Кто такие опричники во времена ивана васильевича
Опричники Ивана Грозного
3 февраля 1565 года Иван Грозный подписал указ об опричнине, открыв тем самым одну из наиболее мрачных страниц отечественной истории. Изначально этим довольно безобидным термином называли часть государственных земель, находившихся в непосредственном управлении царя.
Выглядели опричники довольно жутко: они облачались в темные одеяния, подобные монашеским рясам, а на шеях их коней болтались отрубленные собачьи головы. Другим «фирменным знаком» преданных слуг Ивана Грозного стали метлы, закрепленные на кнутовище.
Подобная символика не была случайной: голова пса символизировала собачью преданность государю и способность хорошенько «покусать» всех неугодных ему подданных, метафорическая метла же должна была вымести из избы под названием «Русь» ненужный сор.
Малюта Скуратов
Имя этого человека стало нарицательным: так до сих пор зачастую называют самых отпетых негодяев. Малюта Скуратов считался главным опричником Ивана Грозного, самым верным его прислужником, способным совершить любые злодеяния на радость царю-батюшке. Настоящее имя знаменитого душегуба — Григорий Лукьянович Скуратов-Бельский.
Нежным же прозвищем «Малюта», согласно одной из выдвигаемых историками версий, он был награжден за невысокий рост.
Иван Грозный и Малюта Скуратов. Источник: wikipedia.org
Немец Генрих Штаден, волею судеб ставший одним из опричников Ивана Грозного, довольно нелестно отзывался в воспоминаниях как о государственном строе в целом, так и Малюте в частности. «Этот был первым в курятнике», — так писал иностранец о Скуратове.
Афанасий Вяземский
После конфликта царя с протопопом Сильвестром и окольничьим Алексеем Адашевым и падения авторитета «Избранной рады», Вяземский быстро вошел в доверие к Грозному. Афанасий стал настолько близок Ивану IV, что последний соглашался принимать медикаменты исключительно из его рук. Однако музыка играла недолго: Вяземский вскоре оказался в центре придворных интриг. В 1570 году его обвинили в предательстве и нещадно пытали. Именно во время жестоких экзекуций вчерашний опричник и скончался.
Алексей и Федор Басмановы
Для некоторых «государевых людей» опричнина стала семейным делом. Например, Алексей Басманов и его сын Фёдор сообща трудились на благо Ивана Васильевича. Согласно мемуарам упомянутого Генриха Штадена, Грозный и вовсе «предавался разврату» с младшим Басмановым.
Доподлинно неизвестно, всем ли словам немца можно верить, однако свидетельство остается свидетельством, поэтому игнорировать подобные показания нельзя.
Иван Грозный. Источник: wikipedia.org
Мнения других современников о Басмановых также были довольно своеобразными. Например, Андрей Курбский, которого принято считать одним из первых русских эмигрантов, называл Алексея «маньяком и погубителем как самого себя, так и Святорусской земли».
Василий Грязной
«Из грязи в князи» — именно по этому общеизвестному принципу развивалась карьера Грязного. По словам самого царя, Василий был «мало что не в псарях» у князя Пенинского в провинциальном Алексине. Однако Грязному удивительно повезло: городок вошёл в опричные владения Ивана IV, и бывший слуга низшего ранга смог поступить на государеву службу.
Опричник. Источник: regnum.ru
С тех пор дела Василия Грязного пошли в гору. Он стал одним из любимейших опричников Грозного и начал творить беззаконие вместе со Скуратовым и Вяземским. Но и к Грязному Иван Васильевич довольно быстро потерял интерес: когда бывший приближённый оказался в плену, царь даже не стал его выкупать.
Материалы по теме
А вот ещё:
Чудеса вологодского деревянного зодчества
Резного палисада в Вологде почти не осталось, а вот деревянным кружевом полюбоваться можно – за этим часто и приезжают в город, когда-то принимавший древнерусских князей, а потом царей и императоров. Домики из прошлого, предмет гордости историков и источник вдохновения для художников, кажутся такой же неотъемлемой частью Вологды, как для Москвы – Кремлевские стены.
Вот только от ветхости и гибели не спасает даже статус памятника федерального значения.
