Кто такие технократы в политике
Кто такие «молодые технократы» Путина?
«Молодые технократы» – это новый тренд управленцев в регионе. Если раньше начальниками субъектов РФ были так называемые эффективные менеджеры, то сейчас пришли молодые и перспективные кадры, которых называют технократами. Под технократами обычно понимают квалифицированных специалистов в основном в области экономики и управления, которые нанимаются для решения конкретных управленческих задач. В теории технократы призваны создать технократический общественный строй, где процесс производства и распределения доходов находится под контролем общества и осуществляется наиболее квалифицированными специалистами. Социальная структура такого общества базируется не на отношениях собственности, а на знаниях и квалификации.
Это в теории и в перспективе, а на практике и на данном этапе мы имеем несколько руководителей регионов нового поколения, часть из которых свой статус уже закрепили, а другие пока пребывают в статусе врио, но что-то подсказывает, что выборы принципиально расклада не изменят. «Молодые технократы» среди российских губернаторов – это зарекомендовавшие себя управленцы из экономического сектора, возраст которых не превышает 45 лет. Сентябрьские выборы губернаторов показали, что курс первого заместителя администрации президента Кириенко был правильный. Все поставленные в регионы молодые кадры смогли набрать высокий процент на выборах при общероссийском показателе явки.
Таким образом, проект «Молодой технократ» был продолжен в октябре. Как следствие в Самарскую область пришел Дмитрий Азаров, а Нижегородская область была доверена Глебу Никитину. Отметим, что до своей политической карьеры кандидат экономических наук Азаров работал замом директора по экономике Самарского завода котельно-вспомогательного оборудования и трубопроводов, затем был замом директора по экономике и подготовке производства завода «Синтезкаучук», затем – заместителем генерального директора ООО «Волгапромхим», где курировал вопросы экономики и финансов, а также до 2006 года являлся генеральным директором Средневолжской газовой компании. В свою очередь врио Нижегородской области Глеб Никитин был направлен в регион прямиком из кабинета министра промышленности и торговли, где он занимал должность зама. Петербуржец до 2011 года работал в Федеральном агентстве по управлению госимуществом, сначала в качестве заместителя, затем как и.о. главы ведомства. Еже один кандидат экономических наук в прошлом году стал сертифицированным директором проектов Международной Ассоциации Управления Проектами (IPMA) уровня А. Просим не путать еще пока что врио господина Глеба Никитина, с уже пережившим выборы февральским назначенцем Андреем Никитиным – губернатором Новгородской области.
Февральский Никитин не только кандидат экономических наук, но и обладатель степени EMBA (магистр делового администрирования – прим. редакции) Стокгольмской школы экономики, который до своего назначения в Новгородскую область был генеральным директором Агентства стратегических инициатив по продвижению новых проектов.
Собственно они продолжили череду молодых технократов, запущенную назначением в Калининградскую область Антона Алиханова – самого молодого российского губернатора, которому в сентябре исполнился 31 год. Он также имеет степень кандидата экономических наук, а до перехода на службу в регион в 2015 году в качестве зама председателя правительства региона, он работал некоторое время в министерстве юстиции РФ и в министерстве промышленности и торговли РФ.
Антон Алиханов красиво победил на выборах 10 сентября в стратегически важном для страны самом западном регионе, где он набрал 81% голосов избирателей, при относительно высокой по общероссийским меркам явке в 37%. Его победа и дала основания для дальнейшего продолжения технократического эксперимента в других областях страны.
Молодые технократы заявляют, что они не будут заниматься политикой в вверенных им регионах, а будут восстанавливать экономику проблемных субъектов страны. Директор Института проблем глобализации Михаил Делягин считает же, что перед губернаторами-технократами сейчас стоит несколько другая задача – красиво подчиняться своему начальству.
«Я знаю, что в администрации президента серьезные проблемы с тем, чтобы найти губернаторов. Несмотря на то что должность высокопоставленная, довольно много серьезных людей от нее отказываются, потому что реальных прав нет, колоссальная ответственность по-прежнему за все, а работа заключается в том, чтобы выпрашивать у федерального центра разного рода подачки в условиях, когда надежных правил игры и серьезных прав у региона, по сути дела, нет», – комментирует известный экономист Делягин.
