Кто такой павел латушко в белоруссии
Кто такой Павел Латушко и почему он станет важной фигурой белорусского «недомайдана»
Еще 16 августа 2020 года Павел Латушко был всего лишь директором театра имени Янки Купалы. Сейчас же его фигура начинает стремительно набирать в Беларуси политический вес. С чем же связана такая трансформация.
На самом деле Латушко не возник ниоткуда. Его фамилия была отлично известна в Беларуси и раньше. Еще 10 лет назад Павел Павлович был любимчиком журналистов и вообще тех, кто продвигал идеи «национального ренессанса». Ну как же – эффектная внешность, элегантные манеры, выступления на белорусском языке. Настоящая белая ворона на фоне стандартно пожилых и косноязычных белорусских чиновников.
Минчанин Латушко родился в феврале 1973 года, имеет два высших образования – юрфак БГУ и лингвистический университет. Вся его карьера пришлась на годы Лукашенко. В 1995-2009 годах Латушко служил в белорусском МИДе, будучи его «лицом» — пресс-секретарем (2000-2002) и послом в Польше (2002-2008). В 2009-12 годах занимал должность министра культуры Беларуси. Именно эти годы ознаменовались резким взлетом «белорусизации» в его ведомстве, а сам Латушко позиционировался как единственный министр, который в повседневной речи использует белорусский язык. Именно при Латушко пышным цветом в минкульте расцвели всевозможные проекты, связанные с реставрацией и музеефикацией наследия магнатов Речи Посполитой, а сам министр – молодой, с чувством юмора, элегантный, умеющий поддержать разговор на любую тему, — был фаворитом оппозиционных СМИ и негласно считался «нашим агентом в правительстве Лукашенко». Тем не менее Латушко никогда не позволял себе ничего лишнего в интервью и внешне выглядел полностью лояльным к власти.
Несмотря на то, что Лукашенко характеризовал Латушко как «неплохого министра», в 2012 г. он был отправлен послом во Францию (с мая 2013 г. по совместительству также посол в Испании и Португалии), что было воспринято всеми как явное понижение. На этой должности он вел себя достаточно энергично, продвигая интересы в первую очередь белорусской культуры во Франции, и по-прежнему был одним из самых медийных и узнаваемых белорусских политиков. Но в январе 2019-го последовало очередное понижение – вчерашнего посла перевели… директором театра имени Янки Купалы. Конечно, это драмтеатр страны № 1, но все понимали – для позавчерашнего министра и вчерашнего посла это не должность, что-то пошло не так. Латушко, по всей видимости, сочли излишне самостоятельным и «разговорчивым». Перемены сказываются на внешнем облике политика: прежде холеный, розовощекий министр-посол с легким намеком на седину быстро превращается в абсолютно седого, усталого мужчину с измятым ранними морщинами лицом. Сложно поверить, что ему всего 47.
Кто есть кто в белорусской оппозиции: Павел Латушко — националист, обласканный Лукашенко
Член президиума Координационного совета белорусской оппозиции Павел Латушко из Польши призвал белорусов устраивать акции протеста на 9 мая. Белорусскую власть Латушко обвинил в самых страшных репрессиях в Европе за последние 40 лет, а президента Лукашенко уличил в восхищении Гитлером. При этом сам Латушко — плоть от плоти «кровавого режима». Карьерный дипломат, бывший министр и посол Беларуси в разных европейских странах в августе 2020 года внезапно примкнул к оппозиции. Из всех противников Лукашенко он был, несомненно, самым обласканным властью. Что же заставило его порвать с «последней диктатурой Европы» и превратиться в политического эмигранта?
Что такое блестящая карьера, Павел Латушко знает не понаслышке. Получив в 1995 году диплом юриста со специализацией по международному праву, он сразу отправился на работу в Министерство иностранных дел. А уже через год молодого специалиста назначили консулом генерального консульства Республики Беларусь в польском Белостоке.
Эту престижную должность Латушко занимал до 2000 года. Затем стал пресс-секретарем МИД, а через некоторое время, в возрасте 29 лет, был назначен чрезвычайным и полномочным послом в Польше.
Так будущий борец с «режимом Лукашенко» вошел в историю постсоветской Беларуси как самый молодой посол.
Чуть позже ему покорится еще одна вершина: в 2009 году он станет самым молодым министром.
На фоне своих коллег Латушко выделялся не только возрастом, но и тем, что на публике он говорил исключительно по-белорусски и не скрывал своих симпатий к идеологии белорусского национализма.
После работы в сфере культуры экс-министр вернулся на дипломатическую службу. Это был его «звездный час».
К 2019 году Латушко уже насобирал коллекцию ответственных и престижных должностей: чрезвычайный и полномочный посол Беларуси во Франции, в Испании и Португалии, постоянный представитель Беларуси при ЮНЕСКО и при Всемирной туристической организации. И все это — один человек!
