битва на косовом поле закончилась безрезультатно
Православная Жизнь
И почему для сербов так важна память о Косовской битве.
Ежегодно 28 июня в Сербии отмечается национальный праздник «Видовдан» (Видов день), установленный в память о знаменитом сражении на Косовом поле в 1389 году. Тогда сербское войско во главе с князем Лазарем Хребеляновичем противостояло турецкой армии – более сильному и многочисленному противнику. Все сербские воины и их благородный правитель погибли в том бою, а Сербия оказалась под османским игом. Почему же для сербов так важна память о Косовской битве, а князь Лазарь почитается как национальный герой? Об этом порталу «Православная Жизнь» рассказал сотрудник пресс-службы Сербской Патриархии Николай Сапсай.
– Николай, Косовская битва – трагическое событие в истории средневековой Сербии, следствием которого стали пять веков турецкого рабства. Тем не менее она воспета в гимнах и народных песнях, а князь Лазарь после гибели почти сразу был причислен к лику святых. В чем же значимость этого сражения и почему князь Лазарь герой?
Мысленно перебирая в тот час все свои слова и поступки, князь Лазарь вспомнил, что ночью во сне, накануне Косовской битвы, ему явился Ангел и задал вопрос: что дороже – земное царство или Царство Небесное? «Царство земное – кратко и временно, а Небесное – на веки вечные», – ответил Лазарь небесному посланнику. Он сам выбрал Царство Небесное, вечное, и тем самым заключил с Богом «царев завет», известный в народе как «Косовский завет».
Но как же проигравший битву князь именуется национальным героем и прославлен в лике святых? Что за парадокс?
Святитель Николай Сербский утверждал, что именно Косовская битва сделала сербов великим народом. Святитель называл Косово «национальной Голгофой», «духовным и нравственным воскресением». Oн неустанно напоминал, что после сражения на Косовом поле турки повернули назад, приостановив дальнейшее шествие вглубь Балканского полуострова. «Поскольку сербское войско все на Косовом поле полегло – причем добровольно – за истину и правду Божию, – утверждает святитель Николай, – то оно и победило».
С одной стороны, в этот день в жизни сербского народа произошла величайшая трагедия – поражение в битве, с которого началось утверждение турецкого владычества над Сербией. Поэтому для сербов Видовдан – день гибели земного «Сербского царства». Но вместе с тем – это и день памяти великого жертвенного подвига, победы Царства Небесного над царством земным, победы Вечной Жизни над преходящей, победы жертвенной любви над законами тленного мира.
Данное событие со временем приобрело центральное место в истории сербского народа. В связи с чем стало праздноваться в качестве национального праздника. В какой бы точке земного шара сербы не оказались, они стараются организовать памятные мероприятия. В диаспоре их совместно проводят посольства и епархии Сербской Православной Церкви. Однако центральные торжества проходят на месте битвы в Косово и Метохии, на юге Сербии.
– Известно, что в последний раз такое торжество было в 2017 году, его возглавлял Святейший Патриарх Ириней. В последующие годы по ряду обстоятельств Предстоятель Сербской Церкви не приезжал в Косово на Видовдан…
– В этом году наш Патриарх вновь молился на Косовом поле! Божественная литургия по случаю празднования Видовдана состоялась в монастыре Грачаница.
В проповеди к народу Святейший Патриарх Порфирий отметил, что православная вера является парадоксальной и каждый, кто попытается понять Евангелие лишь умом, обречен на провал. Ведь православная вера – вера любви, которая не только нелогична, но и антилогична. Предстоятель призвал народы в Косово и Метохии к мирному сосуществованию.
«Различия не должны быть причиной конфликтов и разлуки. Различия – это дары, а дар – это то, что мы получили, чтобы приумножить его и отдать себя другим. Грачаница – это наши глаза, наши уши, наше сердце – так решил князь Лазарь в День святого Вита. Он выбрал веру во Христа, а не праздничную трапезу. И поэтому, когда они говорят нам оставить Грачаницу, отказаться от Косово и Метохии, ну, господа, вы бы позволили себе вырвать глаз, отрезать уши, вырвать сердце? Мы знаем, что вы не согласитесь. Это битва за существенную свободу», – сказал Патриарх.
После Литургии на мемориальном комплексе Газиместан, посвященном битве на Косовом поле, Патриарх Порфирий вместе с архиереями отслужил панихиду по православным воинам, живот свой положившим за веру и Отечество.
Несмотря на многотысячную группу верующих, посетивших эти святые места, многие не смогли оказаться на торжествах из-за ограничений, введенных полицией самопровозглашенного государства Косово, кого-то не пустили из-за национальной символики. Были случаи задержания при жестких осмотрах, которым подвергались и священнослужители, и монашествующие.