Эксперт также напоминает, что это уже второй приход технократов в современной истории России. Первый случился во времена Бориса Ельцина, когда губернаторы-технократы вынуждены были спасать выделенный им регион. Это были губернаторы-тяжеловесы, направленные федеральным центром, который не мог исполнять значительную часть своих обязанностей в силу хаоса 1990-х годов и в силу того, что государственности, по сути, не было.
«Это были люди, которые брали на себя вынужденно всю полноту ответственности, потому что иначе деваться было некуда. И когда они брали лишние функции и внешне это иногда выглядело как сепаратизм, как у того же Росселя с его уральским франком», – вспоминает Делягин.
Визит Бориса Ельцина в Казань в 1996 году в ходе президентской избирательной кампании
Первый президент Татарстана Минтимер Шаймиев управлял своим регионом блестяще. Он заложил прочный экономический и политический фундамент, чтобы создать для Татарстана особенные условия ведения политической игры, где этот регион попала в наименьшую зависимость от решений федерального центра. Будут ли новые технократы также успешны в доверенных им субъектах Российской Федерации?
Новый врио губернатора Орловской области Андрей Клычков
Современные политологи под технократическим, чаще всего понимают правительство, состоящее из специалистов и формирующееся по принципам, не связанным с идеологией. Таким образом, назначение в Орловскую область временно исполнять обязанности губернатора бывшего секретаря московского горкома КПРФ Андрея Клычкова, который сам же определяет себя оппозиционным политиком, является своеобразным подтверждением того, что федеральный центр сейчас делает ставку на молодых политиков с федеральным опытом работы и московскими связями, а не на приверженность кадров к партии власти. Собственно, назначение коммуниста в Орловской области, где до этого управлял член КПРФ Вадим Потомский, должно быть встречено относительно спокойно. Но время покажет, как будут разворачиваться события.
Всю власть учёным: технократия как новый порядок
В истории человечества прогресс никогда не останавливался. Наука развивалась постоянно, и благодаря ей человек сейчас получил возможность жить и реализовывать свои умения так, как никогда до этого.
Представить наше общество без достижений в науке и технике уже невозможно. Прогресс влияет не только на нашу обыденную жизнь, но и на политику. Управление обществом сейчас находится в руках людей, которые добились власти при помощи силы, связей, денег (ну или выборов), и для большинства людей это вполне приемлемо. Но что было бы, если бы власть принадлежала тем, кто движет прогрессом?
Что такое технократия
Технократия — это устройство общества, в котором главную роль играет знание. Его наличие и определяет статус человека. В таком обществе у власти находятся самые продвинутые и мудрые люди. У руля страны стоят не выходцы из политических партий или успешные экономисты, а учёные, инженеры и философы, которые добились высоких результатов в своих областях и управлении.
Так как в основе технократии лежит общество, состоящее преимущественно из технических специалистов, её становление было невозможно на рубеже XIX–XX веков. Но с ростом технологий увеличивалось и количество людей, которые имели непосредственное отношение к науке. Это и дало движению технократов новых последователей.
Прогресс и общество
По мнению технократов, власть должна принадлежать научными специалистам по нескольким причинам.
Во-первых, развитие науки оказывает влияние на мировую экономику, а так как без экономики не было бы государств, то именно ученые и должны управлять обществом.
Во-вторых, серьезные толчки в науке влияют и на общество в целом. Технические изобретения преображают общественное устройство — ярким примером может послужить создание интернета. И так как подобные изобретения оказывают колоссальное влияние на человечество, люди, способные их создавать, и должны управлять обществом.
В-третьих, технократы полагают, что главным в управлении обществом является распределение энергии между всеми. Именно энергия позволяет перерабатывать сырьё в товары, а следовательно, и оказывает основное влияние на увеличение прибыли.
Технократия как общество
В государстве, где главную роль будет играть знание, все ресурсы распределяют лучшие специалисты, а производство находится под контролем самого общества. Так, в технократии нет рыночной экономики, главную роль отдают производству энергии, которую, благодаря высокому научному прогрессу, можно эффективно использовать для создания товаров и услуг.
