что сейчас с сергеем семеновым
«Это был сущий ад». Как живёт насильник Шурыгиной спустя 3 года после приговора
Несколько лет назад громкое дело об изнасиловании Дианы Шурыгиной обсуждали по всей стране, и эта тема всплывает до сих пор. Обвинённый Сергей Семёнов раскрыл подробности того, как пережил это время.
В декабре 2016 года Сергея приговорили к восьми годам колонии строгого режима. Однако суд пересмотрел своё решение и парень вышел из тюрьмы в январе 2018-го. С тех пор Семёнов практически находился под домашним арестом. По словам экс-заключённого, всё закончилось только этим летом и он наконец почувствовал себя свободным, пишет Starhit.
Сейчас я чувствую себя по-настоящему свободным человеком. Больше не надо нигде отмечаться, носить отслеживающий браслет и сидеть в четырёх стенах
Но проблемы на этом не закончились. Из-за судимости Сергей долго не мог устроиться на работу, хотя сильно нуждался в деньгах. Удача улыбнулась через несколько месяцев. Парня наконец взяли на должность таксиста. Однако свободное время Семёнов посвящает правозащитной деятельности, вместе со своим адвокатом помогая другим людям, оказавшимся в подобной ситуации.
За это время Диана Шурыгина успела выйти замуж, развестись и снова завести отношения. Сергей сейчас тоже мечтает о семье, ранее он рассказывал, что встретил девушку, ради которой в том числе переехал из Ульяновска в Самару, и счастлив с ней. Про «ад», через который Семёнову пришлось пройти, он хочет наконец забыть.
Больше всего хочется, чтобы всё плохое осталось позади. Знаете, я прошёл через самый настоящий ад, на этот путь ушло почти три года моей жизни. Теперь хочется наверстать всё, что я упустил. Хочется учиться, жить, любить. Этим и буду заниматься
Жизнь после Шурыгиной: чем занимается на свободе отсидевший за скандальное изнасилование Сергей Семёнов
Сейчас Сергей Семёнов, осуждённый в декабре 2016 года за изнасилование тогда ещё несовершеннолетней Дианы Шурыгиной, живёт в Самаре — он уехал из родного Ульяновска, когда вышел на свободу в январе 2018 года. В общей сложности молодой человек провёл в заключении менее двух лет, из которых восемь месяцев находился под домашним арестом.
При этом изначально Семёнов был осуждён на восемь лет и три месяца колонии строгого режима. Сторона защиты обжаловала это решение, и апелляционная инстанция значительно смягчила приговор — его срок был снижен до трёх лет и трёх месяцев колонии общего режима. Однако Семёнов отсидел ещё меньше, поскольку суд заменил ему неотбытую часть срока более мягким видом наказания.
Расследование и судебный процесс по делу об изнасиловании Шурыгиной сопровождались большой шумихой в прессе и выходом многочисленных скандальных выпусков телевизионных шоу с участием потерпевшей. После этого во многом из-за весьма неоднозначных обстоятельств инцидента имя девушки стало нарицательным. В итоге многие в этой истории встали на сторону Семёнова, сочтя его жертвой оговора со стороны Шурыгиной.
По словам самого Сергея, оказавшись на воле, он мечтал лишь о том, чтобы его оставили в покое. Тогда люди ещё не забыли скандал, и его часто узнавали на улицах.
«Первое время я был совсем не адаптирован, хотя сидел не десять, не 13 лет, а год. Но с учётом восьми месяцев домашнего ареста практически два года у меня не было обычной жизни. Хотелось элементарного: посидеть дома, телевизор посмотреть, поспать. А тут на меня всё обрушилось: Instagram, подписчики, куча левых страниц со мной. Люди узнавали меня, подходили на улице — для меня это дико было», — признаётся Семёнов.
Правозащитный проект
Помимо повышенного внимания Сергей столкнулся с трудностями при поиске работы — никто не хотел брать человека с судимостью. По словам Семёнова, даже если он успешно проходил собеседование, ему не удавалось пройти проверку служб безопасности компаний, которые готовы были его нанять.
