Кто такие садыки в сирии

В чем секрет китайского автомобильного чуда в России

Восстановление престижа ФСИН поручили «жесткому» генералу МВД

Судьба единственного российского авианосца зависит от роботов

Новые власти Германии надеются на российскую молодежь

«Написанные кровью» законы не уберегли шахтеров «Листвяжной»

Почему Сталин не позволил раздробить Германию

Тимур Шерзад, журналист

Россия и Армения по-разному видят будущее Кавказа

Иса Джавадов, Историк, востоковед

Американская элита считает, что у преступности есть раса

Геворг Мирзаян, доцент департамента политологии Финансового университета при Правительстве РФ

Острый кризис в Турции

Расизм в русском балете

Молдавию отключают за неуплату

Российские школьники установили абсолютный рекорд на Международной олимпиаде по астрономии

В Лос-Анджелесе показали будущее мирового автопрома

В Москве прошел десятый бал дебютанток Tatler

Российским школьникам покажут маршрут «Золотое кольцо» по Ярославской области

В Марий Эл открыли новое здание государственной филармонии

В Оренбурге легендарная «Катюша» вернулась в парк «Салют, Победа!»

Главная тема

акция госдепа

госпереворот

психические расстройства

Видео

конфликт в Донбассе

саммит демократий

270 долларов за газ

пенитенциарная система

авторынок в пандемию

расовые проблемы

стратегические высоты

передел мира

на ваш взгляд

Химки и бандерлоги: жаргон и байки российских военных в Сирии

3 июня 2018, 10:18
Фото: Михаил Воскресенский/РИА Новости
Текст: Кирилл Парамонов

Каждая война рождает и собственный язык, и собственный фольклор. Газета ВЗГЛЯД собрала армейский жаргон и байки участников сирийской кампании. Хотя за достоверность пересказанных ниже историй мы не ручаемся, менее ценными они от этого не становятся – в них отражены впечатления и отношение к происходящему простых солдат, побывавших в реальных военных действиях.

Приведенный ниже текст основан на беседах с солдатами-контрактниками, побывавшими в командировках в Сирии.

Сирийский жаргон

«Афганцы» называли врагов «духами», участники чеченских войн – «чехами». Российские солдаты в Сирии называют противников не столь поэтично – «бандерлогами» или «чертями». Афганские «духи», впрочем, тоже в ходу. Эти термины относятся прежде всего к террористам из ИГ*, которое на арабский манер чаще называется ДАЕШ.

«Наших» арабов, то есть всех, кто воюет на стороне правительства Асада, называют словом «садыки» (от арабского «друг»). Произносится с ударением на последний слог. Впрочем, к садыкам у российских военных есть кое-какие претензии, но об этом позже.

Небезынтересно и русско-арабское выражение, употребляемое сирийцами, – тамам-за***сь (от арабского «тамам» – хорошо). Используется, как можно догадаться, для обозначения каких-либо положительных моментов в жизни человека.

Живая солдатская речь добавила на карту Сирии такие топонимы, как Саратов (от САР – Сирийская Арабская Республика; в ходу выражение «командировка в Саратов», и российский город тут ни при чем), Химки (авиабаза Хмеймим), Пальма (Пальмира), Тортуга (порт Тартус), Лимпопо (Алеппо).

О сирийской армии

О силах «садыков» российские солдаты отзываются крайне скептически. Говорят, арабская армия довольно трусливая, воевать они не любят, а при первой же возможности «собирают манатки и драпают».

«Стрелять они не умеют. Стреляют чисто ради шума или чтобы отстрелять боеприпасы. Боеприпасы кончились – можно отступать. А отступают они громко – с криками, с шумом и обязательно с паникой», – говорит наш собеседник, побывавший в командировке в «Саратове».