Где в Вологде искать памятники деревянного зодчества
Дом Шахова на улице Воровского был построен в центральной части города – в пяти минутах от набережной реки Вологды и в десяти минутах ходьбы до кремля. Заказал этот особняк купец Иллиодор Шахов в 1892 году, а сын его, Василий, позже надстроил второй этаж. Поскольку строили для себя, не для сдачи внаем – украшали дом как велели традиции и как подсказывало чутье лучших мастеров. Двухэтажное здание с мезонином стало частью архитектурного наследия Вологды, было признано памятником архитектуры XIX века федерального значения.
Дом Шахова в 90-х гг. прошлого века. Источник: pastvu.com
В начале прошлого века лишь каждый двадцатый из вологодских домов был каменным, остальные – деревянными. В настоящее время в городе остается меньше двух сотен старых домов, которые признаны памятниками вологодского зодчества. Необязательно быть специалистом по русской истории, чтобы оценить резьбу, украшения фасадов, орнаменты наличников и карнизов, балкончики и лоджии. Чтобы увидеть самые красивые и атмосферные из деревянных домиков старинной Вологды, придется пройтись – они находятся в разных частях города.
Дом Засецких. Источник: liveinternet.ru
На улице Ленинградской от дома Засецких до самой реки Вологды можно любоваться образцами старинной архитектуры. Некоторые из памятников служат сейчас местом размещения городских административных и образовательных учреждений, музеев. В здании, где сейчас находится детская библиотека, в особняке Соковикова, жил когда-то поэт Константин Батюшков (уже будучи больным). А дом Волкова, на той же Ленинградской, носит имя городского головы, занимавшего должность в конце XIX – начале XX века, благодаря ему в городе появились водопровод, электричество, телефон, нумерация домов.
Старая Вологда (картина). Источник: vologdamuseum.ru
Император Петр I посещал город пять раз, останавливался в сохранившемся до сих пор домике Петра. Ему же Вологда в некотором роде обязана развитием деревянного зодчества: по распоряжению правителя, с 1714 по 1722 годы каменное строительство было запрещено везде, кроме Петербурга. Из камня в то время в Вологде были разве что церкви, да еще – палаты Архиерейского двора, которые были частью древнего кремля.
Как строили и украшали вологодские дома
Насчет старейшего в Вологде деревянного дома краеведы спорят: не то это особняк на улице Бурмагиных, 38, не то дом Засецких – оба дома относятся к XVIII веку. Совсем старую Вологду увидеть невозможно – город по Генплану 1781 года был перестроен. Кривые, узкие и грязные улочки остались в прошлом, улицы Вологды стали широкими и прямыми. Во многих домах тогда сохранялись очаги, то есть избы были «черными». Печное строительство активно развивалось с середины XIX века. Камень по-прежнему использовался мало – уже не из-за запретов, а просто из-за своей высокой стоимости.
Узоры на старых деревянных домах Вологды
Дом вологодского типа – это двухэтажный особняк с угловой лоджией над крыльцом. Вход в дом делали с улицы; значительно выносили карнизы, чтобы защитить конструкции от дождя и снега, падающих с крыши. Во всех вологодских домах раньше делали дворы. А вот знаменитый палисад для Вологды не был типичен, хотя эти ограждения для участка между домом и дорогой встречались. Позже почти все они были утрачены при расширении улиц, но в Вологде остался памятник резному палисаду – на пересечении улиц Мальцева и Благовещенской.
Памятник резному палисаду на углу улицы Благовещенская. Источник: commons.wikimedia.org
Строили одноэтажные дома с антресолью или мезонином, двухэтажные с мезонином, центральным балконом или с боковой лоджией. Обязательно украшали дома резьбой, обычно пропильной, то есть сквозной, в которой отсутствует фон. Особенно нарядными получались фасады и калитки, боковые стены дома выглядели более сдержанно, а дворовые постройки обычно не украшали. XIX века подарил деревянному зодчеству стиль модерн, который успешно применялся мастерами для придания законченности особнякам.
Орнамент был важной деталью вологодского дома, особенно если речь шла о дворянских или купеческих особняках.
В этих старых домах привлекает гармоничность, отсутствие признаков украшательства – многие дома производят по-настоящему сильное впечатление, резьба надолго приковывает внимание, завораживает. Мастера прошлого «знали меру», не грешили избыточным узором, зато и не маскировали никогда дерево штукатуркой, как было принято в других городах, в том числе в Москве: там порой не сразу можно было понять, каменный дом или деревянный. В Вологде так не делали.