Что произошло потом, доподлинно неизвестно. 15 января Лукашенко подписал президентский указ, в соответствии с которым Латушко был освобожден от всех занимаемых должностей. А через два месяца его назначили директором старейшего в Беларуси Национального академического театра имени Янки Купалы.
«Это не было опалой. Я был до этого министром культуры. У нас не такое большое Министерство, как в России. Не такое большое Министерство, как в США или других странах. И нет возможности принимать на службу всех послов в МИД», — заявлял Латушко в интервью российскому журналисту Владимиру Соловьеву.
Видимо, экс-министр намекает на то, что в маленькой Беларуси должность главы Минкульта примерно соответствует должности директора театра. Пусть так. Но быть послом сразу в трех европейских странах (да еще каких!) явно привлекательнее.
Курсировать между Парижем, Мадридом и Лиссабоном, получать солидную зарплату, пользоваться всеми дипломатическими привилегиями — или ставить скучные спектакли в Минске?
Добровольно выбрать второй вариант Латушко не мог — его поставили перед фактом. Хотя Лукашенко утверждает, что бывший посол сам захотел возглавить театр имени Янки Купалы: «Пришел один негодяй, просился туда, клялся, что будет верным стране, отечеству и президенту, и что случилось? Что случилось с этой труппой?»
Очевидно, просьбы звучали в период между 15 января и 6 марта, когда Латушко официально был безработным. Это важно учитывать для корректного понимания ситуации: экс-посла не перевели на новую должность. Его сначала уволили, а спустя почти два месяца назначили директором театра.
Вывод напрашивается сам собой: по неизвестным причинам Латушко потерял доверие президента и пошел на понижение.
С марта 2019 года ему приходилось прозябать в театре имени Янки Купалы. Какие мысли все это время крутились в его голове? Гадать не будем, но блестящий дипломат, самый молодой посол, самый молодой министр современной Беларуси наверняка желал для себя лучшей участи. И до августа 2020 года держал фигу в кармане.
После президентских выборов появилась возможность эту фигу показать.
Зафиксируем еще один интересный факт: свою оппозиционность Латушко проявил только после начала массовых акций протеста.
Этим он отличается от других белорусских оппозиционеров. Виктор Бабарико, Валерий Цепкало, Светлана Тихановская — все они претендовали на высший государственный пост в стране. Латушко ни на что не претендовал. Его просто «осенило».
«Я поехал на работу в театр, эмоционально я уже не мог выдерживать и решил записать обращение на Инстаграм. Мне сообщили, что на проспекте находятся представители 12-ти минских театров. Незапланированно я решил выйти и прочитать перед всеми текст, который был для меня очень важен. Это было в каком-то смысле очищением, очищением от грязи, очищением от того, с чем я, может быть, не соглашался, но публично против никогда не выступал», — позже рассказывал Латушко.
История красивая, но неправдоподобная.
25 лет человек верой и правдой служил «последнему диктатору Европы», а потом шел по улице, увидел митинг и решил его поддержать?
Этим же вопросом задается Лукашенко: «Он что, перевернулся за неделю? Да он уже полжизни прожил. Ладно 20-летние бы перевернулись — задурманили им голову. Он же, как они сами говорят, у корыта хлебал, хрюкал у этого корыта не одно десятилетие и «диктатору» прислуживал. Что, у него это в один день появилось?»
О реальной мотивации Павла Латушко свидетельствует тот факт, что уже в начале сентября он выехал в Польшу. Возможно, в этом и заключался его план. За годы работы на дипломатической службе Латушко обзавелся нужными связями, чтобы комфортно устроиться на новом месте.
Но одно дело — просто переехать в Польшу, и совершенно другое — переехать в статусе политического эмигранта, одного из лидеров белорусского протестного движения.
За этот «фантик» на Западе готовы платить.
Для «построения новой Беларуси» Латушко собирается создать новую партию. Но в Беларуси, ясное дело, она действовать не будет — этот проект рассчитан на привлечение зарубежных инвесторов.
Белорусский кризис подарил Латушко возможность резко изменить свою жизнь — из «второсортного» чиновника превратиться в борца с «диктатором».
Он своим шансом воспользовался. Вопрос лишь в том, не придется ли со временем об этом пожалеть.
Подписывайтесь на Балтологию в Telegram и присоединяйтесь к нам в Facebook!
Павел Латушко
Биография
Во второй день осени 2020-го экс-министр культуры Беларуси покинул родную страну и выехал в Польшу. Причем, по некоторым данным, это произошло «в багажнике автомобиля польского посла». Однако сам Павел Латушко данное утверждение опровергнул, заявив, что все случилось официально, а целью поездки является участие в экономическом форуме. Политик также добавил, что по завершении всех необходимых дел обязательно вернется домой.
