Нюансы оформления договора гражданско-правового характера
Физические лица или сотрудники могут выполнять работы по оказанию услуг. Для этого необходимо заключить с ними гражданско-правовой договор.
В отличие от работы по трудовому договору сотрудник по договору ГПХ самостоятельно определяет режим работы и необходимые средства. Именно он отвечает за результат проделанной работы и соблюдение сроков.
Нюансы, которые важно отразить в договоре подряда
Договор ГПХ не освобождает физическое лицо от необходимости уплаты налогов и других отчислений. Эту функцию берёт на себя наниматель.
Исключение составляют случаи, когда исполнитель является индивидуальным предпринимателем. Уплату взносов он производит самостоятельно.
Срок в договоре указывается исходя из временных затрат исполнителя на решение конкретной задачи. Как правило, такие договоры признаются краткосрочными. Заключение нескольких соглашений подряд с одним исполнителем могут рассматриваться как трудовой договор.
Срок работы исполнителя засчитывается в стаж работы, так как он платит страховые взносы. Данный стаж необходимо будет отразить в отчёте СЗВ-СТАЖ.
Договор составляется и подписывается сторонами при предварительном согласовании каждого пункта. Документ составляется в двух экземплярах, по одному для заказчика и исполнителя. Любые споры, возникшие в ходе выполнения работ, должны решаться на основании положений договора и ГК РФ. На каждый договор с сотрудником создаётся отдельный документ.
Наниматель вправе предоставить исполнителю стандартные вычеты при их наличии.
НДФЛ и взносы
НДФЛ рассчитывается и удерживается с суммы по договору ГПХ при выплате. Относится данное начисление на вид дохода 2010 (письма Минфина от 21.07.2017 № 03-04-06/46733, от 13.01.2014 № 03-04-06/360). Срок перечисления — не позднее следующего дня после выплаты.
По определённым договорам гражданско-правового характера нужно начислять взносы на обязательное пенсионное и медицинское страхование.
Страховые взносы с выплат по гражданско-правовому договору, предметом которого является переход права собственности или права на имущество, передача имущества в пользование, не начисляются (п. 4 ст. 420 НК). Речь идёт о договорах купли-продажи, аренды, займа и т. д. Допустим, сотрудник предоставил компании заём, то с суммы процентов, полученных им, страховые взносы не начисляются.
Компенсация расходов на материалы, инструменты и прочие аналогичные траты, включённые в договор ГПХ, не облагается налогом и страховыми взносами (пп. 16 п. 1 ст. 422 НК РФ от 01.01.2021, пп. 2 п. 1 ст. 20.2 № 125-ФЗ от 24.07.1998).
Взносы на обязательное соцстрахование на случай временной нетрудоспособности, в связи с материнством (пп. 2 п. 3 ст. 422 НК РФ) и страховые взносы от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний (п. 1 ст. 20.1 № 125-ФЗ) не начисляются на суммы выплат по договору подряда.
Существует ряд лиц, с которыми заключены договоры подряда, которые не облагаются полностью страховыми взносами, в том числе и на обязательное пенсионное и медицинское страхование. Договоры, полностью необлагаемые взносами:
Довольно часто возникают споры между ФСС и организациями, где заключаются договоры подряда. В судебной практике достаточно случаев, когда ведомство обращается в судебные органы для того, чтобы оспорить соглашения по договорам ГПХ и приравнять их к трудовым договорам. Поэтому очень внимательно формулируйте и составляйте текст договора гражданско-правового характера.
Если в тексте будут выявлены малейшие признаки наличия трудовых взаимоотношений между нанимателем и исполнителем, на сумму соглашения по акту выполненных работ будут доначислены взносы в фонд (и по нетрудоспособности, и по травматизму) по действующим ставкам, а кроме того, штрафы и пени.
Консультирует по вопросам правильности расчёта заработной платы более семи лет.