«Было где-то пять собеседований, на которых мне отказали из-за судимости. Я не скрывал, что судим. Некоторые говорили: «Да, мы тебя знаем, мы на твоей стороне, но есть регламент, по которому в нашу компанию нельзя людям с судимостью», — рассказывает Сергей. — В конечном итоге (жить-то на что-то надо) я начал работать в такси».
По его словам, работа его устраивает — особенно потому, что он может сам планировать свой график. В свободное время Семёнов решил помогать людям, столкнувшимся с ситуациями, подобными той, в которой побывал он сам, — тем, кто считает, что был осуждён несправедливо.
«Меня не покидало ощущение, что произошедшее со мной — это не просто так. Почти невероятно, что меня вот так вот: раз — и отпустили спустя год. Теперь есть чувство, что мне помогли и мне надо что-то сделать в ответ», — объясняет Сергей.
После освобождения он получал много писем от людей, которые, по их мнению, были несправедливо осуждены по различным уголовным статьям. Сначала Семёнов задавал интересовавшие их вопросы знакомому адвокату Сергею Хальченко, с которым познакомился на одном из заседаний по собственному делу. Теперь они вместе разбираются с поступающими к ним обращениями.
Вскоре появилась идея создания полноценного правозащитного проекта. В беседе с RT адвокат Сергей Хальченко, с которым сотрудничает Семёнов, отметил, что сейчас в России есть спрос на правовую поддержку в подобном формате.
«Идея у Сергея хорошая, потому что с той судебной системой, которая сейчас существует, у людей есть потребность, чтобы их защищали ещё и со стороны общества. Нужно, чтобы оно как-то помогало, выражало своё мнение по конкретной ситуации», — поясняет Хальченко.
Правовая помощь и огласка
Сейчас Сергей Семёнов работает над созданием YouTube-канала проекта, к его команде уже присоединился оператор Виталий Бурмасов. Помимо оказания правовой помощи участники проекта стремятся предать огласке попадающие к ним истории. Сам Сергей уверен, что именно благодаря общественному резонансу ему удалось так быстро выйти на свободу.
«У нас два направления: правовое и собственно информационное. Надо, чтобы историю заметили, тогда есть шанс, что что-то изменится. Иногда мы пытаемся связаться с телевизионщиками, но они не всегда берутся за истории, всё-таки на телевидении важно устроить столкновение двух сторон, сделать шоу. При этом в большинстве случаев одна сторона как раз готова всё рассказать, а другая боится или стесняется», — отмечает Сергей.
Правовой частью работы занимается Сергей Хальченко. По его словам, люди могут звонить им, просто чтобы получить совет, узнать, как вести себя на суде. Но формат работы в целом довольно многогранный. Так, по некоторым обращениям команда может выехать в регион, откуда поступила просьба о помощи.
«Мы помогаем человеку сориентироваться в ситуации, можем подсказать, как себя вести. Можем также оказать конкретную помощь с изучением материалов уголовного дела, подготовкой жалоб, принять участие в судебных заседаниях, найти юристов и независимых экспертов в конкретном регионе», — рассказывает юрист.
Первое дело
Первое дело, которым решил вплотную заняться Семёнов, пришло к нему из Нижнего Новгорода. В 2018 году там осудили двух молодых людей 17 и 18 лет за изнасилование несовершеннолетней. В полицию обратилась мать девушки, однако только спустя год после предполагаемого изнасилования.
По версии потерпевшей, 1 сентября 2017 года она пришла в гараж, где находились двое юношей. В какой-то момент старший из друзей попросил второго подростка оставить их с девочкой наедине. Позднее она заявила, что насильственные действия сексуального характера совершал и второй молодой человек, хотя сначала утверждала, что тот просто стоял на улице. Оставшийся в гараже юноша не отрицал, что у него была связь с несовершеннолетней, но по обоюдному согласию. Однако второй заявлял о полной непричастности к преступлению. Тем не менее к длительным срокам суд приговорил обоих.
Впоследствии всплыли переписки потерпевшей со знакомыми осуждённых — в них школьница признаётся, что ничего противозаконного со стороны младшего подростка не было. Теперь Семёнов и Хальченко пытаются добиться пересмотра дела.