«Под Алеппо был случай, когда бандерлоги прорвались – человек 600. Дорогу им преграждали блокпосты, на каждом из которых стояло по 12 человек и по одному–двум джипам с пулеметами. Наши бы, скорее всего, рассуждали так: патронов хоть отбавляй, пулеметы крупнокалиберные – значит, можно повоевать. А эти собирают все свое имущество – спальники, палатки, чайники. Грузятся в джипы и отходят на следующий блокпост. Там они разводят панику: «ДАЕШ идет!». 12 человек на втором блокпосту повторяют ту же процедуру. И так они оставили шесть блокпостов! То есть к шестому приехала уже почти рота. Но дальше шестого блокпоста ДАЕШ не пошли – наши летчики получили координаты и их разбомбили. А потом приехали наши эсэсошники и все зачистили, как бы сказав: «Вот вам, товарищи садыки, ваши блокпосты назад», – рассказывает он.

Характерен в этой связи и случай, якобы произошедший с российскими чэвэкашниками (опрошенные военные без сомнений признают наличие последних в Сирии).

На эту тему

Неудивительно, что на фоне этого появляются байки о «заградотрядах»:

«У них есть Пятый добровольческий корпус. В нем в основном военные советники из России. Они их обучают тактике боя, технике и всему прочему. Рассказывают, что там ввели «систему заградотрядов». Один офицер, контактировавший с ними, рассказывал так: добровольцы взяли деревню, но быстро ее сдали. Командиры у них спрашивают – почему сдали? Те отвечают – «ДАЕШ пришли». Отправили разведку. Оказалось, да, ДАЕШ и правда есть – 30–40 человек на трех–четырех джипах с пулеметами. Добровольцам говорят – надо идти отбивать. Те упираться. Там же ДАЕШ, как они с ними воевать-то будут? Тогда у них из первого взвода каждого пятого расстреляли, после этого они пошли в бой. И дело не только в том, что они испугались погибнуть. Просто у них так: если солдат погиб в бою, то его портрет висит на улице и периодически обновляется. А его семье, если не ошибаюсь, выплачивают 100 миллионов лир (500 сирийских лир = 1 доллар) в течение года как компенсацию. А если его расстреляли как дезертира, то тут ни портрета, ни компенсации».

«Садыки готовы покупать у российских солдат бронежилеты. За бронежилет от комплекта «Ратник» платят 2 тыс. долларов, 10 овец и шесть жен. А именно наши бронежилеты им нужны потому, что его грудная и спинная пластины имеют какой-то состав, который со 100 метров выдерживает выстрел из СВД».

О черном юморе

О враге

О технике:

«Сирийцы очень любят использовать пикапы. Они на них пихают буквально все. Поместилось – хорошо, не поместилось – значит поместим. Самое большое из того, что я видел, – это гаубица Д-30, которую впихнули на пикап. У нее обрезали лафет и вообще все лишнее. Но чаще ставят пулемет ДШК. Что-то более сложное, типа «Корда» или «Утеса», наши им не доверяют, потому что они обязательно ее раз***ут».

«Фишка сирийских машин – они все битые и мятые. Такое чувство, что если они в салоне машину покупают, первым делом загоняют ее задом в стену, чтобы помялась, потому что так круче. Если машина простреляна, это тоже в порядке вещей».

О мирных жителях

Командировки в Сирию добавили российским солдатам и интересного бытового опыта. Вот еще серия заметок от наших респондентов:

«Полиция у них напоминает советскую милицию 1960-х годов – в хромовых сапогах, в черных брюках, в черной куртке, в белых крагах и в белом шлеме типа мотоциклетного. Он, допустим, пытается кого-то остановить. Человек машет ему рукой, полицейский машет ему в ответ, и человек проезжает. Если рукой махнул – значит, это был знакомый. А знакомого останавливать нельзя».

«В месяц Рамадан мусульманам днем есть нельзя. А рядом с суннитским кварталом находился христианский – буквально через дорогу. И христиане гуляют, бухают. И главное, жарят мясо, стараясь сделать так, чтобы дым шел к мусульманам. Но, как говорят, что мусульмане точно так же поступают в христианский пост. Причем для христиан это будет даже хуже. Потому что мусульмане могут мяса хотя бы ночью поесть, а христианам его нельзя все время поста».