Читайте другие статьи автора в нашем блоге:
Что такое юридический дизайн
И какая от него польза
Юридическая информация может быть понятной и даже увлекательной, если применить к ней принципы дизайна.
Обычно юридические тексты — например, законы, договоры или должностные инструкции — сложно воспринимать. Поэтому юристов часто просят перевести их на человеческий язык. Но если использовать в документах юрдизайн, то перевод не понадобится.
В статье расскажу, что такое юридический дизайн, кому, когда и зачем он нужен и почему некоторые его боятся.
В 2022 с новыми знаниями
Зачем нужен юридический дизайн
Точного определения юридического дизайна пока нет. Поэтому проще всего объяснить, что это такое, через цель юрдизайна — упрощение работы с правовыми документами. Если человеку все понятно и доступно и он не тратит много времени на прочтение текста, значит, цель достигнута. Условно говоря, юридический дизайн — это набор способов, как сделать документы понятнее.
При этом обычный текст, например деловое письмо, можно упрощать в целом как угодно и сколько угодно. А юридический документ после упрощения не должен потерять своей правовой силы, содержания и смысла.
Сейчас тема юридического дизайна очень популярна, и его часто путают:
Некоторые из этих элементов могут быть частью юридического дизайна, но вообще это целый комплекс приемов, который включает в себя как визуальное улучшение, так и работу со смыслом.
Заблуждения о юридическом дизайне
Со стороны кажется, что всем удобно, когда договор написан понятным языком и структурирован, а любой пункт в нем легко найти. Но когда с юридическим дизайном сталкиваются юристы, руководители и владельцы бизнеса, у них возникает множество опасений и заблуждений. Вот основные.
К содержанию юридических документов невозможно придраться, потому что оно соответствует закону. Но юридический дизайн работает в основном с формой документов и в меньшей степени с правовым содержанием — он не делает документ более или менее значимым с точки зрения закона. В этом главное отличие юрдизайна от классической юридической экспертизы.
При этом если документ будет более понятным и опрятным внешне, это скажется на его восприятии: судье или налоговому инспектору, который каждый день изучает сотни бумаг, будет проще разобраться в их сути. Например, чтобы ускорить навигацию по документу, помогают гиперссылки: при чтении с компьютера, когда человек видит в одном пункте ссылку на другой, он может быстро перейти на него, а не листать документ мышкой.
Есть традиции написания документов. Юристы часто ссылаются на негласные традиции написания документов. К ним обычно относят торжественный стиль изложения, канцелярит, сложные и запутанные формулировки. Особенно эти традиции сильны в законотворчестве и судебной системе.
Я бы сказал, что юридический дизайн заменяет ненужные традиции на практичные. Если традиция не приносит пользы, замедляет коммуникацию и легко найти другое решение, которое не нанесет ущерба смыслу, придерживаться такой традиции незачем.
После юридического дизайна документы выглядят несолидно. Принято считать, что в серьезном документе должны быть сложные формулировки. Некоторые даже думают, что это уважение к читателю. Но уважение к читателю — прежде всего экономия его времени, сил и энергии при изучении документа.
Юридический документ специально сложный, чтобы его могли понимать только юристы. Некоторые юристы составляют документы на канцелярите и в лучшем случае устно пересказывают клиенту их содержание простым языком. Хороший юрист составит грамотную правовую позицию и сразу оформит ее в понятный и доступный текст.
Если же речь идет о документах, которыми пользуются обычные физические лица, например о договоре розничной купли-продажи товара, то такие документы должны быть понятны без специального юридического и вообще высшего образования.
Здесь вновь важно не перегнуть палку и не превратить юридический документ в упрощенный конспект. Наглядный пример такого — лицензионное соглашение ролевой игры Cyberpunk 2077. В нем текст разделили на две части: слева — с канцеляритом, справа — обобщение простым языком. Но правая часть не имеет юридической силы — это просто объяснение. Юрдизайн же делает текст проще и оставляет его силу.