Социальные отношения строятся на знаниях и квалификации отдельного человека: чем ты умнее и лучше остальных, тем выше твой социальный статус. При этом образование является общедоступным, а неравенство по половому или национальному признаку отсутствует, так как неважно, какого ты цвета и есть ли у тебя грудь, главное — твой вклад в науку.
Закон и власть
Одним из тезисов технократов является то, что каждый должен заниматься своим делом, и поэтому власть будет принадлежать лучшим экспертам-администраторам, экономикой будут заниматься экономисты, система здравоохранения будет принадлежать исключительно медикам и так далее. Это позволяет исключить всех некомпетентных людей из системы, ведь для того, чтобы чем-то управлять, тебе потребуется доказать свои способности.
Технократия возвышает интеллект над другими достоинствами человека, и, возможно, в обществе, где процветает наука, жить было бы намного приятнее. Идеи технократии живы и сейчас, они послужили для создания множества проектов идеального общества. Чего только стоит «Проект “Венера”» Жака Фреско.
Технократия
. утверждалось, что демократия является наихудшей формой правления за исключением всех тех других форм, которые применялись время от времени
Однако на мой взгляд возможны лучшие, и технократия одна из них. Хочу описать как я себе представляю данную форму правления.
В моей модели будет не все так прямо, просто более образованным людям будет проще занять власть, чем менее.
Отличие от демократии будет в двух ограничениях, остальное можно оставить:
— Ограничение для тех кто хочет избираться (кандидатов)
— Ограничение для тех кто хочет выбирать (электората)
Однако я опишу максимально демократичный вариант, ведь основные демократические принципы, что каждый имеет право избираться и у каждого есть право выбирать, а я предлагаю это ограничить, что должно их нарушать.
Но если посмотреть и на современные демократии, то и там есть ограничения, нельзя избираться ранее 18 лет, а президентом не стать ранее 35, также голосовать можно не раньше 18 лет. Это ограничение по возрасту, думаю ввели, так как в обществе более молодые считаются менее умными и менее ответственными, в любом случае это ограничение.
А вот как я предлагаю сделать в технократии.
Для кандидатов будет экзамен, проверяющий как знания, так и логическое мышление, возможно ещё что-то, например, компьютер моделирует ситуацию и оценивает принятые кандидатом решения и смотрит к чему приведет. После чего те, кто провалил экзамен не могут баллотироваться в ближайший год, либо могут подать апелляцию и пройти ещё раз. Правда есть и другой вариант, и мне он больше нравится, по итогу экзамена допускаются все, но все балы известны и избиратель сам будет решать, готов ли он отдать голос тому, кто, допустим, 20й в списке, может не глупец, то среди других в конце.
С партиями похожая ситуация, только у них будет известен как бал каждого члена, кто выдвигается по списку, так и средний бал, то есть партийцы будут стараться выбирать людей поумнее к себе и какому-то толстосуму затесаться станет сложнее.
Экзамены каждый раз для каждого уникальные, то есть выбор из десятков тысяч вопросов разной сложности и направленности, чтобы нельзя было узнать заранее, да и пересдача при одинаковых вопросах была бы невозможной.
Основное в тестировании именно электората, так как власть имущие могут в теории как-то влиять на свои результаты, даже если проверкой будет заниматься автоматика, но на выбор умных людей они так просто уже не повлияют, да и не подкупят. Подкупить можно лишь тех, кто не ценит свой голос, а тот кто пошел на экзамен и сдал его на высокий балл вряд ли будет продавать.
В результате мы получим власть, которая понимает, что делает и что нужно делать, понимает ценность науки и образования. У людей появится мотивация развиваться, умнеть, чтобы сильнее влиять на ситуацию в своей стране, а спрос на образование повысит, как предложения, так и качество образования.
Я уверен, что страна, которая введет подобную систему технократии станет очень быстро передовой страной в науке и разработках, что приведет к экономическому росту и обогатит всех, в том числе тех, кто не может набрать высокие баллы на экзаменах.