«Как-то зашел в магазин, а следом за мной заходит солдат мухабарата – сирийской армии. Пошептался с продавцом, и тот ему протягивает бутылку водки. Он ее по-русски спрятал в рукав и ушел. Я спрашиваю у продавца: «Разве ему можно?». И он говорит: «Это христианин, ему можно».

* Организация (организации) ликвидированы или их деятельность запрещена в РФ

Источник

Химки и бандерлоги: жаргон и байки российских военных в Сирии

Каждая война рождает и собственный язык, и собственный фольклор. Газета «Взгляд» собрала армейский жаргон и байки участников сирийской кампании. Хотя за достоверность пересказанных ниже историй мы не ручаемся, менее ценными они от этого не становятся – в них отражены впечатления и отношения к происходящему простых солдат, побывавших в реальных военных действиях.

Приведенный ниже текст основан на беседах с солдатами-контрактниками, побывавшими в командировках в Сирии.

Сирийский жаргон

«Афганцы» называли врагов «духами», участники чеченских войн – «чехами». Российские солдаты в Сирии называют противников не столь поэтично – «бандерлогами» или «чертями». Афганские «духи», впрочем, тоже в ходу. Эти термины относятся прежде всего к террористам из ИГ, которое на арабский манер чаще называется ДАЕШ.

«Наших» арабов, то есть, всех, кто воюет на стороне правительства Асада, называют словом «садыки» (от арабского «друг»). Произносится с ударением на последний слог. Впрочем, к садыкам у российских военных есть кое-какие претензии, но об этом позже.

Небезынтересно и русско-арабское выражение, употребляемое сирийцами — тамам-за***сь (от арабского «тамам» – хорошо). Используется, как можно догадаться, для обозначения каких-либо положительных моментов в жизни человека.

Живая солдатская речь добавила на карту Сирии такие топонимы, как Саратов (от САР – Сирийская Арабская Республика; в ходу выражение «командировка в Саратов», и российский город тут ни при чем), Химки (авиабаза Хмеймим), Пальма (Пальмира), Тортуга (порт Тартус), Лимпопо (Алеппо).

О сирийской армии

О силах «садыков» российские солдаты отзываются крайне скептически. Говорят, арабская армия довольно трусливая, воевать они не любят, а при первой же возможности «собирают монатки и драпают».

«Стрелять они не умеют. Стреляют чисто ради шума или чтобы отстрелять боеприпасы. Боеприпасы кончились – можно отступать. А отступают они громко – с криками, с шумом, и обязательно с паникой», – говорит наш собеседник, побывавший в командировке в «Саратове».

«Под Алеппо был случай, когда бандерлоги прорвались – человек 600. Дорогу им преграждали блокпосты, на каждом из которых стояло по 12 человек и по одному-двум джипам с пулеметами. Наши бы, скорее всего, рассуждали как: патронов хоть отбавляй, пулеметы крупнокалиберные, значит можно повоевать. А эти собирают все свое имущество – спальники, палатки, чайники. Грузятся в джипы и отходят на следующий блокпост. Там они разводят панику: «ДАЕШ идет!». 12 человек на втором блок-посту повторяют ту же процедуру. И так они оставили шесть блокпостов! То есть, к шестому приехала уже почти рота. Но дальше шестого блокпоста ДАЕШ не пошли – наши летчики получили координаты и их разбомбили. А потом приехали наши ССОшники и все зачистили, как бы сказав – «Вот вам, товарищи садыки, ваши блокпосты назад», — рассказывает он.

Характерен в этой связи и случай, якобы произошедший с российскими ЧВКшниками (опрошенные военные без сомнений признают наличие последних в Сирии).