Детство и юность
В 10-й февральский день 1973-го в столице Беларуси у четы Латушко родился сын, названный в честь отца Павлом. Известно, что летние каникулы он, обожавший произведения о Великой Отечественной войне и французские романы, вместе с братом проводил у бабушки в деревне, а взрослые были родом из Смолевичского района.
Тяга к истории передалась наследнику от главы семейства. Тот примерно в 80–90-е всерьез заинтересовался прошлым родной страны, в частности Великого княжества Литовского, читал специальную литературу и рассказывал детям. В положенный срок мальчик пошел в школу № 54 (сейчас 7-я гимназия) с углубленным изучением английского языка.
Из среднего общеобразовательного учреждения, где в сфере интересов также лежал и баскетбол, выпускник ушел не с пустыми руками, а с заслуженной медалью высшей пробы. Молодой человек поступил на истфак БГУ, но впоследствии перевелся на юридический, параллельно грызя гранит науки и на факультете переподготовки МГЛУ.
Периодически на личной странице политика в «Инстаграме» мелькают фотографии из семейного архива. 5 апреля 2020-го там разместился снимок, где Павел Павлович запечатлен с ближайшими родственниками. К слову, многие подписчики удивились, узнав, что у его родителей есть еще один ребенок.
Минск, где государственный деятель появился на свет, пользуется его огромным уважением и любовью, о чем Латушко, например, подчеркнул в интервью в 2015-м:
«Минск — это мой город, который я люблю, здесь я родился. Когда-то мечтал, чтобы у нас появилась специальная площадь, где проходили бы музыкальные вечера. И этим летом на площади Свободы я был счастлив от количества людей, которые там собрались, и от того, что этот проект существует».
Личная жизнь
Личную жизнь мужчина не делает тайной за семью печатями, охотно публикуя фотографии детей в социальных сетях, но и излишне с журналистами не откровенничает.
Известно, что его первой супругой была нынешняя жена Максима Рыженкова Наталья, окончившая биологический факультет БГУ и трудившаяся заместителем директора IT-компании Softeq Flash Solutions. 30 ноября 1994-го в семье приветствовали дочь Яну, которая впоследствии получила высшее образование в Белорусском и Белостокском государственных университетах, а затем и младшего сына Илью.
В 2010-м на вопрос представителя СМИ чиновник открыто признался, что «давным-давно разведен», но пока не готов говорить на столь интимную тему.
Павел Латушко, сын Илья Латушко и дочь Яна Латушко / «Инстаграм»
В 2014-м «один из самых сексуальных министров Беларуси» взял в жены Александру Мухаеву — магистра делового администрирования, полиглота, выпускницу нескольких вузов, сделавшую карьеру в «БелДорТяжТрансе». Впрочем, по утверждению Латушко, статус, количество денег и занимаемая должность избранницы для него совсем не имеют значения, а важна сама личность.
Павел Павлович критично отзывался о качестве белорусской техники. Зато без устали хвалил национальную кухню (холодник на кефире, блинчики с творогом и яблоками, заливной язык, бабка, драники, колдуны), считая ее оригинальной и достойной для подачи на приемах в посольстве.
Карьера и политика
Политическую карьеру Латушко начал с МИД Республики Беларусь, где с 1995-го по 1996-й числился атташе договорно-правового управления, а в 2000-м дослужился до пресс-секретаря. В промежутке между этими должностями он успел побыть вице-консулом и консулом в генконсульстве родной страны в Белостоке.
В конце 2002-го Павел стал чрезвычайным и полномочным послом РБ в Польше, летом 2009-го — министром культуры. Государственный деятель выступал за умеренную белорусизацию музеев и театров и призывал создать государственный продюсерский центр кино. Также при нем утвердили программу «Замки Беларуси» и Национальную театральную премию.
В 2019-м в профессиональной биографии минчанина произошел ряд изменений. Во-первых, его уволили с поста чрезвычайного и полномочного дипломатического представителя высшего ранга Беларуси во Франции, Испании и Португалии и лишили звания «Постоянный представитель РБ при ЮНЕСКО». Во-вторых, назначили директором Национального академического Купаловского театра.
Павел Латушко сейчас
Павел Латушко и Александр Лукашенко / @pavellatushka и @news_and_time
Конечно, такое поведение не прошло даром для Латушко, и уже 17 августа его лишили занимаемой должности. Вслед за этим актеры старейшего храма Мельпомены Беларуси совместно со старшим режиссером Николаем Пинигиным записали видеообращение, где заявили о готовности защищать своего директора и уволиться в знак солидарности с ним.
18 августа Павел Павлович вошел в Координационный совет оппозиции по обеспечению трансфера власти, учрежденный Светланой Тихановской, и затем попал в его президиум. После этого сторонники Александра Лукашенко облили краской дом экс-министра культуры и нарисовали на воротах бело-красно-белые флаги, а ему самому грозили арестом и в итоге вызвали на допрос в Следственный комитет.