В этот праздничный день Патриарх Порфирий также посетил город Крушевац и храм Лазарица, сооруженный еще при жизни князя Лазаря. В связи с 650-летием города – исторической столицы сербского князя, был открыт новый памятник святому Лазарю.
– Как сегодня сербы сохраняют память о событиях более чем 600-летней давности и духовную связь с Косовским краем?
– Несмотря на прошествие стольких веков от подвига князя Лазаря, битва за сохранение Косово и Метохии продолжается для сербов по сей день – и в прямом, и в переносном смысле. Стремясь с помощью Запада отнять у сербов эту святую землю, албанцы прибегают ко всевозможным средствам, в том числе переписывают историю, уничтожают памятники духовности и культуры сербского народа. Не стоит долго искать примеры притеснений православных на юге Сербии, так как даже в нынешнем 2021 году было несколько нападений на храмы, в связи с чем Сербская Православная Церковь просила ОБСЕ и KFOR защитить верующих в Косово и Метохии.
О сербских святынях в Косово и Метохии написано много художественных произведений, трудов, монографий, снято множество документальных фильмов. С их помощью сохраняется память о корнях идентичности для сербов, а также предоставляются подлинные сведения о многострадальной истории сербского народа на этой земле.
Молитвами благоверного князя Лазаря Господь да укрепит всех нас и поможет остаться на пути ведущем в Царство Божие, невзирая на все соблазны мира сего.
«Решительно настроены сражаться за независимость»: какую роль в истории Сербии сыграла битва на Косовом поле
630 лет назад на Косовом поле (близ современной Приштины) состоялось крупное сражение между объединённым войском сербских феодалов и армией турок-осман. Среди историков нет единого мнения по поводу того, кто одержал победу в битве, поскольку обе стороны понесли большие потери. Сражение сыграло важную роль в укреплении национальной идентификации сербского народа.
Начало сербской государственности
В VI веке н. э. началось активное проникновение славян на Балканы. Они создавали небольшие политические объединения, которые находились в формальной зависимости от Византии. В IX веке среди сербов началось оформление княжеской власти, однако процесс образования государства шёл достаточно медленно. Сербы постоянно попадали в зависимость либо от болгар, либо от Византии.
В XII столетии усилилось сербское политическое объединение — Рашка. Под его контролем постепенно оказалась большая часть сербских земель, а Византия вынуждена была признать его независимость. В XIII веке в Сербии появились собственный король и автокефальная церковь. Сербская правящая династия Неманичей происходила от великих жупанов (великих князей) Рашки.
С конца XIII столетия сербы в результате переговоров с Византией начали постепенно сдвигать границу своего государства на юг. В 1346 году король Стефан Урош IV Душан принял титул царя сербов и греков, основав Сербо-греческое царство. При нём в Сербии резко возросло влияние греческой культуры, произошла кодификация законодательства по византийскому образцу.
Сербо-греческое царство стало крупнейшей и мощнейшей державой Юго-Восточной Европы, однако просуществовало недолго.
Пролог к битве
В конце XIII — начале XIV века в Малой Азии распалось тюркско-мусульманское государство — Сельджукский султанат. Впоследствии быстро набрал силу один из бейликов (феодальных владений), правителем которого был султан Осман I. Созданная им Османская империя стала расширяться за счёт соседних тюркских и византийских территорий. В середине XIV столетия турки начали вторжение в европейские владения Византии.
В 1371 году правители пограничных с византийскими землями сербских объединений попытались остановить османскую экспансию, но потерпели поражение в битве на Марице. После смерти бездетного Уроша V Сербо-греческое царство прекратило своё существование.
Наиболее могущественным правителем на этой территории стал контролировавший его северную часть (Сербию) князь Лазарь Хребелянович, женатый на Милице Сербской из рода Неманичей. Он проводил политику централизации сербских земель, но был вынужден платить дань туркам ради обеспечения временной безопасности княжества. Для сдерживания османской экспансии Лазарь вступил в союз с боснийским баном (правителем) Твртко I.
В 1389 году османский султан Мурад начал масштабный поход c целью захватить Сербию.
Битва на Косовом поле
Лазарь и его зять, правитель области Косово Вук Бранкович, собрали армию для защиты от захватчиков. Твртко I отправил им на помощь боснийский отряд под командованием воеводы Влатко Вуковича. Османское и сербское войска встретились на Косовом поле.
Доцент кафедры всеобщей истории РГГУ кандидат исторических наук Ольга Саприкина рассказала в беседе с RT, что эта территория имела стратегическое значение, поскольку была своего рода ключом к Сербии.