Сложности в работе
Сергей признаётся, что иногда ему приходится сталкиваться с нечестными людьми. Некоторые, например, утаивают часть информации, рассказывая о своей проблеме, — в таких случаях команде Семёнова приходится долго выяснять все обстоятельства истории, обязательно искать и опрашивать все стороны конфликта.
«Где-то есть сомнения, где-то мы просим прислать дело целиком, а его, например, присылают кусками — то есть те фрагменты, которые выставляют людей не в лучшем свете, они скрывают», — рассказывает Семёнов.
Семёнов также сетует, что многие приходят за помощью слишком поздно, зачастую обращаются, когда суд уже вынес обвинительный приговор.
«Иногда люди обращаются, когда уже практически прошли через все инстанции и от безнадёжности начинают писать. А это сделать желательно сразу — либо ещё на этапе следствия, либо как только прошла апелляция», — отмечает он.
Все личные расходы, связанные с поездками в регионы, откуда приходят просьбы о помощи, Сергей оплачивает самостоятельно, но работа юристов и независимых экспертов на местах оплачивается уже теми, кто обратился к Семёнову со своей проблемой.
«Сам я таких расходов просто не смогу покрыть. Но для себя мы вознаграждения никогда не требуем. Если удастся доказать, что невиновный человек был осуждён несправедливо, это самая главная награда», — добавляет он.
Сергей Семенов
Биография
Детство
Сергей Семенов – уроженец поселка Новочеремшанск, что в Ульяновской области. Родился в 1995 году. Отец героя скандальной истории Иван Семенов – инвалид, мама Ольга Викторовна – школьная учительница, которая преподает в начальных классах.
У Сергея есть старшая сестра Катя, с которой у него сложились теплые и доверительные отношения.
Сергей Семенов и его сестра Екатерина
В школе Семенов ничем не отличался от ровесников: увлекался спортом, участвовал в самодеятельности, собирался с ребятами после занятий.
Общеобразовательную школу Сергей окончил в 2014 году и поступил в академию сельского хозяйства в Ульяновске.
Скандал
Скандальная история, получившая громкий резонанс на всю страну, случилась в конце марта 2016 года, когда Сергей Семенов учился на 2-м курсе вуза. Произошедшее на праздновании дня рождения знакомого кардинально изменило биографию юноши.
На дне рождения, где в обилии употреблялось спиртное, 21-летний Сергей Семенов познакомился с 16-летней Дианой Шурыгиной. Случившееся обе стороны описывают по-разному. Девушка утверждает, что парень зашел следом за ней в комнату на втором этаже, куда она отправилась искать подруг.
Сергей Семенов и Диана Шурыгина
Диана отрицает, что была в сильном подпитии: по ее словам – выпила несколько пластиковых стаканчиков, в которых водка плескалась «на донышке». Из-за проблем с желудком она почувствовала недомогание.
По словам же участников вечеринки, девушка изрядно выпила и пожелала интима. За Сергеем Семеновым увязалась сама, спровоцировав его на интимную близость. После мнимого изнасилования девушка вела себя странно: не покинула коттедж, а продолжила выпивать с компанией. Следов избиения, как и подавленного настроения у Дианы присутствовавшие на вечеринке не заметили.
Сергей Семенов
Адвокат Семенова на суде, состоявшемся в Ульяновске, настаивал, что Шурыгина придумала изнасилование из страха перед родителями. Когда они приехали за дочерью к коттеджу и увидели, что она нетрезвая, отец ударил Диану и затолкал в машину. Так на теле появились характерные ссадины и кровоподтеки.
Конфликт девушки с отцом подтвердил Александр Рухлин, который пытался вступить с Дианой в связь, когда комнату покинул Сергей Семенов. Адвокат потерпевшей предоставил заключение биологической экспертизы, из которого следовало, что повреждения на теле потерпевшей характерны для изнасилования.
Сергей Семенов в тюрьме
В конце 2016 года суд признал обвиняемого виновным и на 8 лет отправил в колонию строгого режима. Сторона обвиняемого обжаловала приговор, и в начале 2017-го срок сократился до 3 лет и 3 месяцев колонии общего режима.
Скандальная история получила резонанс. В январе 2017 года вышло ток-шоу «Пусть говорят». Передачу на «Первом канале» посмотрели миллионы телезрителей России и стран постсоветского пространства.
