольн не воспользовался данным ему полномочием выдавать каперские патенты. Каперы Юга — «Алабама», «Флорида», «Шенандоа», — не будучи в состоянии вследствие блокады доставлять призы в отечественные порты, снимали с захваченных судов все, что можно было увезти, самые же суда топили и навели такой ужас на купцов Северных Штатов, что те стали распродавать свои суда англичанам. По окончании междоусобной войны, когда отношения США и Англии были до того натянуты, что война между ними казалась неизбежной (см. Дело «Алабамы»), переговоры о присоединении Штатов к Парижской декларации не были возобновлены.
В последний раз каперы были пущены в ход во время войны 1879-80 гг. между Перу и Боливией, с одной, и Чили — с другой стороны. Однако в те же годы были попытки восстановить каперство в форме, более близкой к крейсерству (рейдерству). В 1870 г., Пруссия в виду Франко-прусской войны, учредила «морскую милицию» (freiwillige Seewehr), что Франция опротестовала перед Англией, усматривая в этом восстановление каперства; но поскольку «морская милиция» подчинялась командованию военно-морских сил, то английские коронные судьи признали ее правомерной, сравнив с волонтерами сухопутной армии. В 1878 г., когда Россия и Англия оказались на грани войны, в русском обществе также проявилось сильное движение в пользу восстановления каперства, и в результате был создан Добровольный флот, который впрочем имел команды из военных моряков, состоящие под началом флотских офицеров.
Правовое регулирования каперства в XIX веке
Основные положения каперского права к концу XIX века сводились к следующему.
Каперские свидетельства могут быть выдаваемы только воюющими державами; дружественное государство, заведшее каперов, нарушает этим свой нейтралитет. Каперское свидетельство может быть выдаваемо сувереном или лицом, особо к тому уполномоченным. Действительны каперские свидетельства и незаконного фактического правительства, если только оно способно охранять права нейтральных от возможных злоупотреблений своих каперов — и, наоборот, недействительны свидетельства законного государя, фактически утратившего власть. Каперские свидетельства могут быть выдаваемы и иностранцам, подданным нейтральных государств, если не препятствуют тому договоры; но обыкновенно нейтральные правительства запрещают своим подданным выступать в качестве каперов. В войне с Мексикой 1847 г. США объявили, что будут считать пиратом всякого капера, не состоящего в подданстве Мексики. Каперы не могли быть снаряжаемы в нейтральных водах, как это признано Вашингтонским трактатом 1871 г. (по поводу алабамского дела). Выдача каперских свидетельств совершается не иначе, как по представлении залога (по русским правилам 1787 г. — 20000 руб., по правилам 1788 г. — 10000 руб.) в обеспечение гражданской ответственности арматора. Если арматор не отправляется лично на промысел, а нанимает капитана (в XVII—XVIII вв. каперы снаряжались специальными коммерческими компаниями), то последний ответствует солидарно с первым (французская практика). Арматор, по общему правилу, ответствует не только залогом, но и всем своим имуществом. Вопрос об ответственности правительства за действия капера относительно нейтральных не получил прямого разрешения ни в законах, ни в практике. Каперские свидетельства всегда ограничены известным сроком, во всякое время могут быть взяты обратно и не могут быть переуступаемы. К. обязаны соблюдать правила войны; попав в плен, они пользуются правами военнопленных. Захваченный суда и товары они обязаны представить в установленный призовой суд для определения законности приза; при этом на них распространяются все правила призового судопроизводства и права, принятые для крейсеров, за исключением двух пунктов: 1) каперы не могут брать призов, преследуя их в неприятельских реках; 2) в случае совокупного приза, то есть захвата, совершенного несколькими судами, в разделе приза участвуют только каперы, принимавшие активное участие в захвате. Если торговое судно, не имеющее каперского свидетельства, захватит в плен напавшее на него неприятельское судно, то этот захват не установляет приза: захваченное судно поступает в собственность государства, а взявший его (capteur) может только просить о вознаграждении (ст. 380 Указа Торгового, Св. Зак. т. XI, ч. 2, изд. 1887 г.). Ввиду этого, кроме каперских свидетельств, возникли еще так назыв. lettres de commission или commission en guerre et marchandise, которые выдаются купеческим судам, не посвящающим себя специально каперству, но не желающим отказаться от возможности при удобном случае захватить приз. Капер признается пиратом: если он взял свидетельство от обеих воюющих сторон или даже от нескольких союзных государств (в последнем случае капер своевольно может изменять свою призовую подсудность); если он брал призы по истечении срока каперского свидетельства или по окончании войны; если он не соблюдал правил войны и сражался под ложным флагом; если он брал призы в нейтральных водах; если не доставлял призов в призовой суд.
Регламент о призах, выработанный в 1882 г. Институтом международного права, содержит в себе общее запрещение каперства, но признавал его допустимость его как реторсии против воюющей стороны, решившейся на выдачу каперских патентов; при этом регламент запрещал прибегать к услугам иностранно-подданных. Фактически однако каперство более не использовалось, отчасти по техническим причинам: действительно, XX веке переделывать торговые суда в сколько-нибудь боеспособные военные было гораздо затруднительнее, чем в более ранние времена.