Механизмы радости рэй брэдбери о чем книга
Механизмы радости (сборник)
Те, кто искали эту книгу – читают
Эта и ещё 2 книги за 299 ₽
У этих механизмов никогда не бывает сбоев. Они вечны, как вечный двигатель и снега на вершине Килиманджаро. Потому что человек, их создавший, – один из лучших в мире выдумщиков небывалых вещей, Рэй Брэдбери, писатель, фантаст, поэт, для которого создавать механизмы радости – такое же привычное ремесло, как для пекаря делать хлеб, а для винодела – вино.
Кто собственным глазам не доверяет Не верит никогда и никому. Но Солнце и Луна коль веру потеряют, Вселенная погрузится во
Кто собственным глазам не доверяет Не верит никогда и никому. Но Солнце и Луна коль веру потеряют, Вселенная погрузится во
вечером? – У нас была небольшая дискуссия, – ответил
вечером? – У нас была небольшая дискуссия, – ответил
Отзывы 8
Если кто-то хочет стать писателем и научиться писать рассказы, близкие к совершенству – по содержанию, форме и стилю – ему надо читать эту книгу. Если кто-то хочет стать читателем по-настоящему грамотным и научиться разбираться в литературе – ему надо читать эту книгу и Брэдбери вообще. Если кто-то хочет получить эстетическое и интеллектуальное наслаждение от чтения – пусть возьмет в руки эту книгу. Ибо это – Мастер. Это – Классика.
Рецензии на книгу «Механизмы радости» Рэй Брэдбери
Бойтесь своих желаний
Идея материальности слова в произведении неразрывно связана с идеей осуществлением желаний, и тут все происходящее по сюжету можно кратенько охарактеризовать пословицей «Язык мой – враг мой». Автор плавно подводит читателя к выводу, что каковы бы не были желания и мечты, все равно нужно знать меру в их воплощении, и осторожно оперировать методами достижения желаемого, иначе однажды можно остаться у разбитого корыта. Вроде бы герои рассказа и ловят удачу за хвост, но захотев многого, собственными руками уничтожают то, что имели и, как водится, не ценили. Да и потом, когда все желания исполнятся, останется ли у человека стимул к жизни или лишь одно желание – вернуть все на свои места? И сможет ли человек выжить без социума, да и нужен ли вообще человек этому миру… Вопросов множество, ответы каждый читатель найдет сам.
Несмотря на то, что описанная в рассказе ситуация ужасна, как и всегда, Брэдбери одной короткой финальной фразой оставляет обязательную лазейку для надежды. «Каникулы» рассказ светлый и по-настоящему летний.
Вот представьте себе, просыпаетесь вы как-то утром, а вокруг никого! Ни души! Только вы и звонкая тишина!
Что будете делать? Паниковать? Визжать от счастья, что теперь никто вас не будет мучить и доставать рутиной? Или, как герои рассказа, устроите себе 30-летние каникулы?
Этот рассказ кстати очень актуален сейчас (а я пишу отзыв 20 апреля 2020 года, когда мы все с вами сидим дома на самоизоляции, бесим друг друга из-за невозможности побыть наедине).
Усталость от большого количества людей; бесконечный поток машин; нескончаемая суета, пустая, часто бестолковая и никому не нужная: вот, что нас окружает. Отчего люди и перестают понимать друг друга, любить, уважать, стремиться быть рядом.
И вот тут и наступают моменты в стиле «Эх, а вот бы всех не стало! Как бы было прекрасно жить!».
Вокруг стрекочут кузнечики, шуршат в траве сотни неизвестных насекомых, где-то деловито жужжат пчелы.
А в небе, превратившись в едва различимые глазом точки, летают ласточки.
У полоски леса на горизонте стелятся плети утренних туманов.
А вокруг, ни души… И никто не нужен… И ты счастлив.
Но счастье ли это: ОДИНОЧЕСТВО?