По словам родных Сергея Семенова, отец девушки потребовал 1 млн. рублей, чтобы дело замяли. Но Шурыгин объяснил, что таким образом хотел оградить себя от навязчивых предложений матери Семенова, предлагавшей взять деньги и закрыть дело. Он знал, что у Семеновых миллиона нет, поэтому сознательно назвал неподъемную сумму.
Выпуск ток-шоу Андрея Малахова получил вирусный эффект: за неделю передачу на YouTube посмотрели 9 млн. человек. Мнения общества разделились, в соцсети «ВКонтакте» образовались группы поддержки Сергея Семенова и потерпевшей. Близкие парня разместили в интернете обращение в его защиту, под которым появились десятки тысяч подписей.
Резонанс от скандала подтолкнул продюсеров ток-шоу выпустить еще 4 передачи о Шурыгиной и Семенове. Телеведущий обратил внимание поклонников ток-шоу на жестокость реакции тысяч людей, обрушившихся с критикой и оскорблениями на юную девушку и ее родителей, вынужденных покинуть город и скрываться. Тем временем насильника Сергея Семенова многие идеализировали и прощали.
Личная жизнь
О том, есть ли у Сергея Семенова любимая девушка, информации нет. Но количество фанаток, появившееся после скандала, позволяет предполагать, что отбывший наказание парень не останется в одиночестве.
Сергей Семенов
На странице Семенова в «Инстаграме» после выхода из колонии появились совместные снимки с девушками, которые поддерживают Сергея и верят ему.
Личная жизнь Дианы сложилась: девушка осенью 2017 года побывала в столичном ЗАГСе. Она вышла замуж за Андрея Шлягина, который трудится оператором на «Первом канале».
Сергей Семенов сейчас
В начале 2018 года виновник скандала покинул тюремные стены и вышел на свободу: Сергей Семенов пробыл в колонии менее 2 лет.
Новость о скором выходе Сергея из тюрьмы шокировала семью Шурыгиных. Юристы объяснили, что потерпевшая сторона не написала заявление с просьбой об уведомлении о судебном заседании, на котором рассматривалось условно-досрочное освобождение Сергея Семенова. Суд 25 декабря 2017 года прошел без участия потерпевшей и вынес вердикт об освобождении.
Сергей Семенов на свободе
Дома Семенова встретили родители, родственники и друзья. У парня появились тысячи поклонников и фанаток, которые охотно подписываются на аккаунты Сергея в соцсетях.
В Москве, куда Сергей Семенов прибыл на «Прямой эфир», парня узнавали на улице, просили автограф и фотографировались. По неподтвержденной информации, «насильник» зарабатывает на популярности и требует за 10 минут интервью 40 тыс. руб. Он собирает деньги для компенсации Шурыгиной (обязан выплатить 200 тыс. руб.).
Сергей Семенов и Андрей Малахов в шоу «Прямой эфир»
После анонса передачи «Прямой эфир» с Сергеем Семеновым изнасилованная им девушка обиделась на телеведущего и аудиторию, встретившую насильника как героя. По словам Дианы, Малахов поприветствовал Семенова как человека, совершившего подвиг.
После выхода из тюрьмы Сергея Семенова скандал вспыхнул с новой силой. На «Прямом эфире» парень рассказал новые подробности той роковой ночи. По словам Семенова, в интимной близости с Шурыгиной в коттедже состоял и его друг Рухлин. Но о взятке, которой тот откупился от тюрьмы, не знает.
С Дианой Семенов встретиться отказался, обвинив девушку в лжесвидетельстве. Вины за совершенное Сергей не чувствует и советует парням учиться на горьком примере, чтобы корыстные девушки не сломали им жизнь.
От очной ставки с Сергеем Семеновым в «Прямом эфире» семья Шурыгиных отказалась, но Диана с мужем пришла на эфир ток-шоу «На самом деле», которое состоялось 17 января 2018 года.
Екатерина и Сергей Семеновы в 2018 году
Девушка поздравила Семенова с освобождением, но при этом оскорбила Сергея, обозвав его и предположив, что теперь насильник станет священником. Семью обидчика Диана назвала «страшными людьми», а Сергею Семенову пожелала осознать, что он совершил.