Когда деревянное кружево не спасает от уничтожения
Как вообще появилась традиция украшать дома резьбой? Считалось когда-то, что эти узоры привлекают в дом светлые силы и защищают от зла. Поэтому в деревянном узоре встречались «правильные», добрые символы – вроде солнца, растительных орнаментов. По этой же причине украшали именно калитки, двери, окна – ведь через них можно было проникнуть в дом. Наличники были важны и с практической точки зрения – они прикрывали щели между стеной и оконной коробкой.
Дом Ситникова. Источник: liveinternet.ru
Отличительные особенности русских домов диктовали местность и климат, типичным вологодским домом стал одноэтажный сруб на высоком подклете, с крутой крышей. Дом окружали хозяйственные постройки – сараи, конюшня. Дворянские дома украшал портик на фасаде с четырьмя, шестью или восемью колоннами, купеческие строились с мезонином.
Особняк на протяжении двадцати пяти лет был домом семье Шахова, сын купца, иконописец, украсил фасады резьбой. После революции дом стал коммуналкой, а в девяностые годы прошлого века получил смешанный статус – наполовину государственная, наполовину частная собственность. Жить в нем, однако, было затруднительно – на протяжении века дом капитально не ремонтировался, больше того – остро вставал вопрос о сохранении одного из самых эффектных деревянных зданий старой Вологды.
Леонид Стариков, чьими усилиями дом был сохранен до недавнего времени. Источник: severreal.org
На средства энтузиастов в 2013 году были выполнены работы по консервации здания, что уберегло его от обрушения на восемь лет. Реставрации, несмотря на острую необходимость, не случилось – памятник федерального значения без санкции государства ремонтировать было нельзя, а такой санкции получено не было. В октябре 2021 года, пережив своего главного хранителя, фотографа и краеведа Леонида Старикова, умершего двумя годами ранее, дом Шахова сгорел при пожаре.
Опричники
Это незавершённая статья. Ей существенно не хватает текста, изображений и ссылок.
Вы можете помочь нам, дополнив или исправив статью.
Опричники
Род занятий:
Время деятельности:
Родина:
Место действия:
Оружие:
Доспехи:
Враги:
Опричники — телохранители состоящие в рядах опричного войска (отряда телохранителей), то есть личная гвардия, созданная русским царём Иваном Грозным в рамках его политической реформы в 1565 году.
Опричник более поздний термин для этого явления. Древнерусское слово «опричь» (наречие и предлог), согласно словарю Даля, означает: «Вне, окроме, снаружи, за пределами чего». Отсюда «опричный» — «отдельный, выделенный, особый». Во времена Ивана Васильевича опричников называли «государевыми людьми». Слово опричник вернулось в русский язык, старанием Н. М. Карамзина (употребил в «Истории государства Российского»), в начале XIX века и стало нарицательным для тех кто жестокими мерами боролся с революционерами (террористами).
История
В 1550 году Иван Грозный планировал, при проведении военной реформы в Русском государстве, из «лучших» детей боярских сформировать «Избранную тысячу». Основу её должны были составить представители наиболее знатных родов и потомков удельных князей. Тысячники должны были по задумке царя выполнять важные и многообразные командные (начальствующие) функции — в частности, назначаться полковыми воеводами и головами. Планировалось снабдить их поместьями в окрестностях Москвы, однако осуществить этот проект на то время, по-видимому, не удалось.
По сословному составу опричники были разнородной массой, в которой числились бояре, князья, дворяне, дети боярские, как московских, так и городских бояр, были набраны особые отряды стрельцов.
Опричники одевались в чёрную одежду, подобную монашеской. Распространено мнение, возможно после появления романа графа А. Толстого «Князь Серебряный» (И старшие (у опричников) есть; знаки носят: метлу да собачью голову.), что опричники имели особые знаки различия, что к сёдлам их лошадей прикреплялись мрачные символы эпохи: метла — чтобы выметать измену, и собачья голова — чтобы вынюхивать и выгрызать измену [по Карамзину]. Тем не менее наличие собачьей головы упоминают не все современники, а «метла» таковой могла и не являться. Так, Г. Штаден пишет:
Опричники приносили царю клятву в верности, обещая, в частности, жить отдельно от «земских» людей. Наиболее известными опричниками были дворянин Малюта Скуратов, боярин Алексей Басманов, князь Афанасий Вяземский.
На содержание опричников были назначены особые города (около 20), с волостями. В самой столице некоторые улицы (Чертольская, Арбат, Сивцев Вражек, часть Никитской и прочие) были отданы в распоряжение опричников, жители этих улиц были переселены на другие улицы Москвы.