Эксклюзивные кадры: Павел Латушко покидает Беларусь. Что вы ещё могли не знать о Пал Палыче?
Новости Беларуси. Авторский взгляд на ситуацию. Старые фамилии, но новые факты. Кто уже покинул авансцену? И есть ли место антигерою в нынешней революционной драме?
Ксения Худолей программе Новости «24 часа» на СТВ прольет свет на все эти вопросы.
Ксения Худолей, СТВ:
Куда приводят непомерные амбиции и что делать, если кандидатов на главные роли уже набрали? Театр одного актера затерялся в тени перемен, значит самое время пролить свет.
Пал Палыч звучит как издевка, но по-другому теперь никак. Пройдет время, и это прозвище станет ярлыком для горе-политиков.
Ксения Худолей:
Но разве такую судьбу представлял себе Латушко, когда под овации бывших купаловцев раздавал интервью «незалежным»? Это вряд ли. А вот что наверняка правда, так это европейское фиаско. Павел Латушко очень хотел стать политэмигрантом, а оказался в изгнании, причем среди своих же.
Ксения Худолей:
Посмотрите на эти кадры. 2 сентября 2020 года. Пал Палыч покидает родные края на BMW с дипномерами. Делит заднее сиденье с послом Польши в Беларуси Артуром Михальским. И, к гадалке не ходи, готовит текст для вот этого интервью.
Павел Латушко:
Я да апошняга моманту шукаў варыянты, як застацца. Ты разумееш, што адзінае, што застаецца, – ты будзеш затрыманы, будзеш сядзець у турме.
Вам было рэальна страшна, калі вы зразумелі?
Ксения Худолей:
Да бросьте лукавить, Павел. Вы же интеллигентный, образованный человек. Дипломат, в прошлом посол, министр, театрал…
Ксения Худолей:
Это еще один ракурс «бесстрашного» поступка Латушко. Сотрудник пункта пропуска «Берестовица» пытается понять, кто это прячется за тонированным окошком.
Ксения Худолей:
А это человек, который через несколько месяцев будет из Польши объяснять белорусам, как нужно жить, куда ходить и что говорить. В конце октября обзовет себя руководителем «Народного антикризисного управления». А в новом году начнет травить байки про давление на режим и неземные связи с европейскими политиками. Пал Палыч, мне очень жаль, но вы не заметили, как вас слили. Или заметили, но слишком поздно.
Павел Латушко:
Одна из причин, почему у меня спрашиваете про 25-е число, и мы не можем озвучить наше видение – потому что мы свое видение в штаб отправили три недели тому назад. В последующем последовало заявление индивидуальное штаба. Ну, вот скажите мне, что мне делать в этой ситуации? То есть мы всегда предлагаем, мы всегда готовы сотрудничать, но ответной реакции мы не получаем.
Ксения Худолей:
То, что детище беглого Латушко никто не воспринимает всерьез, известно давно. Из штаба Тихановской ни ответа ни привета. Все его предложения «как лучше родину шатать» – мимо. Но такое «неуважение» к самой персоне экс-министра.
Для понимания. Это запись общения в одном Telegram-сообществе. Перепалка идет между Франаком Вечерко (читайте нянькой Тихановской) и Ольгой Карач. Вечерко отвечает на вопрос пользователей – почему Латушко и Вероника Цепкало не катаются со Светой по резиденциям европейских лидеров?
Франак Вечерко:
Почему во всех дипломатических поездках, в особенности во встрече с Ангелой Меркель, отсутствует Павел Латушко и Вероника Цепкало? Почему они не были приглашены? Приглашают только Светлану Тихановскую. Ее приглашают по статусу, у нее официальное приглашение от МИДа.
Ольга Карач:
Ну, Франак, опять хватит врать! Если Светлана Тихановская скажет, что она хочет взять с собой Латушко и Веронику Цепкало, это будет воспринято на ура. И я могу сказать, что я точно так же общаюсь с разными европейскими политиками в силу того, что у нас давние, старые контакты и дружба с очень многими людьми. И если бы Вероника Цепкало, Латушко, Светлана Алексиевич и Светлана Тихановская заходили бы на все встречи, особенно на встречу с Ангелой Меркель, поддержка западными политиками белорусского народа была бы в 100 раз больше, чем она есть сейчас. Ну вот просто никто бы не сказал: «Нет, мы хотим видеть только Тихановскую, не хотим видеть Латушко с Цепкало». Ну вот просто не ври!
Ксения Худолей:
Если показалось, что Карач защищает Пашу по доброте душевной, забудьте. Единственное желание Оли – самой заменить Тихановскую в евротуре. А Латушко снова на обочине перемен.
Мне сразу вспомнилось одно интервью Пал Палыча коллегам из «Белтелерадиокомпании».