Россиян удивляет, что на блок-посту у садыков в порядке вещей матэ, кальян. Еще бы не стреляли, вообще было бы тамам-за***сь, комментируют наши.

Неудивительно, что на фоне этого появляются байки о «заград-отрядах»:

«У них есть Пятый добровольческий корпус. В нем, в основном, военные советники из России. Они их обучают тактике боя, технике и всему прочего. Рассказывают, что там ввели «систему заградотрядов». Один офицер, контактировавший с ними, рассказывал так: добровольцы взяли деревню, но быстро ее сдали. Командиры у них спрашивают – почему сдали? Те отвечают – «ДАЕШ пришли». Отправили разведку. Оказалось да, ДАЕШ и правда есть – 30-40 человек на трех-четырех джипах с пулеметами. Добровольцам говорят – надо идти отбивать. Те упираться. Там же ДАЕШ, как они с ними воевать-то будут? Тогда у них из первого взвода каждого пятого расстреляли, после этого они пошли в бой. И дело не только в том, что они испугались погибнуть. Просто у них так: если солдат погиб в бою, то его портрет висит на улице и периодически обновляется. А его семье, если не ошибаюсь, выплачивают 100 миллионов лир (500 сирийский лир = 1 доллар) в течение года, как компенсацию. А если его расстреляли как дезертира, то тут ни портрета, ни компенсации».

«Садыки готовы покупать у российских солдат бронежилеты. За бронежилет от комплекта «Ратник» платят 2 тыс. долларов, 10 овец и шесть жен. А именно наши бронежилеты им нужны потому, что его грудная и спинная пластины имеют какой-то состав, который со 100 метров выдерживает выстрел из СВД».

О черном юморе

О враге

О технике:

«Сирийцы очень любят использовать пикапы. Они на них пихают буквально все. Поместилось – хорошо, не поместилось – значит поместим. Самое большое из того, что я видел, это гаубица Д-30, которую впихнули на пикап. У нее обрезали лафет и вообще все лишнее. Но чаще ставят пулемет ДШК. Что-то более сложное, типа «Корда» или «Утеса» наши им не доверяют, потому что они обязательно ее раз***ут».

«Фишка сирийских машин – они все битые и мятые. Такое чувство, что если они в салоне машину покупают, первым делом загоняют ее задом в стену, чтобы помялась, потому что так круче. Если машина простреляна, это тоже в порядке вещей».

О мирных жителях

Командировки в Сирию добавили российским солдатам и интересного бытового опыта. Вот еще серия заметок от наших респондентов:

«Полиция у них напоминают советскую милицию 1960-х годов – в хромовых сапогах, в черных брюках, в черной куртке, в белых крагах и в белом шлеме типа мотоциклетного. Он, допустим, пытается кого-то остановить. Человек машет ему рукой, полицейский машет ему в ответ, и человек проезжает. Если рукой махнул – значит это был знакомый. А знакомого останавливать нельзя».

«В месяц Рамадан мусульманам днем есть нельзя. А рядом с суннитским кварталом находился христианский – буквально через дорогу. И христиане гуляют, бухают. И главное, жарят мясо, стараясь сделать так, чтобы дым шел к мусульманам. Но, как говорят, что мусульмане точно так же поступают в христианский пост. Причем, для христиан это будет даже хуже. Потому что мусульмане могут мяса хотя бы ночью поесть, а христианам его нельзя все время поста».

«Как-то зашел в магазин, а следом за мной заходит солдат мухабарата – сирийской армии. Пошептался с продавцом, и тот ему протягивает бутылку водки. Он ее по-русски спрятал в рукав и ушел. Я спрашиваю у продавца: «Разве ему можно?». И он говорит:«Это христианин, ему можно».

Источник

Жаргон наших в Сирии

Каждая война рождает и собственный язык, и собственный фольклор.