«На посаде улицы взяти в опришнину от Москвы реки: Чертолскую улицу и з Семчиньским селцом и до всполья, да Арбацкую улицу по обе стороны и с Сивцовым Врагом и до Дорогомиловского всполия, да до Никицкой улицы половину улицы, от города едучи левою стороною и до всполия…»
Исключительно дворянский состав опричнины (как титулованной, так и нетитулованной) и принесение личной присяги главе конгрегации позволяет говорить об опричнине как об орденском образовании — военно-монашеском или военно-политическом Ордене Опричников.
Опричники: не так страшен царь, как его Малюта
Опричнина была учреждена Иваном Грозным по образцу монашеского ордена. Первоначальная численность личной гвардии царя составила 1 тыс. человек.
3 февраля 1565 года Иван Грозный подписал указ об опричнине, открыв тем самым одну из наиболее мрачных страниц отечественной истории. Изначально этим довольно безобидным термином называли часть государственных земель, находившихся в непосредственном управлении царя.
Выглядели опричники довольно жутко: они облачались в тёмные одеяния, подобные монашеским рясам, а на шеях их коней болтались отрубленные собачьи головы. Другим «фирменным знаком» преданных слуг Ивана Грозного стали мётлы, закреплённые на кнутовище. Подобная символика не была случайной: голова пса символизировала собачью преданность государю и способность хорошенько «покусать» всех неугодных ему подданных, метафорическая метла же должна была вымести из избы под названием «Русь» ненужный сор.
Малюта Скуратов
Имя этого человека стало нарицательным: так до сих пор зачастую называют самых отпетых негодяев. Малюта Скуратов считался главным опричником Ивана Грозного, самым верным его прислужником, способным совершить любые злодеяния на радость царю-батюшке. Настоящее имя знаменитого душегуба — Григорий Лукьянович Скуратов-Бельский. Нежным же прозвищем «Малюта», согласно одной из выдвигаемых историками версий, он был награждён за невысокий рост.
Немец Генрих Штаден, волею судеб ставший одним из опричников Ивана Грозного, довольно нелестно отзывался в воспоминаниях как о государственном строе в целом, так и Малюте в частности. «Этот был первым в курятнике», — так писал иностранец о Скуратове.
Афанасий Вяземский
После конфликта царя с протопопом Сильвестром и окольничьим Алексеем Адашевым и падения авторитета «Избранной рады», Вяземский быстро вошёл в доверие к Грозному. Афанасий стал настолько близок Ивану IV, что последний соглашался принимать медикаменты исключительно из его рук. Однако музыка играла недолго: Вяземский вскоре оказался в центре придворных интриг. В 1570 году его обвинили в предательстве и нещадно пытали. Именно во время жестоких экзекуций вчерашний опричник и скончался.
Алексей и Фёдор Басмановы
Для некоторых «государевых людей» опричнина стала семейным делом. Например, Алексей Басманов и его сын Фёдор сообща трудились на благо Ивана Васильевича. Согласно мемуарам упомянутого Генриха Штадена, Грозный и вовсе «предавался разврату» с младшим Басмановым. Доподлинно неизвестно, всем ли словам немца можно верить, однако свидетельство остаётся свидетельством, поэтому игнорировать подобные показания нельзя.
Мнения других современников о Басмановых также были довольно своеобразными. Например, Андрей Курбский, которого принято считать одним из первых русских эмигрантов, называл Алексея «маньяком и погубителем как самого себя, так и Святорусской земли».
Василий Грязной
«Из грязи в князи» — именно по этому общеизвестному принципу развивалась карьера Грязного. По словам самого царя, Василий был «мало что не в псарях» у князя Пенинского в провинциальном Алексине. Однако Грязному удивительно повезло: городок вошёл в опричные владения Ивана IV, и бывший слуга низшего ранга смог поступить на государеву службу.
С тех пор дела Василия Грязного пошли в гору. Он стал одним из любимейших опричников Грозного и начал творить беззаконие вместе со Скуратовым и Вяземским. Но и к Грязному Иван Васильевич довольно быстро потерял интерес: когда бывший приближённый оказался в плену, царь даже не стал его выкупать.
Кто такие опричники и откуда они взялись?