Александр Суцковер:
Я тут зачитаю. С вашим именем очень часто встречается слово «самый». В 29 лет вы самый молодой посол Беларуси, в 36 – самый молодой министр, самый белорусскоговорящий министр. В прессе вас называли самым узнаваемым и медийным послом, также одним из самых ярких и неоднозначных чиновников современной Беларуси.
Ксения Худолей:
Любезно предоставленные Варшавой апартаменты на Крахмальной вроде ничего. Да только деньги с фондов пилят в обход Латушко, слово молвить перед евродонорами не дают.
Ксения Худолей:
Обделенный всем, но не амбициями. И знаете, чего остается ждать от того, кому прищемили гордость? Только мести. И эти разборки беглых будут совсем не про революцию. Но хватит ли Латушко совести не впутывать в эти игры белорусский народ? Нам еще доведется пролить свет.
О своей зарплате, пороках и бывших женах. Павел Латушко рассказал всё и даже больше в откровенном интервью
Примечание KYKY: Если вы хотите, чтобы мы чаще выпускали интервью с крутыми беларусами – поддержите нашу команду подпиской на Patreon. В подписку входит мерч, закрытые чаты с редакцией и тайные донаты, если вы хотите, чтобы никто не узнал о наших с вами отношениях.
KYKY: Павел Павлович, когда к вам в первый раз пришло четкое осознание, что в Беларуси происходит, мягко говоря, что-то не то? Когда в Беларуси не стало демократии?
Павел Латушко (П.Л.): Если я скажу, что всегда это знал и понимал, – мне не поверят. На митинги я начал ходить еще в 1990-м, а мой отец был одним из основателей БНФ. В студенчестве я даже был сопредседателем стачкома исторического факультета. Но если тогда за это только снижали оценки, то сейчас могут посадить на годы.
На первых выборах я голосовал за Шушкевича, а не за Лукашенко. Лукашенко никогда не был приемлем для нашей семьи. И это парадоксальная ситуация, ведь я быстро поднимался по карьерной лестнице. За работу на государство меня жестко критиковал брат, особенно когда я занял пост министра. Конечно, я оправдывался перед собой и перед ним, что я же другой, что не служу Лукашенко. Хотел, чтобы все было ближе к европейским стандартам, развивалось государственно-частное партнерство, частные инициативы в культуре. Но я же понимал, что происходит в стране, особенно когда исчезли Гончар, Захаренко.
Я даже был свидетелем беседы двух бывших заместителей министра внутренних дел в 1999-м. И тогда впервые услышал, что Захаренко убили.
KYKY: То есть вы уже тогда понимали, что произошло преступление, но решили промолчать?
П.Л.: Да, я понимал, но кому мог об этом сказать, если два генерала обсуждали это шепотом? Скорее надеялся, что демократия и правда победят, и тогда можно будет говорить свободно. Но этого не происходило. Хотя, возможно, все это самооправдание. Мы все жили в иллюзии. Ведь после 90-х были и этапы потепления с Европой, и я убеждал польских политиков, чтобы они встречались с Лукашенко, говорили с ним. Мне тогда казалось, что его можно изменить, но это был самообман, иллюзия. Его изменить нельзя, поэтому я обманывался сам и в обмане пребывали многие дипломаты. Это нужно признать и за это нужно просить прощения.
KYKY: Лукашенко для вас – личный враг?
П.Л.: Лукашенко сегодня – враг для всех беларусов. И это нужно воспринимать не через личное, а через то, сколько вреда, ущерба и ненависти этот человек принес для нас всех и для страны.
KYKY: И прежде, чем мы перейдем к личным темам, хочу прояснить один вопрос: вы знакомы с премьер-министром Беларуси Романом Головченко? Что это за человек?
П.Л.: Да, нам приходилось общаться. Он перепрыгнул сразу несколько ступеней по карьерной лестнице и превзошел свой, как бы это мягче сказать, уровень. Головченко занимает должность, которой не соответствует ни по уровню подготовки, ни по управленческим или организационным способностям, ни с точки зрения знаний.
KYKY: Почему тогда его назначили на эту должность? Связано ли это с тем, что ранее он занимал должность посла в Эмиратах?
П.Л.: Да, он работал послом в Эмиратах, Катаре. И это общеизвестный факт, что часть средств, принадлежащих семье Лукашенко, находится именно там. И там же держат деньги наши олигархи. Если вы хотите спросить, контролировал ли Головченко эти деньги, – не думаю. Но он мог обладать достаточно большим объемом информации на этот счет. Поэтому вполне логично, что его назначили премьером. И он человек Шеймана (до недавнего времени Виктор Шейман был управляющим делами президента – Прим. KYKY).
«В первом браке на развод подала супруга, во втором – я»
KYKY: А теперь давайте не о политике. Известно, что вы родились в Минске, а ваши родители были из Смолевичского района. Расскажите подробнее о своей семье. Каким было ваше детство?