Защитить Семенова и рассказать свою правду на передачу Дмитрия Шепелева пришел Александр Рухлин, проходивший по делу как свидетель. Он признался, что целовался с Дианой в тот вечер (детектор лжи подтвердил слова Рухлина) и что девушка не отказывала в интимной близости. За эти слова на Рухлина набросился муж Дианы, требуя извиниться.
«В камере ты рассказываешь всё — тебе либо верят, либо нет»: Сергей Семёнов — о тюремном общении
— Как с университетской скамьи можно попасть на нары?
— Легко, как оказалось. Многие знают эту историю. Познакомились с девочкой, случился обоюдный половой акт. Потом написали заявление и меня обвинили в изнасиловании.
— Для чего?
— Я думаю, что с целью вымогательства.
— Ты был под домашним арестом до суда или тебя сразу взяли под стражу?
— Я был под домашним арестом на протяжении восьми месяцев. Потом — да, меня взяли под стражу, и я пробыл два месяца в СИЗО до апелляции. Затем меня отправили в колонию, где я пробыл 11 месяцев.
— На суде ты был уверен, что всё пройдёт хорошо?
— Изначально, когда шло следствие, я был уверен, что до суда не дойдёт. У меня был огромный багаж доказательств, что я невиновен. И я свято верил, что в суде всем этим доказательствам поверят. Но, как оказалось, это было абсолютно не так.
— В какой момент ты понял, что что-то пошло не так?
— Во время приговора, когда судья начала зачитывать статью. Наказание по этой статье — от восьми лет (Сергея Семёнова признали виновным в преступлениях, предусмотренных двумя статьями УК РФ: 131-й («Изнасилование») и 132-й («Насильственные действия сексуального характера». — RT). Я всё равно надеялся, что мне дадут меньше. Но когда она мне сказала: «Восемь лет», я испытал шок. Я ничего не понимал: что, как, неужели?! Буквально 15 минут назад я был на воле, а теперь полицейские мне надевают наручники.
— Тебе дали восемь лет, а тут вдруг апелляция, да ещё и УДО?
— В принципе, у нас в России есть мораторий на некоторые статьи в плане УДО. И по статье «Изнасилование» по УДО не отпускают никого. Абсолютно. Я из своего лагеря ушёл, по-моему, первый за 15 лет.
— С чем это связано?
— Опять же, наверное, помог резонанс. Вышла программа. Видимо, людей как-то что-то зацепило. И если бы не осветили эту проблему, я на 150% уверен, что сидел бы все восемь лет.
— Самое, наверное, страшное для человека, которому вменяют статью «Изнасилование», — это попасть в камеру. К таким людям относятся особым образом — их «опускают».
— Я объясню сейчас. Начнём с того, что это достаточно старое такое мнение. Это было поголовно где-то, наверное, в 1980-х.
— Те, кто был в тех местах, скажут, что ты не прав. Ты попадаешь в камеру, тебя спрашивают: «Ты за что?»
— Ты говоришь: «Меня обвинили в изнасиловании». Они начинают выискивать все подробности о тебе.
— Что спрашивают?
— Ты рассказываешь всё — тебе либо верят, либо не верят.
— Тебе поверили?
— Ты провёл два месяца в СИЗО?
— Расскажи, как это было?
— Я заехал в камеру, меня сразу накормили.
— Чем?
— Колбасой, сыром. Я поел. Со мной сидели Лёша, Сергей и Вазых. Лёша был просто бешеный, импульсивный человек. Поначалу он такой: «Вот, ты сидишь! Давай, нам что-то надо делать!» Постоянно надо чем-то заниматься. Ты знаешь, когда плохо, люди говорят: «Иди работай, и тебе станет легче».
— Что вы делали, чтобы отвлечься?
— Что такое «дороги»?
— «Дороги» — это «малявы», записки для общения между камерами, между ребятами, которые там сидят. Для этого нужны нитки. Мы брали шерстяные носки, распарывали их и плели прочные ниточки. Это такой трудоёмкий процесс, который может занять день-два. Но тем не менее это помогает отвлечься.
— Что писали в записках?