Документ должен соответствовать госту. Гост по документообороту действительно есть, но применять его необязательно: стандарт носит рекомендательный характер.
Более того, часто те, кто ссылается на гост по документообороту, плохо ориентируются в его положениях. Например, этот стандарт говорит: чтобы создавать документы, необходимо использовать свободно распространяемые бесплатные шрифты. А популярный Times New Roman — не свободно распространяемый шрифт: права на него принадлежат Monotype Imaging Holdings Inc.
Партнеры или суд косо смотрят на тех, кто применяет юрдизайн. Суды принимают документы с любым визуальным оформлением: в законе нет ограничений на это.
Конечно, могут быть ситуации, что юридический дизайн вызовет неприятие или просто будет непривычен для судьи или партнера. Но, как правило, стороны быстрее согласовывают и подписывают договор с простым изложением и понятной логикой. А суду проще определять правовое содержание таких документов.
Принципы хорошего юридического дизайна
Хороший юридический дизайн ставит в приоритет удобство читателя. Он не делит людей на юристов и неюристов: один текст должен быть понятен всем. Плохой юридический дизайн преследует цель только сократить документ, будто в компании экономят бумагу.
Вот основные принципы хорошего юрдизайна:
Покажу на примерах, как все работает.
❌ Вода в тексте. У воды в документе нет практической цели: ее часто льют, только чтобы растянуть простые мысли и увеличить количество страниц. Кажется, что солидный документ должен быть многостраничным. Но огромные куски текста отпугивают читателя — в итоге он либо пропускает какие-то моменты, либо в целом читает документ небрежно.
✅ Оптимальный текст — это не просто сокращенный текст, а результат работы со стилем и расположением элементов документа. Простейший пример визуальной обработки текста — дробление одного громоздкого пункта на несколько абзацев поменьше или одного большого предложения на несколько маленьких.
Пункт 2.2 этого договора — один сплошной абзац, в котором 24 строки. Бывают абзацы еще больше
❌ Красная строка. В школе нас учили начинать новый абзац с красной строки — эта норма перешла и во взрослую коммуникацию. Красную строку раньше использовали для экономии бумаги, чтобы не отбивать пустое пространство между абзацами. Но сейчас документы в основном в электронном виде, поэтому такая экономия кажется странной.
Тем не менее красную строку используют по сей день, причем часто вместе с пространством между абзацами. Это неправильно.
✅ Воздух между абзацами. Определить начало нового абзаца проще по отступам между ними. Размер отступов зависит от шрифта, но обычно я рекомендую использовать отступ в 2.0 пункта: достаточно, чтобы визуально отделить блоки, но в то же время абзацы не выглядят оторванными друг от друга.
Абзацы лучше разделять просто воздухом. Также тут в тексте уже нет громоздких формулировок и воды. Еще я изменил Times New Roman на шрифт без засечек
❌ Массивная многоуровневая нумерация внутри текста. В юридических документах очень часто встречаются нумерованные списки. Например, договор в основном из них и состоит. Часто номера пунктов размещают заподлицо с текстом — на месте отступа первой строки. В результате читатель видит массивный текст без понятной отметки начала нового абзаца. Нужный пункт договора тяжело найти: иногда приходится в уме считать нумерацию пунктов, чтобы добраться до нужного.
В одном пункте часто несколько подпунктов — получается массивная многоуровневая нумерация. В классическом документе читателю тяжело не только найти нужное положение, но и понять, что оно зависимо, то есть это подпункт, у которого есть главное положение — пункт.
✅ Нумерация пунктов вынесена на поля, многоуровневая нумерация сокращена. Чтобы было удобно, достаточно оставить небольшое пространство между нумерацией и текстом. Такой прием позволит читателю четко понимать, где находится техническое пространство с нумерацией, а где — содержательное пространство с текстом.
В американском федеральном законодательстве используют сокращенную многоуровневую нумерацию и увеличенные отступы в подпунктах. Сокращенная нумерация облегчает восприятие номеров, а разные отступы между пунктами и подпунктами помогают с первого взгляда определять иерархию между положениями.