П.Л.: Отец был электромехаником, мама – диспетчером, а позже они стали работать в Управлении делами ЦК партии. Мы жили в центре Минска, благодаря чему я смог учиться в одной из самых престижных школ № 54 с углубленным изучением английского – сегодня это гимназия №7. У меня было счастливое обеспеченное детство, дружная семья. Летом с родителями ходили в походы с палатками, зимой – катались на лыжах. Часто ездили в места, где жили наши бабушки – это деревни Заямное и Волма Смолевичского района. Поехать к бабушкам в выходные – это было как закон. В этом плане у нас глубокие семейные традиции. По линии отца были зажиточные крестьяне, которым чудом удалось избежать раскулачивания – прадед вовремя успел разделить землю между сыновьями. Была и линия священников.
KYKY: Я видела фотографии вашего отца – он такой стиляга. Тяга к моде – это у вас от него?
П.Л.: Мама говорит, что да, отец умел красиво одеваться, выступать публично – у него всегда было много поклонниц. Только не нужно это проецировать на меня (смеется). А еще он много читал и писал стихи. И, в принципе, у нас в семье было принято читать. Например, мама очень любит беларускую литературу, Быкова. У меня желание читать, в отличие от брата, который просто заглатывал книги, возникло лишь в старших классах. Помню, обожал исторические романы Мориса Дрюона про французских королей, но конечно, прежде всего, Короткевича про беларускую шляхту.
KYKY: Про вас пишут, что вы любитель французских романов и в принципе всего французского, а также когда-то играли в баскетбол. Это правда?
П.Л.: Про французское – неправда, хотя шесть лет работы во Франции оставили свой позитивный отпечаток, а в баскетбол я действительно играю неплохо. Родители даже хотели отдать меня в спортивную школу, но, слава богу, передумали. Хорошим спортсменом я бы не стал, а вот жизнь могла сложиться по-другому. Еще я неплохо катался на лыжах. До сих пор не могу забыть, как в районных соревнованиях по лыжному спорту мы заняли второе место. Мой одноклассник Александр Гурьянов – нынешний первый замминистра иностранных дел, который остался с Лукашенко, – сломал в эстафете лыжу. А так бы пришли первыми.
KYKY: Кем вы хотели стать в детстве?
П.Л.: Летчиком (смеется). Государственное управление меня стало интересовать позже.
KYKY: Хотели быть президентом?
П.Л.: Генеральным секретарем ЦК КПСС (смеется). Тогда же не было президентов. Мне всегда нравилось заниматься организацией проектов, движений. Например, помню как организовал первый День беларуского языка в школе.
KYKY: Сначала, как гласит Википедия, вы поступили на истфак БГУ, потом перевелись на юридический и параллельно учились в МГЛУ. Почему были такие метания?
П.Л.: Это были не метания. Поступить сразу на юридический в то время, не имея блата, было невозможно – конкурс был запредельный. Поэтому я поступил сначала на исторический, блестяще закончил год, а потом обратился к ректору, и меня перевели на юридический. Моя специализация – международное право. А лингвистический – это годичный факультет для госслужащих по языковой подготовке, когда уже работал в МИД.
KYKY: Знаю, что вы болезненно реагируете на эту тему, но я попробую. Как вы познакомились со своей первой женой?
П.Л.: Это была девушка из параллельного класса – мы учились вместе. И как-то раз нас вызвали к директору, но долго не принимали. Мы сидели по разные стороны коридора и смотрели друг другу в глаза, а после этого… Наверное, это была любовь с первого взгляда. Потом она пригласила меня на обед – мои родители тогда уехали из-за того, что в квартире паркет покрывали лаком. В те дни я должен был жить у тети в соседнем подъезде, но пошел к ней на обед. Мы пообщались и после этого стали встречаться. Мне было тогда 16 лет. Это была первая школьная любовь, которая потом переросла в заключение брака в 18 лет. Родители не были против, но поставили условие: можете жениться, если закончите первый курс на отлично. И мы выполнили это условие.
KYKY: Почему вы расстались? Пишут, что она ушла к беларускому дипломату и заместителю главы Администрации президента Максиму Рыженкову.
П.Л.: Да, это правда. Рыженков даже был моим другом на определенном этапе. Именно я пригласил его работать в посольство в Варшаве, хотя тогдашний министр иностранных дел Михаил Хвостов сильно возражал по его кандидатуре, но я трижды к нему ходил и добился своего. В Варшаве мы дружили семьями – Рыженков тогда второй раз женился на молодой девушке. А потом так случилось, что моя супруга выбрала его. Для меня это было большое предательство – было тяжело это пережить. Виноват ли был в этом я? Наверное. Я всегда посвящал и посвящаю себя работе – это моя главная проблема, поэтому на семью часто времени не хватало. И я понимаю, что любая женщина требует внимания от мужчины, а я был полностью в работе. Хотя и Рыженков же постоянно был на работе…
Но я до последнего боролся за этот брак и долго не давал развода. Мы прошли через суд. И мы вдвоем с ней чуть не плакали на судебном заседании. Судья, наверное, подумала, что мы сошли с ума – зачем нам разводиться? Поэтому сначала был отказ, а потом супруга обжаловала это решение. Я был в Варшаве, уже прошло полтора года, поэтому не поехал на заседание в Минск. И нас развели.