— Знакомились: «Привет, я Серёга». А тебе там: «Привет, Серёга, я такой-то, живу там-то». Обычное общение абсолютно.
— Это же незаконно?
— Мне кажется, все этим занимаются. Конечно, были какие-то акты нарушения, но никто на них внимания не обращал.
— Какие условия были в камере?
— Камера была, по-моему, на шесть человек. Небольшая, вроде бы тесно, вроде бы хватает.
— На условия не жаловались? Из окошка не дуло?
— Из-за того, что катали эти «дороги», стёкол, небольших рамочек не было. Мы их снимали.
— Но ты же зимой мёрз?
— Зимой — да. Но все эти проёмы мы закрывали книгами.
— То есть в холоде в камере виноваты были вы?
— Тебя там били, пытали, издевались?
— Меня побили два раза.
— За что?
— Ну как побили. Это были сотрудники. Нас вывели на шмон — обыск. Меня прижали к стене. И один из сотрудников, я помню, сказал: «Ноги шире». Надо было широко встать и руки вывернуть полностью. Но как бы ты широко ни встал, всё равно разбегутся и начинают тебя распинывать.
— Это было один раз, а второй?
— Второй раз там же. То есть поваляли, но никогда там не били, я бы сказал.
— За что так?
— Нарушали. За «дороги», общение, шум. У нас свет в камере должен гореть постоянно. Мы не могли уснуть и выкручивали лампочку.
— Кто виноват-то был?
— Все по очереди. Всех вытаскивали — никто не признаётся. Значит, виноваты все.
— Ты работал в колонии?
— Я учился на сварщика. Там было училище — ПТУ.
— Сейчас ты профессиональный сварщик по среднему специальному образованию?
— Каким было качество образования?
— Там были и теория, и практика. Всему учили.
— На кого ещё учился?
— Я отучился на швею, намотчика проволоки, стропальщика. Курсы были по два-три месяца. Занять своё время — почему бы нет.
— Сколько тебе платили за работу? «Минималку»?
— «Минималку», но что-то забирала колония. За содержание, проживание. И у тебя остаётся 1300 рублей.
— Есть ли какие-то универсальные правила выживания в тюрьме?
— Например, если у тебя есть что-то запретное (это может быть элемент одежды), лучше, чтобы это не увидели те, кому не надо. У меня из запретного была куртка с молнией. По-моему, у единственного. Её перешили из моей робы на «швейке». Местные сотрудники на неё закрывали глаза, но если приезжала какая-то крутая проверка, то я надевал другую куртку.
— То есть первое — не демонстрируй?
— Да. Второе. В лагере разные касты, в том числе каста «опущенных». На кухне есть стол для «опущенных», а есть для обычных заключённых. И если, к примеру, я взял свой стакан и случайно поставил на стол «опущенных», я уже не могу его взять. А если возьму и выпью из него, то, соответственно, попаду к этим товарищам.
— И подняться из этой касты уже нельзя?
— В какой касте был ты?
— «Мужики». Просто люди.
— А третье правило?
— Распорядок. Если ты поел, должен за собой обязательно убрать.
— Тебе писали письма?
— Были хорошие и плохие?
— Ни одного плохого не было. Были письма со словами поддержки. С кем-то я даже общался, отвечал.
— А в камере как общались друг с другом?
— Бывало, прикалывались друг над другом. В СИЗО, например, чтобы получить какие-то продукты из камеры хранения, нужно писать всегда заявление. К нам как-то заехал парень. И ему посоветовали написать заявление на поход в гипермаркет. «Вот сейчас тебя из тюрьмы выведут в «Ашан». Мы тебе денег скинем на карточку. Ты нам купи это и это». Список ему написали, что надо купить. Он такой: «Что, меня правда в «Ашан» поведут?» — «Да, правда. Главное, заявление напиши!» Пишет заявление: «Начальнику СИЗО. Прошу выпустить меня, такого-то, в магазин «Ашан» для покупки тех-то принадлежностей. » — «Кавычки поставь, а то не поймёт». Он прикладывает список, что нужно купить. Отдаёт его сотруднику. Сотрудник: «Сейчас, подожди, через полчасика пойдём. Одевайся пока». Они тоже с юмором ко всему этому относились. Он одевается: «Ну, когда уже? Он же закроется скоро!» — «Подожди, подожди. Там зеков пускают после закрытия, чтобы ничего не натворили». Он сидел и ждал — весело было.