«Афганцы» называли врагов «духами», участники чеченских войн – «чехами». Российские солдаты в Сирии называют противников не столь поэтично – «бандерлогами» или «чертями». Афганские «духи», впрочем, тоже в ходу. Эти термины относятся прежде всего к террористам из ИГ, которое на арабский манер чаще называется ДАИШ.

«Наших» арабов, то есть всех, кто воюет на стороне правительства Асада, называют словом «садыки» (от арабского «друг»). Произносится с ударением на последний слог. Впрочем, к садыкам у российских военных есть кое-какие претензии, но об этом позже.

Небезынтересно и русско-арабское выражение, употребляемое сирийцами, – тамам-за***сь (от арабского «тамам» – хорошо). Используется, как можно догадаться, для обозначения каких-либо положительных моментов в жизни человека.

Живая солдатская речь добавила на карту Сирии такие топонимы, как Саратов (от САР – Сирийская Арабская Республика; в ходу выражение «командировка в Саратов», и российский город тут ни при чем), Химки (авиабаза Хмеймим), Пальма (Пальмира), Тортуга (порт Тартус), Лимпопо (Алеппо).

О сирийской армии

О силах «садыков» российские солдаты отзываются крайне скептически. Говорят, арабская армия довольно трусливая, воевать они не любят, а при первой же возможности «собирают манатки и драпают». «Стрелять они не умеют. Стреляют чисто ради шума или чтобы отстрелять боеприпасы. Боеприпасы кончились – можно отступать. А отступают они громко – с криками, с шумом и обязательно с паникой», – говорит наш собеседник, побывавший в командировке в «Саратове».

«Под Алеппо был случай, когда бандерлоги прорвались – человек 600. Дорогу им преграждали блокпосты, на каждом из которых стояло по 12 человек и по одному–двум джипам с пулеметами. Наши бы, скорее всего, рассуждали так: патронов хоть отбавляй, пулеметы крупнокалиберные – значит, можно повоевать. А эти собирают все свое имущество – спальники, палатки, чайники. Грузятся в джипы и отходят на следующий блокпост. Там они разводят панику: «ДАЕШ идет!». 12 человек на втором блокпосту повторяют ту же процедуру. И так они оставили шесть блокпостов! То есть к шестому приехала уже почти рота. Но дальше шестого блокпоста ДАЕШ не пошли – наши летчики получили координаты и их разбомбили. А потом приехали наши эсэсошники и все зачистили, как бы сказав: «Вот вам, товарищи садыки, ваши блокпосты назад», – рассказывает он.

Россиян удивляет, что на блокпосту у садыков в порядке вещей матэ, кальян. Еще бы не стреляли, вообще было бы тамам-за***сь, комментируют наши.

«Садыки готовы покупать у российских солдат бронежилеты. За бронежилет от комплекта «Ратник» платят 2 тыс. долларов, 10 овец и шесть жен. А именно наши бронежилеты им нужны потому, что его грудная и спинная пластины имеют какой-то состав, который со 100 метров выдерживает выстрел из СВД».

О черном юморе

О враге

О технике:

«Сирийцы очень любят использовать пикапы. Они на них пихают буквально все. Поместилось – хорошо, не поместилось – значит поместим. Самое большое из того, что я видел, – это гаубица Д-30, которую впихнули на пикап. У нее обрезали лафет и вообще все лишнее. Но чаще ставят пулемет ДШК. Что-то более сложное, типа «Корда» или «Утеса», наши им не доверяют, потому что они обязательно ее раз***ут».

«Фишка сирийских машин – они все битые и мятые. Такое чувство, что если они в салоне машину покупают, первым делом загоняют ее задом в стену, чтобы помялась, потому что так круче. Если машина простреляна, это тоже в порядке вещей».