Номер пункта часто вписывают в общий текст, и это выглядит не так страшно, если между абзацами есть пространство. А вот если его нет, то все смешивается в нечитаемую кашу
❌ Нет визуализации, ключевая информация разбросана по всему документу. Человеку часто нужно знать всего несколько фактов, а не весь документ. Поэтому пользователи сложных юридических документов нередко прибегают к визуализации — обрисовывают содержание текста в блокноте, на стикерах или доске.
Это вынужденное решение: хочется держать перед глазами ключевые положения, потому что в классических документах такая информация часто разбросана по всему документу.
✅ Есть визуализация, ключевая информация в одном месте. Визуализация в виде схем и инфографики может облегчить знакомство с содержанием документа. Важно, чтобы визуализация была точной, — не расширяла и не сужала суть текста. Иначе один документ может получить два конфликтных толкования.
Решение проблемы с разбросанной ключевой информацией — использование в юридических документах медийного стиля. Так, ключевые материалы глянцевого журнала или газеты всегда проанонсированы на его первой полосе с указанием страниц. Это работает и в области права. Достаточно выделить всю ключевую информацию и грамотно вынести ее в начало документа.
Как внедрить юридический дизайн
Изначально юридический дизайн применялся только в договорах и исках. Но сегодня его уже используют по отношению к любой правовой информации. Например, это популярная тема для крупного бизнеса, где юрдизайн внедряется повсеместно.
Руководителям важно быстро прочитать основные положения договора и понять, насколько они соответствуют интересам и политике компании. Поэтому директора корпораций просят вывести существенные условия отдельно: им не хочется листать договор.
При этом нестратегические положения, которые тоже важны в рамках исполнения договора, все равно прорабатывают юристы, и они общаются между собой на своем языке. Однако и нагрузку на юристов можно снизить, если убрать из договоров лишнее.
Самый быстрый способ внедрить юрдизайн — отдать эту услугу на аутсорс. Если учить штатных юристов, возможно, получится дешевле, но и дольше, ведь процесс обучения занимает не один месяц. Юридический дизайн — это очень кропотливая и детальная работа. Один лист классического документа можно перерабатывать целый день, а иногда и больше.
К сожалению, во многих компаниях просто нет денег на юридический дизайн как сервисную услугу, а в штате всего один юрист, который ведет всю документацию организации. Это очень распространенный сценарий, и если руководитель этого юриста завтра издаст приказ о применении юрдизайна, то работа компании может просто остановиться: юрист будет тратить в разы больше времени на подготовку понятных документов. Поэтому всегда надо соизмерять результат с издержками на его достижение.
Антивирусная прав ДА! TM
Кругозор без горизонтов
Чтобы получить доступ к сервисам проекта, войдите на сайт через аккаунт. Если у вас еще нет аккаунта, его можно создать. Подписка
Примите это как есть
Акуна Матата! Веселись в полный рост!
Забудь заботы и держи трубой хвост.
Песенка из мультфильма «Король-Лев»
Сейчас большинство программ распространяется по принципу AS IS (англ. «как есть»). В соответствии с ним фирма-разработчик, программист-одиночка или поставщик не несут ответственности за проблемы, возникающие в ходе эксплуатации программы. Большинству пользователей такое положение вещей кажется противоестественным и вызывает возмущение: почему, получив деньги за программу, ее разработчик не хочет отвечать за проблемы? Например, за пропуск троянцев и причиненные в результате убытки.
Более того, многие сетуют на то, что покупатель, приобретая лицензию по принципу AS IS, получает программный продукт со всеми имеющимися в нем ошибками и не может даже предъявить претензии, что порождает возможность поставки некачественных продуктов.