Чтобы сделать этот мир лучше, для начала потребуется избавиться не только от правительств, но и от миллиардов бесполезных паразитов, что получили право зваться людьми.
Обыски и аресты.
вы видели, как в море сетью рыбу ловят? 🙂
Будущее принадлежит Азии (2)
Заканчиваем знакомиться с книгой Парага Ханны «Будущее принадлежит Азии. Глобальный порядок в XXI веке.»
Настоящая технократия намного гибче догматических режимов и более способна на изменение курса, чем демократии. Ли Куан Ю был социалистом в молодости, но когда увидел, что оно не помогает, переделал рынок труда по гонгконгскому образцу. Таким образом Сингапур превратился в страну контрастов. Казалось бы, свобода: торговля без ограничений и легализована проституция. Но с другой стороны государство дотирует жильё, заставляет откладывать на пенсию и обеспечивает эффективное здравоохранение. На свободном рынке доминируют госкомпании. Парадокс!
Соответственным образом, учитель является уважаемой и высокооплачиваемой профессией.
Целью хорошего технократического правительства должен быть рост не только богатства, но и благосостояния. Как процветание индивидуальной свободы, так и равные возможности. Утилитарное правительство знает, что прилив не обязательно поднимает все лодки. Большинству лодок приходится помогать. Автор намекает нам, что «технократы», правившие в Европе во время еврокризиса, плохо справились с задачами, заставив целые народы затягивать пояса. Недостаток утилитарного мышления не позволяет вызвать новую Прогрессивную Эру в США.
Конечно, трудно сказать, что гражданские общества большинства азиатских стран пользуются той же силой и независимостью, как на Западе. Но по мере смены поколений консервативные азиатские культуры медленно, но верно изменяются. В той же Саудовской Аравии женщины добились права на вождение автомобиля. Широкими шагами шагает филантропия. Миллиарды жертвуются на образование. Техника проникает повсюду. Новая китайская система социального кредита вызывает нарекания с Запада. Но разве сам Запад не лезет в жизнь своих граждан, как это показал уже Сноуден?
Новая азиатская идентичность куётся в школах и университетах континента. Молодые люди пересекают границы, чтобы учиться в Китае, Индии, Южной Корее и Японии. Растут внутриазиатские турпотоки. Азии есть чем гордиться и в смысле современной культуры достижений, начиная с боевых искусств и заканчивая кухней, модой и кино. Времена выбеливания лиц на европейский манер проходят. В моду входит своя, коричневая кожа.
Остаются и сомнения насчёт дальнейшего подъёма Азии. Тревожит рост ксенофобии и радикализма, перекидывающихся от страны к стране. Благостные картины роста благосостояния жителей Азии базируются на многолетнем мирном сосуществовании и глобализации. Проверки прочности азиатская суперцивилизация, однако, ещё не прошла. Вражда и ксенофобия не канули в прошлое. Мы знаем, что любой позитивный сценарий может быть испорчен, случись военное противостояние. В этом случае развитие стран и целых регионов оказывается заторможенным на долгие десятиления.
СОДЕРЖАНИЕ
История термина
Прекурсоры
«Видение индустриального общества Св. Симона, видение чистой технократии, было системой планирования и рационального порядка, в которой общество определяло бы свои потребности и организовывало факторы производства для их достижения».
Ссылаясь на идеи Св. Симона, Белл приходит к выводу, что «управление вещами» с помощью рациональных суждений является отличительной чертой технократии.
Возможно, платоновская идея философов-королей представляет собой своего рода технократию, в которой государством управляют те, кто обладает специальными знаниями, в данном случае знанием Добра, а не научными знаниями. Платоническое утверждение состоит в том, что те, кто лучше всего понимает добро, должны быть уполномочены руководить государством, поскольку они ведут его по пути к счастью. Хотя знание Добра отличается от знания науки, здесь правители назначаются на основе определенных технических навыков, а не демократического мандата.
Характеристики
Примеры
Бывшее правительство Советского Союза называют технократией. Советские лидеры, такие как Леонид Брежнев, часто имели технический опыт. В 1986 году 89% членов Политбюро были инженерами.