Опричнина и опричники – эти слова обрели зловещий оттенок чего-то страшного и неприятного в истории России. Что тогда, что сейчас, люди делятся на два лагеря: одни во всё горло кричат об опричнине как о самой печальной странице из жизни государства и результатом помешательства правителя. Другие же напротив, утверждают, что такое правление царя было вполне ожидаемым и даже вывело Россию на новый уровень, дав возможности для лучшей жизни.
Кто такие эти опричники и зачем они были нужны?
Ответ довольно прост – приближенные царя Ивана Грозного. Само слово «опричник» несет в себе значение «особый, выделяющийся». Именно так это и было, ведь кого попало в помощники к царю не возьмут. Опричники занимались тем, что охраняли покой царя и в общем смысле слова, были привилегированными гвардейцами.
Царь Иван Грозный имел план о создании «Избранной тысячи». Такая военная реформа подразумевала создание отдельного подразделения, в которое входили бы потомки княжеских и царских семей. «Избранные» назначались главнокомандующими и полководцами, то есть, в их обязанности входило ведение военных дел и руководство армией.
Темные всадники Российского государства
Страх людей перед опричниками легко можно объяснить. Помощники царя носили длинные балахоны или мантии чёрного цвета, что уже нагнетало жути. Ездили опричники на конях, что делало их похожими на настоящих всадников из старых легенд.
Бытует мнение, что опричники на шеях носили собачьи головы, которые иногда надевали и лошадям. В руках у них всегда были мётлы на кнутовище.
Зрелище не из приятных, конечно же. Но были ли головы и мётлы настоящими, или это всего-навсего метафора, доподлинно неизвестно. О приближенных царя говорили, что собачьи головы – символ бесстрашия, якобы они будут всех кусать и пугать. А мётлы нужны чтобы убирать весь «мусор» в стране.
Свирепые опричники могли творить абсолютный беспредел. Сам царь, под чьим руководством они находились, не предпринимал попыток остановить их. Напротив, бесчинства происходили именно в угоду и по приказу Грозного.
Главные опричники
Среди всех имен опричников стоит упомянуть как минимум два – Малюту Скуратова и Афанасия Вяземского. Первый был главным помощником Ивана Грозного, способный на любые преступления в угоду власти. Сейчас его имя стало нарицательным: так называют самых вредных и опасных хулиганов и палачей.
Прозвище «Малюта» он скорее всего получил благодаря своему невысокому росту, который тем ни менее, не мешал Скуратову пугать жителей страны. Вокруг его имени даже слагались легенды.
Одна из которых гласила, что Малюта утопил Марию Долгорукую, жену Ивана Грозного (по его же собственному приказу). Точных сведений об этой истории нет, но народ, зная Малюту Скуратова и его преданность царю, охотно верил в реальность происшествия.
«Опричники» как альтернатива «ручному управлению»
Это делает прямую военную агрессию против нашей страны маловероятной.
Калитки для золотых ослов
Однако, как мы знаем, согласно легенде непреступные твердыни Константинополя пали из-за маленькой калитки, которую забыли закрыть.
Кроме того, можно вспомнить знаменитый афоризм Филиппа II Македонского: «Осел, груженный золотом, возьмёт любую крепость», который уже давно лег в основу стратегии Запада.
Иными словами, вопросы внутренней безопасности страны ничуть не менее актуальны и важны, чем аспекты внешней обороны.
И тут надо признать, что в наше стенах множество лазеек, куда не то, что осел, КАМАЗ груженый золотом заедет.
И все эти многочисленные проломы, отнорки и калитки необходимо срочно заделывать и запирать. И вот тут-то выясняется, что со специалистами, способными провести эту колоссальную работу – в стране «напряженка».
Опыт успешных реформаторов (не деструкторов, вроде Горбачева или Ельцина), возрождавших страну из пепла, и выводивших ее на качественно новый уровень, говорит о том, что им крайне необходима когорта единомышленников, на которых можно положиться, порученцев и кризисных управляющих, наделенных самыми широкими полномочиями.
Самой известной (и самой оболганной) такой структурой в отечественной истории была созданная Иоанном IV Грозным опричнина. Опираясь на которую государь Иван Васильевич осуществлял реорганизацию Московского государства в Самодержавное царство и заложил основы будущей Российской империи.
Отметим, что в общественном сознании укоренился образ Иоанна Грозного, как жестокого тирана, свирепого садиста, окружившего себя беспринципными кровожадными убийцами и палачами. Родоначальником этого воззрения стал историк Карамзин, в основу трудов которого легли свидетельства иностранцев, по тем или иным причинам, находившихся в России в годы правления Иоанна Грозного, а также труды князя — перебежчика Андрея Курбского.