«Здесь пересекались пути, ведущие в различных направлениях — в частности, на север и юг Балканского полуострова», — отметила эксперт.
Историкам неизвестно точное количество сербских и турецких войск, которые приняли участие в сражении. По разным данным, османская армия насчитывала от 15 до 40 тыс. человек, а сербская — от 10 до 33 тыс.
По словам Саприкиной, «это были большие по масштабам своего времени силы».
Основу сербского войска составляла тяжёлая кавалерия. Турецкая армия была более сбалансированной, поскольку включала регулярный янычарский корпус, тяжёлую кавалерию сипахов, лёгкую пехоту и конницу, различные вспомогательные части. При этом османские военные имели богатый военный опыт, а сербы уже несколько десятилетий не вели масштабных войн.
«Несмотря на то что сербы уступали по силам османам, они были решительно настроены сражаться за свою независимость», — подчеркнула Саприкина.
Большинство историков считает, что битва началась с обстрела турками сербских порядков и атаки тяжёлой сербской кавалерии. Она смяла левый фланг османов, которым управлял старший сын султана Якуб. Но правый фланг турецкого войска под командованием другого сына Мурада — Баязида — атаковал сербов и прорвал их оборону.
Лазарь и Мурад, руководившие центральными силами своих армий, погибли в ходе сражения. По одним данным, Лазарь был убит непосредственно во время боя, по другим — был захвачен в плен и казнён турками. В европейских и турецких летописях говорится, что Мурад погиб от рук легендарного героя Сербии — Милоша Обилича.
Согласно сербскому эпосу, Обилич (или Кобилич) был вторым зятем Лазаря. Незадолго до сражения завидовавший более доблестному Милошу Обиличу Вук Бранкович якобы оклеветал родственника, обвинив его в сговоре с турками. Чтобы защитить свою честь, Обилич проник в турецкий лагерь, притворившись перебежчиком, и заколол кинжалом Мурада.
Однако некоторые учёные сомневаются в реальности существования Обилича из-за отсутствия такого имени в официальных документах. Согласно другим версиям, Мурада убили ворвавшиеся в турецкие порядки сербские кавалеристы или лежавший на поле среди убитых сербский воин.
Итоги сражения
Ольга Саприкина утверждает, что «исход битвы на Косовом поле до конца не ясен». По её словам, согласно обычаям войны того времени, победителем чаще всего считался тот, за кем осталось поле боя. С одной стороны, турки потеснили сербских воинов, с другой — сами отступили после окончания сражения, оставив Косово сербам.
По словам эксперта, Косовская битва сыграла «важнейшую роль в укреплении самосознания и национальной идентификации сербского народа». Память о ней сплотила сербский этнос и не позволила ему раствориться в османском окружении, несмотря на столетия иностранного гнёта.
Оба войска понесли в ходе битвы огромные потери, однако их количество неизвестно. Во время сражения был убит Якуб — старший сын Мурада. В этих обстоятельствах Баязиду нужно было срочно утвердиться на престоле, поэтому он не намеревался продолжать войну.
Учитывая гибель Мурада и отступление османов, ряд историков в Европе приписывают сербам победу в Косовской битве. Однако из-за тяжёлых потерь Сербия в дальнейшем не смогла оказать туркам серьёзного сопротивления. В бою погибло почти всё дворянство, а наследнику Лазаря — его сыну Стефану — было в это время всего 10 лет. До его совершеннолетия регентом была его мать Милица. Впоследствии Стефан Лазаревич признал себя вассалом Турции, однако уберёг Сербию от разорения и прямого турецкого правления. Он был бездетным, поэтому своим наследником провозгласил сына Вука Бранковича — Георгия.
В середине XV столетия при султанах Мураде II и Мехмеде II турки совершили несколько разорительных походов на сербские земли и ликвидировали сербскую государственность.
«В 1459 году страна была окончательно включена в состав Османской империи и, таким образом, попала под многовековой турецкий гнёт, задержавший экономическое, политическое и культурное развитие сербского народа. Ни одно событие сербской истории не оставило такого глубокого скорбного следа, как поражение на Косовом поле», — пишет в своей книге «Великие битвы. 100 сражений, изменивших ход истории» историк Александр Доманин.
По мнению эксперта аналитического центра «Платформа общественной дипломатии Сербии» политолога Екатерины Поморцевой, битва на Косовом поле — важнейшее событие в сербской истории.
«Сражение стало основой для нациеобразующего мифа. Косово — это одновременно мечта, надежда и боль сербского народа, историческое сердце Сербии», — резюмировала Поморцева.