О мирных жителях

Командировки в Сирию добавили российским солдатам и интересного бытового опыта. Вот еще серия заметок от наших респондентов:

«В месяц Рамадан мусульманам днем есть нельзя. А рядом с суннитским кварталом находился христианский – буквально через дорогу. И христиане гуляют, бухают. И главное, жарят мясо, стараясь сделать так, чтобы дым шел к мусульманам. Но, как говорят, что мусульмане точно так же поступают в христианский пост. Причем для христиан это будет даже хуже. Потому что мусульмане могут мяса хотя бы ночью поесть, а христианам его нельзя все время поста».

«Как-то зашел в магазин, а следом за мной заходит солдат мухабарата – сирийской армии. Пошептался с продавцом, и тот ему протягивает бутылку водки. Он ее по-русски спрятал в рукав и ушел. Я спрашиваю у продавца: «Разве ему можно?». И он говорит: «Это христианин, ему можно».

Источник

Химки, Лимпопо и бандерлоги: армейский жаргон и байки российских военных в Сирии

Каждая война рождает и собственный язык, и собственный фольклор. Газета ВЗГЛЯД собрала армейский жаргон и байки участников сирийской кампании. Хотя за достоверность пересказанных ниже историй мы не ручаемся, менее ценными они от этого не становятся – в них отражены впечатления и отношение к происходящему простых солдат, побывавших в реальных военных действиях.

Приведенный ниже текст основан на беседах с солдатами-контрактниками, побывавшими в командировках в Сирии.

Сирийский жаргон

«Афганцы» называли врагов «духами», участники чеченских войн – «чехами». Российские солдаты в Сирии называют противников не столь поэтично – «бандерлогами» или «чертями». Афганские «духи», впрочем, тоже в ходу. Эти термины относятся прежде всего к террористам из ИГ*, которое на арабский манер чаще называется ДАЕШ.

«Наших» арабов, то есть всех, кто воюет на стороне правительства Асада, называют словом «садыки» (от арабского «друг»). Произносится с ударением на последний слог. Впрочем, к садыкам у российских военных есть кое-какие претензии, но об этом позже.

Небезынтересно и русско-арабское выражение, употребляемое сирийцами, – тамам-за***сь (от арабского «тамам» – хорошо). Используется, как можно догадаться, для обозначения каких-либо положительных моментов в жизни человека.

Живая солдатская речь добавила на карту Сирии такие топонимы, как Саратов (от САР – Сирийская Арабская Республика; в ходу выражение «командировка в Саратов», и российский город тут ни при чем), Химки (авиабаза Хмеймим), Пальма (Пальмира), Тортуга (порт Тартус), Лимпопо (Алеппо).

О сирийской армии

О силах «садыков» российские солдаты отзываются крайне скептически. Говорят, арабская армия довольно трусливая, воевать они не любят, а при первой же возможности «собирают манатки и драпают».

«Стрелять они не умеют. Стреляют чисто ради шума или чтобы отстрелять боеприпасы. Боеприпасы кончились – можно отступать. А отступают они громко – с криками, с шумом и обязательно с паникой», – говорит наш собеседник, побывавший в командировке в «Саратове».

«Под Алеппо был случай, когда бандерлоги прорвались – человек 600. Дорогу им преграждали блокпосты, на каждом из которых стояло по 12 человек и по одному–двум джипам с пулеметами. Наши бы, скорее всего, рассуждали так: патронов хоть отбавляй, пулеметы крупнокалиберные – значит, можно повоевать. А эти собирают все свое имущество – спальники, палатки, чайники. Грузятся в джипы и отходят на следующий блокпост. Там они разводят панику: «ДАЕШ идет!». 12 человек на втором блокпосту повторяют ту же процедуру. И так они оставили шесть блокпостов! То есть к шестому приехала уже почти рота. Но дальше шестого блокпоста ДАЕШ не пошли – наши летчики получили координаты и их разбомбили. А потом приехали наши эсэсошники и все зачистили, как бы сказав: «Вот вам, товарищи садыки, ваши блокпосты назад», – рассказывает он.

Характерен в этой связи и случай, якобы произошедший с российскими чэвэкашниками (опрошенные военные без сомнений признают наличие последних в Сирии).