— Ты описываешь тюрьму, как детский лагерь. А были страшные моменты?
— Очень было жалко стариков, которые там сидят. Во-первых, много было тех, кому не приносили передачки. Поэтому я всегда делился с такими стариками. Я помню, был дед — он наступил своей бабке на ногу. А бабка написала на него заявление, что он её избил. Деда посадили. Мы читали его дело. Когда он первый раз писал на УДО, то рассчитывал, что уйдёт. Но ему отказали. Я помню его несчастные глаза — до следующей попытки ему ждать полгода. Это было тяжело.
— В тюрьме у тебя произошла переоценка ценностей? Что-нибудь изменилось?
— Отношение к близким. Ты понимаешь, насколько ценна возможность встретиться и увидеть родных.
— В твоей судьбе большую роль сыграла твоя сестра Катя?
— Я считаю, что она сыграла основную роль в моей судьбе. Когда это только-только произошло, меня отправили под домашний арест. Мы с ней встретились, и я ей сказал, что не виноват. Она ответила: «Я тебе верю, и мне абсолютно не важно, хоть если бы там 100%-ные были какие-то доказательства твоей вины. Я бы всё равно тебе верила».
— Как ты думаешь, в России нужно реформировать закон, который касается сексуальных домогательств?
— У нас сейчас достаточно просто прийти и сказать: «Меня изнасиловали». И не важно, есть у тебя доказательства или нет. Человека закрывают. Только со слов.
— Ты слышал когда-нибудь про движение MeToo?
— Ну да, которое связано с Вайнштейном?
— Да. Несколько актрис через какое-то количество лет заявляют, что он принуждал их к действию сексуального характера и это нанесло им глубокие душевные раны. Как ты к этому относишься?
— Уделять внимание событию 15-летней давности, я считаю, абсурдно. Мое мнение: да, возможно, он домогался их. Но сейчас эти девицы просто хотят прославиться, за счёт этого они уже стали популярней. При этом обвинять мужиков в изнасиловании, домогательствах стало достаточно модным.
— Как ты занялся общественной деятельностью?
— Выйдя из тюрьмы, я действительно думал, что сейчас всё забудется. Но начали писать люди. Спрашивали совета: «Что вы делали в этой ситуации?» Я начал рассказывать. И понял: действительно, есть плюс от опыта, который я пережил и перенёс. Я могу им поделиться.
— Много, очень много кто пытается обмануть. Я всегда прошу прислать дело. Бывает, его читаешь, к примеру, а там раз — страницы нет. Ты: «А где эта страница?» — «Ну, не знаем». Через какое-то время понимаешь, что на этой странице всё самое интересное, что как бы обвиняло этого человека.
— Как ты себя ведёшь в этом случае?
— Если меня человек о чём-то просит, я всегда дам какой-то совет.
— У тебя юридическое образование?
— Я не юрист, но у меня есть знакомые ребята юристы, очень грамотные. Я им присылаю дело, они его изучают, дают аналитическую справку, что можно сделать.
— Сколько человек к тебе обратились?
— Ты хотел бы, чтобы с тобой ничего этого не случилось?
— Хочется, конечно, когда вспоминаешь то, как переживали родственники, как я переживал, вот эти нервы, стресс, вся эта боль. Но я понимаю, что без этого опыта, без всей этой истории я, возможно, не стал бы тем, кем теперь являюсь. И к тому же это судьба. Раз так случилось, что теперь? Поэтому я стараюсь об этом вообще не думать.
— Говорят, многие в тюрьме приходят к вере. Ты ходил там в храм?
— Я в храм ходил. Но я и до этого верил. Просто в тюрьме всё это усиливается, потому что осознаёшь: ты сидишь не просто так, а это тебе Бог дал испытание. И так гораздо, наверное, легче.
— Испытание или наказание?
— Зачем?
— Чтобы проверить твою веру. Если у вас что-то плохое в жизни случилось, значит, вам Бог дал испытание, вы должны его преодолеть.