Поле Черных Дроздов, или битва на Косовом поле 2.0
Косово поле. Как много в этих двух словах смысла для любого жителя Балкан, особенно серба, много боли за Отечество. Какие серьезные последствия наступили после этого сражения. Эта трагедия произошла в 1389 г. в день святого Вида. Но была и вторая битва на этом поле. Многострадальная Сербия стала ареной борьбы между венгерским королевством в лице бескомпромиссного врага турок Яноша Хуньяди, с одной стороны, и османской империи в лице султана Мурада II, с другой. Новая битва произошла в октябре 1448 г.
Против него выступил сам Мурад II со 100 000-й армией, но, вероятно, османы привели 60-80 тысяч. Армия имела мощный состав: сипахи-тимариоты, джебелю и акынджи, янычары, пехотя «яя», артиллерию (?), множество стрелков из лука.
Янош послал султану письмо со словами: «У меня нет столько воинов как у тебя, их меньше, но все они добрые воины, стойкие, верные и мужественные». На что султан ответил: «Я предпочитаю иметь полный колчан обычных стрел, чем шесть или семь позолоченных». Накануне, сербский деспот Джурджу Бранкович пропустил армию Хуньяди через свою территорию, но поддержать войсками отказался из-за боязни кары со стороны турок.
17 октября 1448 г. в четверг противники встретились на Косовом поле. Бой начался с утра атакой тяжелой турецкой конницы. Но атака была отбита с большими потерями для турок при помощи вагенбурга и наемной пехоты. К вечеру первого дня обе армии укрепляли позиции частоколом. Их разделяло около ста метров. Была предпринята контратака во фланг, отбросившая турок.
18 октября — день перестрелки. Янычары-лучники вышли к частоколу и поливали венгров дождем из стрел. Но Хуньяди не зря делал ставку на наемников-профи. Его хэндганнеры с павезами эффективно вели ответный огонь по янычарам. Настолько, что неоднократно элита османской армии уходила на перегруппировку. Несомненно, скорострельность и выучка янычар не вызывает сомнений в высоком качестве, но огнестрел постепенно завоевывает популярность, к концу века янычары превратятся в формирование с аркебузами, лучники не исчезнут, но их приоритет будет понижен. Тут еще и тактический момент важен. Павезы. Они спасали солдат от стрел из турецкого лука, у янычар такого аналога не было, да и от пули даже из примитивного ручного хэндгана щит тогда уже не спасал.
Но на второй день сражения — тогда же 18 октября — валашский отряд господаря Владислава II Данешти по старой и недоброй традиции изменил венграм и в полном составе перешел на сторону султана. Сложно сказать, что именно подвигло на это валахов, ведь исход боя еще не был решен. Для ослабленных двумя днями битвы венгров, потеря 4 тыс. валахов была сильным ударом. Турки атаковали с фронта, а валахи с тыла. Теперь битва оборачивалась катастрофой.
На третий день бой шел до вечера, это была суббота, как описывает это Константин Михайлович. Венгерская армия сражалась в окружении и, к концу дня, была разбита и уничтожена. Вырвавшись из окружения, Хуньяди бежал с остатками войска. По скупому описанию Михайловича, ход финальной части сражения был следующим. В отчаянном стремлении изменить ход сражения в свою пользу, Янош Хуньяди предпринял атаку тяжелой кавалерии на ставку султана и его придворную охрану. Атака была отбита, и остатки этого отряда ушли в горы, а оставшиеся в поле были обречены на методичное уничтожение, впрочем, что и произошло.
На соседнем холме султан в назидание велел соорудить пирамиду из отрубленных голов убитых воинов-христиан. Наемники, захваченные в плен, были обезглавлены, сообразно османской традиции поступать так с наемными солдатами противника.
Это было тяжелое поражение, но надоришпан венгерского королевства (с 1446 г.) продолжил борьбу с турками и принялся снова собирать силы против них до самого конца своей жизни, которая, к слову, закончилась великим триумфом в битве за Нандорфехервар (Белград) в 1456 г. Янош Хуньяди является национальным героем Венгрии и почитается до сих пор.
Косово: мученичество или самоубийство?
Статья владыки Артемия Рашско-Призренского и Косовско-Метохийского написана в 1992 году. Но и по прошествии более чем 15 лет она сохраняет свою актуальность, потому что сегодня сербский народ вновь стоит перед выбором своего пути. Нам же, со стороны смотрящим на трагедию Сербии, у которой отняли Косово, эта статья поможет острее почувствовать всю боль и горечь сербского народа, для которого «косовский вопрос» это не только вопрос о территориальной целостности государства.