Утверждение, что гарантий нельзя давать из-за сложности ПО, не выдерживает критики. Современный самолет — устройство со сложнейшим программным и аппаратным обеспечением. Его производитель не может быть уверен, что все ошибки были полностью устранены. Тем не менее, производитель самолетов, как правило, берет на себя всю ответственность за качество своей продукции. Ни одна другая технологичная индустрия не полагается исключительно на тестирование. Человечеством накоплен значительный опыт, позволяющий утверждать, что тестирование — это дорогой и не всегда эффективный способ выявления ошибок, в том числе и в приложениях. Для достижения высокого качества товара необходимо уделить особенно пристальное внимание его производству. Разработаны специальные методы улучшения качества производства, позволяющие производить продукты, не содержащие ошибок. При этом производители берут на себя ответственность за их работу, а также все расходы по возмещению ущерба, к которому привело использование их товара.
Ситуация в индустрии ПО, однако, противоположна описанной. Очень часто оно поставляется с заведомыми ошибками, за исправление которых деньги затем берут с пользователя. В целом об индустрии ПО сложилось мнение как о выпускающей ненадежную и некачественную продукцию. Типичный аргумент в защиту: «Ведь никто не делает лучше!» в данном случае неубедителен.
Почему же на неисправные самолеты и автомобили можно предъявить претензии, а на программы – нет? Дело в том, что самолет летает в известном инженерам окружении и построен (как правило) из материалов, свойства которых тоже знакомы. В отличие от самолета, программы работают в совершенно неизвестном для разработчика окружении. Состав программ, их версий и настроек может быть самым различным, равно как и аппаратное обеспечение. И все это не зафиксировано, а постоянно изменяется – скажем, с новым обновлением ОС. В результате, если испытания самолета ограничены по количеству тестов (хотя и могут оказаться дорогостоящими), то протестировать работу программы во всех конфигурациях совершенно нереально.
Почему же возможна подобная безответственность? Основной лозунг производителей ПО в настоящее время звучит так: «Невозможно исключить все ошибки из разрабатываемых приложений!» Однако это неверно. Существует множество ПО, функционирующего без ошибок.
Антивирусы, к которым наиболее часто применяется критика принципа AS IS, – одни из самых проблемных программ. Все дело в необходимости постоянных обновлений, пристальном внимании злоумышленников и в завышенных ожиданиях со стороны пользователей.
Обновления антивирусов выходят раз в полчаса и чаще. Можно ли за это время протестировать все конфигурации ПО и «железа»? Вопрос риторический.
Еще одна проблема кроется в самих пользователях. И тут дело даже не в некоторых «умелых ручках», настраивающих антивирус на беспрепятственный пропуск троянцев (например, добавляющих в списки исключений из проверки .exe и .dll-файлы).
Пользователи зачастую покупают не антивирус, а свое мнение о нем.
Они хотят продукт, который ловит все, не потребляет никаких ресурсов и не требует настройки. А когда оказывается, что это – «фата-моргана», то возмущаются крушением надежд.
Жизнь без забот – что может быть желаннее? Но принцип AS IS — общепринятое положение в мировой компьютерной практике — возник не на пустом месте. Он позволяет установить стоимость продукта на минимальном уровне, ограничив тестирование оптимальным количеством проверок.
Разработчик ПО и распространитель ПО, как правило, не несут ответственности и за утерю пользователем баз данных программы и не производят ее восстановления.
Антивирусная правДА! рекомендует
Если пользователь соблюдает рекомендованные правила антивирусной защиты (в том числе не отключает антивирус (вы думаете, таких мало?!), а также своевременно его обновляет — но не только это), то мы предпринимаем все усилия к восстановлению пользовательских данных, поврежденных вредоносным ПО, неизвестным антивирусу в момент заражения.
Принцип эффективности толкования договора, или О том, как важно быть уверенным в том, что есть именно то, о чем стороны договорились, или думали, что договорились
Неясность или двусмысленность спорного текста, особенно когда позиции сторон по делу также невнятны, создает риск выбора «негативного сценария», т.е. признания договора незаключенным, недействительным, неисполнимым, абсурдным либо таким, каким его стороны и помыслить не могли.