Россиян удивляет, что на блокпосту у садыков в порядке вещей матэ, кальян. Еще бы не стреляли, вообще было бы тамам-за***сь, комментируют наши.

Неудивительно, что на фоне этого появляются байки о «заградотрядах»:

«У них есть Пятый добровольческий корпус. В нем в основном военные советники из России. Они их обучают тактике боя, технике и всему прочему. Рассказывают, что там ввели «систему заградотрядов». Один офицер, контактировавший с ними, рассказывал так: добровольцы взяли деревню, но быстро ее сдали. Командиры у них спрашивают – почему сдали? Те отвечают – «ДАЕШ пришли». Отправили разведку. Оказалось, да, ДАЕШ и правда есть – 30–40 человек на трех–четырех джипах с пулеметами. Добровольцам говорят – надо идти отбивать. Те упираться. Там же ДАЕШ, как они с ними воевать-то будут? Тогда у них из первого взвода каждого пятого расстреляли, после этого они пошли в бой. И дело не только в том, что они испугались погибнуть. Просто у них так: если солдат погиб в бою, то его портрет висит на улице и периодически обновляется. А его семье, если не ошибаюсь, выплачивают 100 миллионов лир (500 сирийских лир = 1 доллар) в течение года как компенсацию. А если его расстреляли как дезертира, то тут ни портрета, ни компенсации».

«Садыки готовы покупать у российских солдат бронежилеты. За бронежилет от комплекта «Ратник» платят 2 тыс. долларов, 10 овец и шесть жен. А именно наши бронежилеты им нужны потому, что его грудная и спинная пластины имеют какой-то состав, который со 100 метров выдерживает выстрел из СВД».

О черном юморе

О враге

О технике:

«Сирийцы очень любят использовать пикапы. Они на них пихают буквально все. Поместилось – хорошо, не поместилось – значит поместим. Самое большое из того, что я видел, – это гаубица Д-30, которую впихнули на пикап. У нее обрезали лафет и вообще все лишнее. Но чаще ставят пулемет ДШК. Что-то более сложное, типа «Корда» или «Утеса», наши им не доверяют, потому что они обязательно ее раз***ут».

«Фишка сирийских машин – они все битые и мятые. Такое чувство, что если они в салоне машину покупают, первым делом загоняют ее задом в стену, чтобы помялась, потому что так круче. Если машина простреляна, это тоже в порядке вещей».

О мирных жителях

Командировки в Сирию добавили российским солдатам и интересного бытового опыта. Вот еще серия заметок от наших респондентов:

«Полиция у них напоминает советскую милицию 1960-х годов – в хромовых сапогах, в черных брюках, в черной куртке, в белых крагах и в белом шлеме типа мотоциклетного. Он, допустим, пытается кого-то остановить. Человек машет ему рукой, полицейский машет ему в ответ, и человек проезжает. Если рукой махнул – значит, это был знакомый. А знакомого останавливать нельзя».

«В месяц Рамадан мусульманам днем есть нельзя. А рядом с суннитским кварталом находился христианский – буквально через дорогу. И христиане гуляют, бухают. И главное, жарят мясо, стараясь сделать так, чтобы дым шел к мусульманам. Но, как говорят, что мусульмане точно так же поступают в христианский пост. Причем для христиан это будет даже хуже. Потому что мусульмане могут мяса хотя бы ночью поесть, а христианам его нельзя все время поста».

«Как-то зашел в магазин, а следом за мной заходит солдат мухабарата – сирийской армии. Пошептался с продавцом, и тот ему протягивает бутылку водки. Он ее по-русски спрятал в рукав и ушел. Я спрашиваю у продавца: «Разве ему можно?». И он говорит: «Это христианин, ему можно».

* Организация, в отношении которой судом принято вступившее в законную силу решение о ликвидации или запрете деятельности по основаниям, предусмотренным ФЗ «О противодействии экстремистской деятельности»

Источник