KYKY: Известно, что Максим Рыженков, как и вы, с детства увлекается баскетболом. А еще является председателем Беларуской федерации баскетбола. Вы познакомились на спортивной площадке, либо по рабочим вопросам?
П.Л.: Я с ним познакомился, когда уже работал пресс-секретарем в МИДе. Рыженков тогда был начальником отдела ОБСЕ.
KYKY: Как состоялось знакомство со второй супругой?
П.Л.: Фактически – меня сосватали. Одна из руководительниц студии «Беларусьфильма» была у меня на отчете, как у министра. И после отчета она сказала, что неправильно мужчине быть постоянно на работе и без семьи. И еще – что у нее как раз есть подходящая одинокая подруга, с которой она хочет меня познакомить. На что я ответил: «Уважаемая, Ольга Ивановна…» – назовем ее так, – «Вы понимаете, кому и где вы это предлагаете?». Но моя собеседница не растерялась и стала убеждать, что эта девушка мне идеально подходит. Я еще раз попросил прекратить этот неуместный разговор, но уже в дверях она спросила: «Ну, может, вы все-таки подумаете?».
В итоге, когда я вместе с дочерью был на «Славянском базаре» в Витебске, мне на почту пришла фотография той самой девушки. Мы с дочкой открыли это фото, и она мне сказала: «Папа, берем». Ну, если дочь сказала… После этого я пригласил свою будущую супругу на первое свидание. Мы с ней тогда проговорили в кафе до половины первого ночи. И потом стали встречаться, но это были очень особенные отношения. Очень противоречивые.
KYKY: Подождите, вы же сейчас женаты?
П.Л.: Нет, вы что?! Я давно в разводе. И если в первом браке решение о разводе приняла супруга, то во втором браке – я.
KYKY: А во втором браке что было не так?
П.Л.: Как говорят, не сошлись характерами. И это не классическая отмазка – все реально так и было. Я считаю себя жестким и принципиальным человеком в работе, но в семье я хотел быть более покладистым и мягким. И несмотря даже на это, проблемные ситуации все равно возникали. Но всегда вина лежит на двоих.
KYKY: Вы носили звание «самого молодого и сексуального министра Беларуси».
П.Л.: Это не правда. Я женился в 18 лет и был уверен, что всю жизнь проживу с одной женщиной – в этом была моя философия. У меня не было отношений до брака, и я не планировал заводить их после. Но жизнь распорядилась иначе: мы прожили 13 лет вместе, но супруга выбрала другого человека. Когда с тобой происходит большая любовь, потом сложно определиться.
KYKY: Я это вела к тому, что у вас впечатляющая биография: высокие достижения и стремительный карьерный рост. Вам приходилось в связи с этим переживать звездную болезнь?
П.Л.: Когда я стал послом в Польше, встречал много критики среди коллег – возможно, это была зависть. Меня спрашивали, зачем мне быть послом так рано? Мол, когда наступит старость, будет нечего делать, потому что я все уже попробовал. И лет 5-7 назад я сказал одному бывшему другу, что мы в жизни получили многое, и теперь настало наше время отдавать другим. И уж если мы заговорили об этом, то когда считаешь человека другом, а он перестает с тобой общаться только потому, что для него это небезопасно… Я не считаю это дружбой. Ведь друзья нужны, чтобы в сложные моменты приходить на помощь, несмотря на риски. И я благодарен, что в моей жизни было и есть много людей, которые помогают, верят в меня и поддерживают. И в том числе, благодаря им, я достиг в жизни каких-то рубежей. Наверное, сегодня пришел этап возвращать то, что мне когда-то дали другие. И я понимаю, что должен сейчас отдавать себя для других. Меня это укрепляет – я чувствую за собой обязательства.
KYKY: Как проходят ваши вечера? Вот, вы приходите после тяжелого дня домой, снимаете обувь, костюм, а дальше – что?
П.Л.: Можно сказать, за последние 10 месяцев у меня не было ни одного свободного вечера. Я прихожу домой в 11 вечера, а встаю в 7.30 утра. Поэтому домой прихожу только спать. Команда НАУ у нас небольшая, но работает круглосуточно.
KYKY: Как вы расслабляетесь? Какую музыку в машине слушаете по дороге домой?