Если договор заключен, логично предположить, что его возникновение имеет причину и цель. Коль скоро договор как юридический факт представляет собой волевое действие.
Произвольное (слишком быстрое) признание любого существенного условия несогласованным или недействительным противоречит стабильности гражданского договора и общей идее о том, что договоры должны соблюдаться (параллель с pacta sunt servanda). Собственно, римский принцип favor contractus тоже об этом – о необходимости всячески благоприятствовать сделке «быть».
Одним из следствий игнорирования принципа эффективного толкования следует считать массовый характер споров о признании сделок недействительными, что в целом неестественно для гражданского права. В п. 5.1.1 Концепции развития гражданского законодательства (от 7.10.2009 г.) было указано, что «Значительная часть этих споров инициируется недобросовестными лицами, стремящимися избежать исполнения принятых на себя обязательств. В этой связи необходимо предпринять законодательные меры, направленные на исправление складывающегося положения».
Вместе с тем, проблема глубже. Дело не только и не столько в законодательстве, сколько в адекватности и разумности правоприменения и, как следствие, толкования.
Однако важно то, что это тот самый принцип толкования, который признан в международной практике и равным образом известен нашему законодателю (жаль только, что не закреплен прямо в ст. 431 ГК РФ) и национальным судам (жаль только, что прямо не поименован таковым и не снабжен детальными разъяснениями).
Его идейное содержание хорошо сформулировано в Принципах Европейского договорного права (The Principles on European Contract Law (PECL)), в ст. 5: 106 :
Это означает, что предпочтительным является толкование позитивное, то есть в пользу того, что условие законно и эффективно, то есть существует, действительно, исполнимо, неабсурдно, похоже на то, что стороны имели или должны были иметь ввиду.
Именно на обеспечение такого исхода толкования необходимо направить все силы и внимание, особенно суду в процессе оценки позиций сторон.
Разумеется, данный принцип не означает абсолютизацию свободы договора без причины. Неустранимые дефекты в выражении воли могут быть, но их необходимо не только установить, но и убедиться в их неустранимости. То есть убедиться в том, что неясные выражения никак не объяснить в смысле, наиболее благоприятном для сохранения сделки.
Потенциал для толкования можно черпать в том числе и в законодательстве. Не случайно законодатель отказался от презумпции ничтожности сделки в пользу презумпции оспоримости (ст.168 ГК РФ), а также допустил существование иных последствий нарушения сделки, не связанных с недействительностию (ст. 431.1 ГК РФ).
В п. 2 ст. 431.1 ГК РФ справедливо указано, что, по общему правилу, сторона, которая приняла от контрагента исполнение по договору, связанному с осуществлением его сторонами предпринимательской деятельности, и при этом полностью или частично не исполнила свое обязательство, не вправе требовать признания договора недействительным.
Это норма как раз является одним из доказательств значимости принципа эффективного толкования договора и демонстрацией многофакторности правовой оценки.
Согласно п.8 ст. 7 Федерального закона от 29.12.2015 N 382-ФЗ «Об арбитраже (третейском разбирательстве) в Российской Федерации” “При толковании арбитражного соглашения любые сомнения должны толковаться в пользу его действительности и исполнимости”. Очевидно, что при всей особенности природы арбитражного соглашения вряд ли можно найти серьезные аргументы против применения данного принципа ко всем гражданско-правовым договорам. Как минимум, допустима аналогия закона (п. 1 ст. 6 ГК РФ).
Следует обратить внимание на то, что в абз. 1 п. 43 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 25.12.2018 N 49 «О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации о заключении и толковании договора» (ПП ВС № 49) особо обращается внимание на то, что “Условия договора подлежат толкованию в системной взаимосвязи с основными началами гражданского законодательства, закрепленными [НЕ ТОЛЬКО] в статье 1 ГК РФ, [НО И ]другими положениями ГК РФ, законов и иных актов, содержащих нормы гражданского права (статьи 3, 422 ГК РФ)“ (вставка моя). Это лишний раз показывает, что пока что правила толкования договоров не могут быть ограничены крайне лаконичной ст. 431 ГК РФ.