Хотя уже три года минуло со дня празднования 600-летней годовщины Косовской битвы, тем не менее к теме Косова не лишним будет вернуться вновь. Тем более что за эти три года многое изменилось, многие надежды наши не оправдались, многие обещания вновь оказались всего лишь нарядной ложью. Пусть же эта статья, пусть и по прошествии трех лет, станет малой свечой, зажженной перед святым косовским жертвенником, и еще одним лучиком света в мрачном тоннеле, по которому в очередной раз несется поезд нашей истории.
О Косове много писалось и говорилось еще в годы подготовки к юбилею. Не было такой газеты или журнала, светского или церковного, где бы не затрагивалась эта тема. Не было собрания или торжества, на котором бы не шла речь о Косове. Вышло в свет немало публикаций – и научных, и популярных, – приуроченных к знаменательной дате. Весь сербский народ так или иначе оказался включенным в празднование: кто-то – непосредственным присутствием в Грачанице и у Газиместана в этот шестисотый Видов день, в Книне и в Далматинском Косове, в Кнежине, Дрваре или в других местах, где торжественно и многолюдно отмечалось это событие, кто-то – чтением статей и книг, посвященных юбилею, а кто-то следил за перечисленными мероприятиями через средства массовой информации – по радио и телевидению. [1] Словом, трудно найти серба, где бы он ни жил, чьи мысли и чувства в тот год не устремлялись бы к Косову.
Смело можно сказать, что тогда сербы второй раз за свою историю пребывали в согласии и единстве: первый раз это было на Видов день 1389 года, а второй раз – в тот шестисотый Видов день. [2]
Впрочем, и в тот первый Видов день, хотя все сербы и были на Косовом поле, но не у всех были одни и те же помыслы, одно и то же предназначение. Точно так же и в этот Видов день (равно как и в целом на протяжении всей нашей истории), хотя все думали и говорили о Косове, но видели и переживали Косово различно.
Косово с самого начала и по сегодняшний день у сербского народа является «камнем преткновения и скалой искушения». Оно – судьбоносный водораздел в нашей истории. События нашей истории делятся на то, что было «до Косова» и «после Косова» точно так же, как события мировой истории делятся на эры до Христа и после Христа.
Со времен той знаменательной битвы люди разделились на два лагеря: одни считают Косово поражением, другие – победой. Одни – событием, вследствие которого мы попали в мрачное пятивековое турецкое рабство, другие – событием, благодаря которому мы выдержали и пережили это рабство. Одни – «гробницей», в коей «все наши надежды погребены», другие – источником всех самых возвышенных побуждений и устремлений нашего народа. Наконец, одни Косово видят местом, на котором целый народ совершил массовое самоубийство, другие – жертвенником, на котором целый народ принес себя в жертву Царствия ради Небесного и таким образом стал мученическим народом.
Насколько «душа больши eсть пищи, и тело одежди» (Мф. 6: 25), настолько же отношение к Косову этих вторых возвышеннее отношения к нему первых. На князя Лазаря и его войско шесть сотен лет изливается благословение целого народа, а на Вука Бранковича и его сторонников пало народное проклятие. Пример князя Лазаря побуждает нас гордиться и вдохновляться теми же идеалами, за которые он мученически пострадал, а пример Вука вызывает чувство стыда за то, что и в нашей семье не без такого урода.
Все это будет намного яснее, если святого князя Лазаря и его витязей рассматривать в свете Христова Евангелия, сравнивая их с мучениками Церкви Христовой первых трех веков христианства. Тема Косова освещалась в разных аспектах, однако в таком, как нам кажется, недостаточно.
Жизнь князя Лазаря во многом похожа на жития величайших святых Божиих. Из жизнеописаний князя и сложенных в его честь богослужебных песнопений мы знаем, что он был «благ, кроток, украшен незлобивостью, истиной и правдой». Был он «око слепым, нога хромым, опора старым». Как говорит его современник патриарх Даниил III, он был «с детства многими добрыми делами украшен и, всеми добродетелями обладая, являл себя благородным, многомудрым и мужественным». Он был справедливым и мудрым властителем, нежным и чадолюбивым отцом, благородным и верным супругом. На всех жизненных поприщах он жил и поступал по-евангельски.
Одинаково заботился он и о государстве, и о Церкви. Первое стремился он укрепить и защитить от внешних врагов и внутренних раздоров, а вторую – украсить и возвысить как достойную невесту Христову. С этой целью он мирил могущественных вельмож и заключал союзы с соседними правителями; воздвигал многие великолепные задушбины – церкви и монастыри, по примеру славных предшественников, святых Неманичей, и обеспечивал их всем необходимым для несения святой и возвышенной миссии в народе. Особенно он был сострадателен, милостив и внимателен к монахам, и в частности, к синаитам, которые бежали со святой горы и с Востока под натиском безбожных измаильтян и находили убежище в свободной Лазаревой Сербии.