«Князь-предатель, водивший в Россию литовские отряды, стал основоположником литературы, посвященной Ивану IV. … Существенный вклад в создание образа Грозного царя внесли лифляндцы И.Таубе и Э.Крузе. Участвуя в Ливонской войне, оба были взяты в плен и с началом опричнины привлечены к работе на дипломатическом поприще. В 1671 году, после неудачной осады Ревеля, они бежали в Литву. Для того чтобы оправдаться в двойной измене перед своими новыми хозяевами, в повествовании о жизни в России они сознательно сгущали краски, переплетая правду с явным вымыслом»,– пишет известный российский историк Юрий Кондаков.
Подобной точки зрения придерживается и другой современный исследователь Вячеслав Манягин: «Мемуары» Таубе и Крузе многословны и подробны, но их явно клеветнический характер выводит их за скобки достоверных источников. Серьезные научные исследователи не считают их таковыми. Так, ведущий специалист по русской истории этого периода, Р. Г. Скрынников отмечает: «Очевидцы событий Таубе и Крузе составили через четыре года после суда пространный, но весьма тенденциозный отчет о событиях».
В настоящий момент доказана несостоятельность большинства обвинений в адрес Иоанна IV и его ближайших слуг.
Ближе всех к пониманию образа Ивана Грозного, созданной им опричнины и их значения в русской жизни, по мнению ряда современных исследователей, подошел в своих трудах митрополит Иоанн (Снычев). «Опричнина стала в руках царя орудием, которым он просеивал всю русскую жизнь, весь ее порядок и уклад, отделял добрые семена русской православной соборности и державности от плевел еретических мудрствований, чужебесия в нравах и забвения своего религиозного долга», — писал владыка.
«При всей пристрастности концепции митрополита Иоанна многие положения, выдвинутые в его книге, разделяются и современными академическими исследователями», — указывает Юрий Кондаков, упоминая труды историков В.В.Шапошника и В.А.Колобкова.
Замена неэффективных институтов власти
Итак, что же это было – опричнина?
Начнем с причин ее породивших. Все детство и юность Ивана Васильевича протекала на фоне непрестанной череды боярских заговоров, интриг и мятежей, сотрясавших основы русского государства.
«Еще при Грозном до опричнины встречались землевладельцы из высшей знати, которые в своих обширных вотчинах правили и судили безапелляционно, даже не отдавая отчета царю», — писал историк В. О. Ключевский.
К этому можно прибавить, что царь, сосредоточивший в себе полноту ответственности за происходящее в стране, представлялся таким боярам удобной ширмой, лишавшей их самих этой ответственности, но оставлявшей им все их мнимые «права». Число знатнейших боярских фамилий было невелико — не превышало двух-трех сотен, зато их удельный вес в механизме управления страной был подавляющим. Мотивацией их было отнюдь не сила и величие страны, а личное богатство и удовлетворение собственных амбиций. Ради чего, они легко шли даже на измену.
Положение становилось нестерпимым, но для его исправления царь нуждался в единомышленниках, которые могли бы взять на себя функции административного управления страной, традиционно принадлежавшие боярству. Оно в своей недостойной части должно было быть от этих функций устранено.
Первыми попытками создать альтернативную боярским органам власти систему управления стала «избранная рада», куда государь собрал близких ему людей, единомышленников, которым, как он предполагал можно довериться. Но вскоре стало очевидным, что и они оказались вовлеченными в боярские интриги. Самые близкие – Алексей Адашев и иерей Сильвестр изменили царю и даже оказались причастными к отравлению его супруги Анастасии. Андрей Курбский, как уже говорилось, перешел на сторону неприятеля. Также поступил и другой воевода – Дмитрий Вишневецкий. Убедившись в неэффективности имеющихся у него средств, государь совершает экстраординарный шаг, завершившийся созданием опричнины, которая вовсе не была исключительно «антибоярским» орудием.
« Царь в указе об учреждении опричнины ясно дал понять, что не делит «изменников» и «лиходеев» ни на какие группы «ни по роду, ни по племени», ни по чинам, ни по сословной принадлежности», — указывал митрополит Иоанн.