В статье «Технократы: умы как машины» утверждается, что Сингапур, пожалуй, лучшая реклама технократии: политическая и экспертная составляющие системы управления там, кажется, полностью слились. Это было подчеркнуто в статье Сэнди Сэндфорта в «Wired» 1993 года, в которой он описывает систему информационных технологий острова, даже в тот ранний период, делающую ее эффективно интеллектуальной.
Инженерное дело
Цены на все исходные материалы меняются в зависимости от рыночных сил, что нарушает тщательные расчеты инженера. В результате инженер теряет контроль над проектами и должен постоянно пересматривать планы. Чтобы сохранить контроль над проектами, инженер должен попытаться контролировать эти внешние переменные и преобразовывать их в постоянные факторы.
Движение технократии
Историк Уильям Э. Акин отвергает этот вывод. Вместо этого Акин утверждает, что движение пришло в упадок в середине 1930-х годов в результате неспособности технократов разработать «жизнеспособную политическую теорию достижения перемен». Акин постулирует, что многие технократы по-прежнему высказывались, недовольны и часто сочувствовали усилиям третьей стороны, направленным против Нового курса.
Критика
Пределы технократии и технократия пределов
Правительство Михаила Мишустина – не первое правительство, которое называют «технократическим». Каждый политический цикл в России начинается с назначения на экономику, финансы, здравоохранение и другие «узкие места по транспорту» людей, которых называют «технократами». Это слово подчеркивает границу между миром тех, кто обладает экспертным знанием, и миром тех, кто принимает политические решения. Экономист Бранко Миланович, известный своими исследованиями неравенства и много лет руководивший исследовательской службой Всемирного банка, написал недавно восхищенный отзыв о готовящихся поправках к российской Конституции и о новом правительстве России. Миланович уверен, что цель, поставленная перед новоназначенным технократом, – выведение российской экономики на траекторию устойчивого роста. Уже 10 лет российская экономика почти не растет. За 10 лет, прошедших со времени глобального кризиса, подушевой ВВП в России рос в среднем на 0,3% в год, а в Китае – на 7%. 10 лет назад ВВП Китая был в 3,5 раза больше российского, сейчас – в 7 раз, пишет Миланович.
Вывод экономиста: нужно наверстывать упущенное и догонять Китай. Для того и назначен технократ. Этот ход мыслей выдает технократа в самом Милановиче. Он думает, что если бы был политиком, то ставил бы цели именно так. Но технократ не устанавливает цели, он отвечает только за средства их достижения. Цели устанавливает политик. Например, в российском случае политик устанавливает цель – выйти на экономический рост. Технократу его знания говорят: для роста нужна защита права собственности, соблюдение контрактов, контроль над коррупцией, конкуренция, независимый суд.
Все это – политический этаж, т. е. ключи от экономического развития на самом деле находятся там, куда технократу входа нет. Руководители прежних технократических правительств даже занимались подсчетами того, что им удалось и не удалось сделать: Михаил Дмитриев в свое время подсчитывал, какую часть намеченных реформ удалось воплотить самому первому из технократических правительств президента Владимира Путина (небольшую). Вспомним также истории программ развития вроде Стратегии-2020 и др.
Ожидания такого рода давно в прошлом. У Мишустина иная задача – продолжить цифровизацию государственных учреждений, постепенно заменяя людей алгоритмами, делая систему менее персонализованной, менее уязвимой перед человеческим фактором. Даже если у нового премьера есть некоторый оговоренный доступ на политический этаж (возможно, история с преследованием ведущих Telegram-канала «Футляр от виолончели» должна нам сигнализировать об этом), то в целом его задача – укреплять стену между политикой и технократией.
В некоторых областях есть знания и техническая база, но нет политической санкции, как в области развития экономики. В некоторых, наоборот, есть политическая санкция, но нет знаний и технической базы, как, например, в области сооружения в России суверенного интернета. Первое можно сделать, но нет желания; второе есть желание сделать, но нет технических возможностей. Тут и должен, видимо, прийти на помощь новый призыв технократов – чтобы преодолеть технические препятствия, стоящие на пути политической воли.