Одним словом, он в своей жизни всецело исполнил Евангелие Христово. Так что нет ничего удивительного в том, что в момент принятия судьбоносного решения он более возлюбил Царствие Небесное. Ибо только тот, кто может жить Царствия ради Небесного, может и умереть за Царствие Небесное.
В греческом языке одно и то же слово используется для обозначения и мученика и свидетеля ( m ά r t u V ), и мученичества и свидетельства ( m a r t ύ r i o n ), ибо нет ни лучшего, ни более надежного свидетеля, чем тот, который свое свидетельство (здесь: исповедание Господа Христа) запечатлел и подтвердил пролитием своей крови и самопожертвованием. Достаточно раскрыть на любой странице жития святых и убедиться, что мученичества всегда были публичны: на судилищах, в амфитеатрах, на площадях, где всегда присутствовали огромные массы народа, как раз и случалось это, и многие, видя доблестное перенесение мучений отдельными мучениками, и сами, уверовав во Христа, открыто исповедовали Его истинным Богом и за свое исповедание платили жизнью.
Точно так же и святой князь Лазарь и все его войско открыто, на глазах всего света, на широком Косовом поле, принесли себя в жертву, сложив свои головы за крест честной и Того, Кто на кресте распят.
Из этого следует вторая особенность каждого мученика, а именно: для того чтобы некто удостоился этого дара (мученического венца), ему необходимо претерпеть страдания за правую и истинную веру, то есть необходимо, чтобы он принадлежал телу Христову – Церкви. Есть люди, которые жертвуют жизнью и кровь свою проливают, руководствуясь различными другими мотивами и целями (идеологическими, партийными, государственными), однако их нельзя назвать мучениками, ибо, как часто повторял авва Иустин Челийский, «Богу не нужны несвятые мученики». Они могут называться героями, витязями, храбрецами, но не мучениками. [9]
Что же касается святого князя Лазаря, он был, несомненно, всю свою жизнь верным чадом Православной Церкви, что подтвердил и накануне самой Косовской битвы, причастившись вместе со всем своим войском пречистых таин Христовых и таким образом подготовившись к переходу из земного в Небесное Царство.
Это недвусмысленно свидетельствует о том, что основная черта всякого мученика – сознательнои добровольнопринести себя в жертву Христа ради, ибо только сознательная и добровольная жертва имеет вечную, неизмеримую ценность. Каждый из них мог избежать страдания и смерти, если бы отрекся от Христа и поклонился идолам (к чему обычно принуждали мучеников), но тогда он бы уже звался не мучеником, а отступником или предателем.
На Косовом поле мы найдем и тех, и других. Хотя все пришли на Косово сознательно и добровольно
За честной крест кровь пролить, сражаясь,
И за веру с братьями погибнуть,
однако не все до конца были тверды в этом решении. В то время как князь Лазарь и его войско пребыли верными своему обету и предназначению и все,
Как один, на Косове остались,
Вук Бранкович со своими приспешниками изменил и себе, и князю. Тем самым он лишил себя звания мученика и заслужил имя «предателя».
«Иначе с Косовом, – продолжает святой владыка, – здесь полное единство мотива и цели борьбы и полная решимость умереть. Борьба ведется за Царствиe Небесное, а не за державу, народ, князя или что-нибудь еще земное и преходящее. Борьба идет за крест честной, символ Царства Христова. И достойный князь, и воеводы великие и малые, и все их полки выступили на Косово с твердой решимостью пожертвовать своей жизнью за Царство Небесное, за честной крест и Христову веру и за благое имя Иисуса.
Если Царством ты пленен Небесным,
Храм на поле Косовом воздвигни;
Не клади же мрамор в основанье:
Вместо камня – шелк и багряницу;
В этом храме причастишь ты войско.
Знай, что войско все твое поляжет,
С ним и сам ты, государь, погибнешь…
Князь пленился Царствием Небесным,
А земное царствие оставил.
И не только Лазарь. С таким же виденьем небесной реальности и таким же осознанием предстоящей смерти отправляются на Косово поле и братья царицы Милицы – девять Юговичей. Каждый из них – без особой братской нежности – отвечает плачущей сестре, которая, с дозволения князя, «чтоб изъять ей из-под клятвы брата», просит их всех по очереди, чтобы хоть один остался с нею в Крушеваце:
Не вернулся б и тогда к тебе я,
Если б царь мне подарил Крушевац.