Сам термин «опричнина» имел давнее происхождение. Так назывался удел, который князь выделял, «опричь» (кроме) другой земли. Однако в данном случае опричнина означала личный удел царя. Остальная часть государства стала именоваться земщиной, управление которой осуществлялось Боярской думой. Политическим и административным центром опричнины стал «особый двор» со своей Боярской думой и приказами, частично переведенными из земщины. В опричнине была особая казна. Первоначально в опричнину была взята тысяча (к концу опричнины — уже 6 тыс.) в основном служилых людей, но были и представители некоторых старых княжеских и боярских родов.
У опричников была особая эмблема в виде собачьей головы и метлы. Это означало, что опричник должен грызть «государевых изменников» и выметать измену.
Впрочем, карательная функция была для опричнины не единственная и не главная. Гораздо более важным направлением ее деятельности стало создание новой административной системы зарождающейся империи, или вернее исправление и модернизация старой. И опричные земли становились местом реализации новой модели.
Другая функция, стоящая перед организацией, была военная. В состав опричнины входило особое, опричное войско – своеобразная лейб-гвардия при особе монарха. Отбор в него был очень жесткий, и только «лучшие люди» имели шанс на зачисление в опричные полки. Комплектовались они, главным образом, из преданных царю дворян и детей боярских «опричных» волостей и уездов. В 1565г. оно включало 1000 опричников. На 20 марта 1573г. в составе опричного двора царя Иоанна числилось 1854 человека. Из них 654 были телохранители государя.
К 70-м гг. войско выросло до 5-6 тысяч человек. По своему характеру оно было поместным. Опричники получали за службу поместья во временное пользование и «государево» жалованье. Они давали клятву верности царю, обязывались не иметь никаких сношений с боярами земщины. Опричное войско было конным, в его составе была и собственная артиллерия. Оно имело полковую структуру и управлялось воеводами, которых царь назначал лично, и опричным Разрядным (дворовым) приказом. Функции этого приказа были идентичны функциям Разрядного приказа земщины.
Важнейшей задачей опричного войска была борьба с внутренней крамолой и сепаратистскими тенденциями, подавление и предупреждение мятежей. И в этом смысле опричное войско можно сравнить с современной Росгвардией.
Кроме того, опричники несли порубежную службу, охраняя границы государства, и участвовали в войнах совместно с земским войском, находясь на самых ответственных или опасных участках и действуя, как ударные отряды. При этом опричные полки объединялись с соответствующими земскими полками (например, Большой полк опричного войска с большим полком земским, опричный передовой полк с передовым полком земским и т.д.). Действовало опричное войско против внешнего врага и самостоятельно. Несмотря на малочисленность, оно сыграло выдающуюся роль в защите России, например, в битве на Молодях, в 1572г., во время которой были разгромлены татарские войска, а их командующий Дивей-мурза взят в плен опричником Аталыкиным.
В 1568 г. охрану южной границы Русского государства несли только опричники. Большой, передовой и сторожевой полки располагались в Мценске, а полки правой и левой руки и ертоульный (дозорный, разведывательный) — в Калуге.
Кризисные менеджеры Ивана Грозного
Уже упомянутые 600 особо приближенных к государю опричников не ограничивались функцией телохранителей. В случае необходимости они выполняли задачи доверенных царских порученцев, осуществлявших административные, разведывательные, следственные и карательные функции.
В случае необходимости каждый из приближенных опричников был готов принять руководство военными или гражданскими структурами. Так, например, в сентябре 1577г. во время Ливонского похода царь направил на взятие города Смилтин князей Михаила Ноздроватого и Андрея Салтыкова с войсками.
Немцы и литовцы, засевшие в городе, сдаться отказались, а царские военачальники блокировав укрепления не спешили докладывать царю об обстановке и о ходе переговоров с осажденными. Обеспокоенный государь отправил выяснить ситуацию на месте опричника боярского сына Проню Болакирева. Прибыв к Смилтину ночью, царский соглядатай констатировал отсутствие полноценного боевого охранения и множество других упущений по службе. Получивший от него доклад царь «почел кручинитца, да послал Деменшу Черемисинова, да велел про то сыскать, как у них делось».
Знаменитый опричник, Д. Черемисинов наделенный необходимыми полномочиями выяснил на месте, что помимо беспечного несения службы, воеводы отказывались выпустить из осажденного города литовцев вместе с их имуществом, надеясь его разграбить.
После же того, как опричник, взяв командование в свои руки, разрешил жителям вывести свои пожитки, «литва тотчас город очистили». Воеводы за неисполнение царских инструкций были наказаны — Ноздреватый был бит кнутом, а «Салтыкову за тое неслужбу государь шубы не велел дать».