П.Л.: Сейчас не до музыки – даже в машине ничего не слушаю, всегда в руках телефон и айпад. Раньше слушал джаз. Еще мне нравится группа Маргариты Левчук «Красная зелень». Кстати, с Маргаритой я познакомился еще на посту директора «Купаловского» – мы организовывали ее совместный концерт с испанским тенором. Я говорю «Купаловский» и понимаю, что скучаю по театру. По временам, когда мог тихо зайти в любой момент в зал на любую постановку, сесть в последнем ряду прямо у входа и видеть реакцию всего зала. У нас с Пинигиным (экс-худрук «Купаловского» – Прим. KYKY) было четкое разделение: он отвечал за творческую часть, я – за административную. И я никогда не влиял ни на одну постановку, ни на один творческий процесс. Если это произойдет с любым директором – театр рухнет.
«Для Лукашенко не существует личности в культуре»
KYKY: До вас пост министра культуры занимал экс-начальник отдела кадров стекольного завода «Неман». Сейчас – помощник Лукашенко Анатолий Маркевич. Все эти люди не имеют никакого отношения к культуре. Почему так происходило с подбором министров: боялись за правильную идеологию, либо просто «культурку» в Беларуси считают не столь значимой сферой, как спорт?
П.Л.: Когда я только пришел на этот пост, помню, как Министерство культуры в определенных кругах называли отделом по организации праздничных мероприятий. Вся работа строилась на удовлетворении желаний одного человека. И сводилась к организации концертов по случаю государственных праздников, «елок» и полузакрытых мероприятий с так называемыми звездами. В культуре Лукашенко интересовала только поп-эстрада.
Помню, как мы с Людмилой Сидорской (женой премьер-министра Беларуси Сергея Сидорского – Прим. KYKY) хотели организовать концерт симфонической музыки на День независимости, но это предложение не прошло Администрацию президента. Нам ведь нужна только попса! Я не против этого направления в музыке, но культура ведь гораздо шире и богаче. Лукашенко хотел всегда культуру уравнять – для него не существует личности в культуре. Играешь в театре – вот и сиди в театре, но не смей поднимать голову, публично высказываться о значимых проблемах. Посмотрите на наш парламент, который он назначает. Там нет ни одного деятеля культуры! Он не видит в этом необходимости.
Почему, к примеру, Лукашенко выступает против развития монументального искусства? Мы предлагали программу, в рамках которой хотели установить памятники или бюсты всем исторически значимым личностям для нашей страны, начиная со времен ВКЛ. Но нам категорически отказали – был большой скандал в правительстве, что мы вообще посмели внести такую программу. Лукашенко не хотел акцентировать внимание, что кроме него были и другие значимые личности, которые управляли беларускими землями. Личность сегодня, завтра и навсегда – только он. И никто не может даже стоять рядом. Такая философия была и есть у этого человека.
KYKY: Когда вы были на посту министра, на культуру выделялись рекордные средства из бюджета. Как вам это удавалось?
П.Л.: Министр культуры в нашей системе власти – это свадебный генерал, у которого нет ни финансовых инструментов, ни рычагов влияния на местные власти.
Но в то время у меня сложились великолепные отношения с Андреем Харковцом (экс-министр финансов – Прим. KYKY). По его собственному признанию, он всегда любил беларускую культуру, поэтому в его лице я обрел поддержку. Помню, как пришел на защиту бюджета и спросил: «Как я могу помогать культуре, если у меня нет финансовых инструментов?». Все замолчали, он взял паузу, что-то посчитал и сказал: «Выделяю 190 млрд. рублей (еще до деноминации) и два дня на распределение». Я вышел из кабинета абсолютно счастливым. Сейчас бюджет на культуру сведен к минимуму. И это тоже показатель, как Лукашенко относится к сфере. Он поддерживал программу развития замков в Беларуси только потому, что ему нужен был самопиар. Думаете, он лез когда-то глубоко в историю? А сколько раз была идея привести его в Большой театр, в «Купаловский» – все без толку. Только один раз нам удалось затащить его на выставку «Зямля пад белымі крыламі» – это был единственный раз, когда он пришел. Он устает от таких мероприятий и не может долго сидеть ни на концерте, ни на спектакле.
KYKY: В 2009-м вы призывали за умеренную беларусизацию музеев и театров. Сейчас ваше мнение изменилось на этот счет?
П.Л.: Государство имеет будущее, если нация понимает свое происхождение, историю, культуру и имеет языковую самобытность. Если лишить народ беларуского языка, государство не будет иметь основы – такое государство обречено. Я противник каких-то жестких методов и считаю, что сначала нужно прийти к реальному равенству беларуского и русского языков. Необходима большая общественная работа по позитивному восприятию беларуского языка. А для начала – лишить языковой вопрос политической окраски. Ведь что Лукашенко сделал с языком? Всех беларускамоўных причислил к оппозиционерам. Де-факто оно сегодня так. Все должно решать общество: если будет сформирован запрос на признание беларуского, как единственного государственного языка – нужно идти в этом направлении. Беларуская мова должна получить поддержку государства. А общество придет к этому. Как политик – я за это, но не одним движением и росчерком.