Ведь, сестра, на Косово иду я
За честной крест кровь пролить в сраженье
И за веру с братьями погибнуть.
Чтоб погибнуть за Христову веру.
Итак, в сознании или подсознании целого народа звучала одна таинственная нота: что на Косове Христос раздает мученические венцы славы, что нужно добыть эти венцы, что одно царство теряется, а другое обретается и что пробил судьбоносный час пожертвовать всем ради креста честного. С этой нотой в душе сербские воины совершили и все предсмертные приготовления. Простились с домашними, причастились на Косове поле и пошли под крестоносными хоругвями на крест в день святого Вита и святого Амоса – крестной славы благоверного князя.
И погиб там государь князь Лазарь,
И все войско сербское погибло,
Полегло их семьдесят семь тысяч.
Все же были святы, благородны.
Святой владыка Николай ищет параллель Косову у других народов, прежде всего у православных греков, и не находит. Вот почему далее он смело утверждает:
И позднее, при всяком удобном случае, в пламенных и громогласных проповедях отца Иустина постоянно звучала тема Косовского Евангелия, которое он сжал в одно единственное изречение: «За Христа – всё, Христа – ни за что!» Напоенный этим Косовским Евангелием, наш народ во все времена приносил на алтарь небесной правды лучшее, что у него было. Каждое поколение сербское отдавало не только «десятину», но зачастую и треть, и даже половину себя на косовский жертвенник. И так – с того первого Видова дня и по сегодняшний день.
Как мученики в жизни, а особенно в смерти, отличаются от остальных людей – героев и смельчаков, так и после смерти между ними остаются различия. В мученике еще при жизни обитает Дух Святой, Который, собственно, и дает ему силы для жертвенной смерти и Который придает телу мученика исключительную ценность – превращает его в святые мощи. На мощах и крови мучеников утверждена Церковь Христова на земле. Она собирает и хранит их как свое величайшее бесценное сокровище и воздает им литургическое молитвенное почитание. Потому и святой князь Лазарь при жизни приобретал святые мощи по всему Востоку и приносил их в свою Сербию, дабы тем упрочить ее духовное основание. А после мученической кончины своей на Косовом поле он добавил в ризницу Церкви Христовой еще один вклад – свое святое тело, которое Церковь бережно хранит вот уже целых шесть столетий. Трогательно внимание Сербской Церкви и сербского народа к Косовскому мученику. Хотя и сами они многое претерпевают от исторических бурь и катаклизмов, однако никогда не расстаются с его мощами, но носят и переносят их с Косова поля через Раваницу до Сент-Андреи, сремских монастырей и престольного Белграда и вновь в Раваницу. [16] Особенно трогательно было перенесение святых мощей, длившееся с Видова дня 1988 года до 9 сентября 1989 года, когда они вернулись в предивную задушбину князя – монастырь Раваницу близ Чуприи и упокоились там. Во время этого шествия честной князь словно совершал некий смотр своему народу, порой радуясь, а порой и рыдая, ибо не везде и не всегда находил он нас такими, какими желал бы видеть. Часто мы представали перед ним «худшими, нежели до Косова», – с нашим неверием, отсутствием согласия и небрежением о тех вечных ценностях, за которые он мученически пострадал. Но, повторяя путь на свое и наше Косово, дабы встретить там шестисотый Видов день, святой князь изливал из своих святых мощей небесный мир и благодать на своих потомков, пробуждал спящие души и совесть своего народа, не как некогда – листом книги белой, но теперь лично, дабы сербы вернулись к себе, и к Косову, и к Косовскому завету, и к Косовскому Евангелию.
Так крестоносное войско на Косове спасло душу и сохранило тело. А изменники сначала погубили душу на Косове, чтобы после Косова и тела их пропали. Неизвестно, где могила Вука Бранковича, равно как и могилы позднейших предателей, бывших в нашей мученической истории.
Здесь мы касаемся глубинных, таинственных струн нашей темы, темы мучеников-победителей. Как можно считать мученика победителем, а мучителя – побежденным, если первым условием для того, чтобы кто-то стал мучеником, является лишение его жизни? Точный ответ на это кажущееся противоречие можно получить при ясном рассмотрении цели, которой руководствуется мученик и его мучитель. Всякий без исключения мученик имеет целью не спасение своей жизни (телесной), но свою веру в Господа Христа; и мучитель имеет целью не лишить мученика жизни, а принудить его – волей или неволей – отречься от Христа и поклониться идолам. Ни с одним мучеником мучители не преуспели в достижении этой цели и, чувствуя себя побежденными твердостью мучеников, из злобы и зависти лишали их жизни. А мученики, несмотря на то, что претерпевали страшные мучения (вспомним хотя бы Ясеновацких мучеников) и в конце концов лишались жизни, достигали своей цели и становились непобедимыми победителями, сохранив веру, и в добром исповедании ее переселялись к своему Господу в Царствие Небесное вечно жить и царствовать с Ним. За некоторыми мучениками – например, святым великомучеником Георгием – даже закрепились такие эпитеты как Победоносец. И каждый мученик без исключения мог бы с полным правом повторить слова святого апостола Павла: «Подвигомъ добрымъ подвизахся, теченiе скончахъ, веру соблюдохъ» (2 Тим. 4: 7).