В необходимых случаях руководство военными операциями изымалось из рук воевод и передалось доверенным опричников. В июле 1577г. царские воеводы двинулись на город Кесь и «заместничались», то есть начали спорить о старшинстве.
Но лишь стоило воеводам начать «дуровать», как доверенное лицо царя —опричник Даниил Борисович Салтыков был уполномочен вести войска «мимо» воевод, то есть, отстранив их от командования. Только что препиравшиеся между собой из-за мест князья все разом были подчинены дворянину Салтыкову, человеку по сравнению с ними вовсе «молодому».
Не одними репрессиями
Несомненно, репрессивные функции были для опричнины одними из основных. Но каковы были размеры этих репрессий? Один из «очевидцев» — англичанин Джером Гарсей утверждал, что в Новгороде в 1870 году опричники уничтожили 700 000 человек!
Указанная англичанином цифра в разы превышала население Новгорода тех времен. Историк Николай Скуратов в своей статье «Иван Грозный — взгляд на время царствования с точки зрения укрепления государства Российского» пишет: «Обычному, несведущему в истории человеку, который не прочь иногда посмотреть кино и почитать газету, может показаться, что опричники Ивана Грозного перебили половину населения страны. Между тем число жертв политических репрессий 50-летнего царствования хорошо известно по достоверным историческим источникам. Подавляющее большинство погибших названо в них поименно….казненные принадлежали к высшим сословиям и были виновны во вполне реальных, а не в мифических заговорах и изменах….почти все они ранее бывали прощаемы под крестоцеловальные клятвы, то есть являлись клятвопреступниками, политическими рецидивистами».
Известный советский историк Руслан Скрынников и митрополит Иоанн. И тот, и другой указывают, что за 50 лет правления Иоанна Грозного к смертной казни были приговорены 4-5 тысяч человек.
В том же веке в других государствах правительства совершали действительно чудовищные беззакония. В 1572г. во время Варфоломеевской ночи во Франции перебито свыше 30 000 протестантов. В Англии за первую половину XVI века было повешено только за бродяжничество 70.000 человек. В Германии, при подавлении крестьянского восстания 1525г. казнили более 100.000 человек. Герцог Альба уничтожил при взятии Антверпена 8.000 и в Гарлеме 20.000 человек, а всего в Нидерландах испанцы убили около 100.000.
То есть, учитывая реалии того времени, Иоанна VI с полным основанием можно назвать одним из самых гуманных государей того столетия.
«Со временем боярство с помощью опричнины излечилось от сословной спеси, впрягшись в общее тягло. О том, что опричнина не рассматривалась как самостоятельная ценность и ее длительное существование изначально не предполагалось, свидетельствует завещание царя, написанное во время болезни в Новгороде в 1572. «А что есьми учинил опричнину, — пишет Грозный, — и то на воле детей моих Ивана и Федора, как им прибыльнее, пусть так и чинят, а образец им учинен готов». Я, мол, по мере своих сил показал как надо, а выбор конкретных способов действия за вами — не стесняю ничем. Земщина и опричнина в конце концов смешались, и последняя тихо отмирала по мере осмысления правящим классом России своего религиозного долга, своего места в общерусском служении», – писал митрополит Иоанн.
37-го года не будет
Своего рода «опричниками» другого великого русского реформатора Петра Первого стали его «потешные».
Они были для него не только гарантами его личной безопасности и инструментом в борьбе за власть, но и кузницей кадров – военных и административных.
Следует отметить, что сама «чистка» государственного аппарата и интегрированного с ним бизнес-сообщества вовсе не обязательно должна выглядеть как 37-й год, «когда срока огромные брели в этапы длинные».
«Зачистку» госаппарата можно осуществлять не расстреливая, или ссылая нерадивых или ненадежных чиновников, а отправляя их на «заслуженный» отдых, или переводя на те должности, где ущерб от них будет минимальный.
Такой подход позволит избежать репрессий, и даже обеспечить лояльность «зачищенных», в той степени, на какую они вообще способны.
В отличие от времен начала царствования Ивана Васильевича, правоохранительные органы в России есть, они вполне дееспособны, и, как правило, эффективнее властных структур. То есть репрессивные функции нынешним «опричникам» (если они появятся) будут не нужны, их главной задачей станет кризисное управление и модернизация административных структур. Которая могла бы вывести страну из режима «ручного управления».