Сам принцип эффективного толкования в общем виде сформулирован в п. 44 ППВС№ 49: “При наличии спора о действительности или заключенности договора суд, пока не доказано иное, исходит из заключенности и действительности договора и учитывает установленную в пункте 5 статьи 10 ГК РФ презумпцию разумности и добросовестности участников гражданских правоотношений. Если условие договора допускает несколько разных вариантов толкования, один из которых приводит к недействительности договора или к признанию его незаключенным, а другой не приводит к таким последствиям, по общему правилу приоритет отдается тому варианту толкования, при котором договор сохраняет силу”.
Я говорю именно об общем виде, поскольку оценкой (не)заключенности / (не)действительности этот принцип не ограничивается. Сказанное подтверждается не только приведенными выше примерами из PECL и законодательства, но самим же ВС РФ, разъяснениям которого просто не хватает полноты и системности.
В частности, отражением принципа эффективного толкования является и оговорка в абз. 3 п. 32 ПП ВС № 49 о том, что “Толкование договора не должно приводить к такому пониманию условия договора, которое стороны с очевидностью не могли иметь в виду.”
За этим разъяснением можно увидеть всю широту идеи эффективного толкования. Дело не только в оценке (не)заключенности /(не)действительности условия. Дело в выборе из всех возможных смыслов того, который наиболее соответствует или должен соответствовать именно общим намерениям и воле сторон, является ситуативно разумным, адекватным и неабсурдным.
Достаточно редко, но в практике судов также можно увидеть обращение к принципу эффективного толкования в самом широком смысле, то есть не только в контексте оценки наличия и законности условий, но и для того, чтобы убедиться, что их понимание не приводит к абсурдным последствиям.
Например, в Постановлении Арбитражного суда Северо-Западного округа от 04.10.2016 N Ф07-7716/2016 по делу N А56-72478/2015 примечательно следующее указание:
Статьей 32 Венской конвенции предусмотрено возможное обращение к дополнительным средствам толкования, в том числе к подготовительным материалам и к обстоятельствам заключения договора, чтобы подтвердить значение, вытекающее из применения статьи 31; или определить значение, когда толкование в соответствии со статьей 31: оставляет значение двусмысленным или неясным (а), или приводит к результатам, которые являются явно абсурдными или неразумными (b)”.
Напротив, игнорирование принципа эффективного толкования приводит к существенным ошибкам. Примером может служить дело, приведенное в п. 23 «Обзор судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 3 (2020)»(утв. Президиумом Верховного Суда РФ 25.11.2020).
Жаль только, что ВС РФ не поясняет свою вывод исчерпывающим образом и не говорит о том, что такой подход обусловлен именно необходимостью соблюдения принципа эффективного толкования договорного условия.
Подытоживая:
Таким образом, применение положений ст. 431 ГК РФ невозможно без учета принципа эффективного толкования.
Последний означает, что в споре должны быть предприняты всевоможные усилия для того, чтобы договор (1) в случае доказанности неясности соответствующих условий 2) был признан именно заключенным, действительным, исполнимым, разумным и не абсурдным с точки зрения общей воли сторон.
В этом состоит его практическое значение.
Практические рекомендации в договорных спорах может быть сформулированы следующим образом:
как в процессе подготовки правовой позиции, так и в процессе оценки аргументов спорящих сторон необходим последовательный тест на оценку каждого условия (1) не только как существующего, законного (первый этап), но и эффективного (то есть такого, которое разумно и неабсурдно для сторон) (второй этап);
как следствие, выбор “негативного сценария” без достаточных причин толкования будет является существенным нарушением норм права и поводом для оспаривания судебных актов.