И во всех других сферах обычной жизни победитель – это тот, кто достигает своей цели, а побежденный – тот, кто цель свою упускает и не может осуществить задуманное. Церковные службы мученикам представляют собой прекрасную мозаику чудесных и дивных примеров того, как мученики побеждали своих мучителей и радостно спешили в объятия живого Господа, дабы жить с Ним во веки веков; «Отче, ихже далъ eси мне, хощу, да идеже eсмь азъ, и тiи будутъ со мною (Ин. 17: 24).
Прославляя Видов день и Косовских мучеников во главе со святым князем Лазарем, мы выражаем свою любовь к нашим славным и святым предкам и таинственно присоединяемся к тем, которые возлюбили Царствие Небесное. Наши же святые предки, как, впрочем, и все остальные мученики и святые Божии, на нашу любовь отвечают своей любовью и становятся нашими заступниками и молитвенниками перед Престолом Всевышнего, дабы и мы удостоились оказаться там, где пребывают они – в Царствии Небесном. Эти взаимоотношения и духовное единение святых предков и верных потомков лучше всего изображены в богослужебных песнопениях и гимнах. Там, можно сказать, каждая песнь, каждая стихира заканчивается рефреном: «Молися о чтущих съ любовию всечестную память твою».
Богу, предкам мы вослед ходили,
Со святыми небо населили.
Перевела Александра Копанёва
[2] Видов день – по-сербски «Видовдан», 15/28 июня, день памяти святого Витта. В этот день в 1389 г. произошла Косовская битва. – Ред.
[4] Николай (Велимирович), святитель. Косово // Владика Николаj Велимировић. Српски завет на размеђи светова. Цетиње, 2001. С. 110.
[7] Бошко Югович – герой Косовской битвы.
[8] То есть Его ради. См.: Ин. 15: 20–21.
[9] Прп.Иустин Попович (1894-1979) – известный сербских богослов, духовик и подвизник. –Ред.
[10] Николай (Велимирович), святитель. Косово. С. 110.
[12] г. Крушевац – столица Сербии во времена князя Лазаря, построенная им в 1371 г. Первое письменное упоминание о Крушевце относится к 1387 г. После Косовской битвы Крушевац становится столицей вассальной Сербии. Городом управляла вдова Лазаря княгиня Милица и его сын деспот Стефан Лазаревич, который позднее перенес столицу в Белград. – Ред.
[13] Николай (Велимирович), святитель. С. 109–110.
[14] Комненић Милан. Обраћања. Ваљево, 1989. С. 67, 87.
[15] Jустин (Поповић). Косовска этика // Двери српске. 2004. Двоброj 3. С. 15.
[16] В 1390/1391 гг. тело вмч.Лазаря было перенесено из церкви в Приштине в монастырь Раваница. Из-за опасностей, исходивших от турецких завоевателей, сербы вынуждены были переносить мощи с собой все дальше на север. Так мощи св. Лазаря добрались через Белград до городка Сент-Андрея в Венгрии, а через несколько лет оказались в монастыре Врдник (Новая Раваница) на Фрушкой горе. Во время Второй мировой войны, из-за погромов, чинимых хорватскими усташами, мощи были перенесены в 1942 г. в кафедральный собор Белграда. Во время празднования 600-летия Косовской битвы в 1989 г. мощи были пронесены через многие сербские города, вновь побывали на Косовом поле, а затем были возвращены в монастырь Раваницу. – Ред.
[17] Николай (Велимирович), святитель. Косово. С. 110–111.
[19] Николай (Велимирович), святитель. С. 111.
[20] Ћирковић Сима. Шест стотина година доцниjе // Косовска народна читанка. 1989. Далматинско Косово. С. 11.
[23] Ясеновац и Ядовно – печально известные концентрационные лагеря смерти, созданные в годы Второй мировой войны хорватскими усташами. – Ред.
[24] Комненић Милан. Обраћања. С. 94.
Епископ Артемий (Радосавлевич) Рашско-Призренский и Косовско-Метохийский