Лично у меня этот рассказ вызывает лишь чувства безысходности и тревоги, но отнюдь не счастья, что когда-нибудь какой-нибудь «другой род, умеющий сочетать естественное счастье с естественным любопытством, построит города, совсем не такие, как наши, и будет жить дальше».
Будет ласковый дождь, будет запах земли,
Щебет юрких стрижей от зари до зари,
И ночные рулады лягушек в прудах,
И цветение слив в белопенных садах.
Огнегрудый комочек слетит на забор,
И малиновки трель выткет звонкий узор.
И никто, и никто не вспомянет войну —
Пережито-забыто, ворошить ни к чему.
И ни птица, ни ива слезы не прольёт,
Если сгинет с Земли человеческий род.
И весна… и весна встретит новый рассвет,
Не заметив, что нас уже нет.
Рассказы Брэдбери.
С этим сборником я ничего не ожидала от автора, ибо я уже была разочарована известным «Вином из одуванчиков» но прониклась к «Лето, прощай». Сборник рассказов Брэдбери дается не особо легко. Нет, читается хорошо, но вот смысл и философия иногда ускользают.
Совсем молодые видят жизнь впереди и только совсем старые видят жизнь позади. Остальные, те, что между ними, так заняты жизнью, что не видят ничего.
В данном сборнике представлены 21 рассказ. Но не все из них мне понравились.
Рассказ «Именно так умерла Рябушинская» обнаружил во мне страх к чревовещательству, точнее, к этим куклам.
У автора мне нравятся его рассказы о смерти. В данной книге это «День Смерти», про известный мексиканский праздник проводимый с умершими родственниками.
С рассказами же Брэдбери все совершенно по-другому, каждый из них полон до краев в своей лаконичности, выверен с точностью до миллиметра, они подобны совершенному механизму, сбои которого настолько редки и незначительны, что проходят незамеченными.
У нас одна обязанность — быть счастливыми.
А я люблю, когда мое сердце исцарапано литературой.
Наверно каждый хоть раз себе представлял, что останется один. на всей планете. Ничего не надо делать, никуда ходить, ни от кого не зависеть. Для меня мечта даже просто пройти по пустынному магазину, пустой улице, пустому музею. брать что хочу, трогать что хочу. Безмолвные вещи, бесхозные и пустота, но одновременно такая наполненность смыслом и принадлежностью к чему-то.
Жить себе в радость, жить, любить, путешествовать, читать, жить, жить, жить. Без рутины.
Но кого же я стану любить? Кому же я расскажу про книгу? Кто же снимет для меня новый фильм? Кто же отвезет меня через океан? Кто вырастит мне свежих продуктов? Кто сошьет мне новой одежды? Кто будет следить за подачей электроэнергии, в конце концов?
Тебе тоже не с кем играть?
Страшно. Сладко, но очень страшно. Мечта, но несбыточная. И слава Богу!
Хорошо, правда, если бы мы вечером легли спать, а ночью все каким-то образом вернулось на свои места. Все нелепость, шум и гам, ненависть, все ужасы, все кошмары, злые люди и бестолковые дети, вся эта катавасия, мелочность, суета, все надежды, чаяния и любовь. Правда было бы хорошо?
Брэдбери велик и полосат! Мохнат и чешуйчат!
Найти волшебство и радость в каждой мелочи, испугаться ветра, взлететь к звездам.
Это все он!!
Прочитано в рамках флэш-моба «Дайте две!»
Из всех книг Брэдбери эта оказалась самой непонятной и скучной. Состав сборника совершенно невообразим и не подстраивается под какую-то одну тему. Кроме того, во многих рассказах Рей ударяется в политику. А американская политика так же далека от нас, как и Луна. В связи с этим и интерес с пониманием удаляются от читателя.
Хотя при этом есть и бесспорно интереснейшие рассказы, которые настолько хороши, что ради них можно прочитать и остальное)))
P.S. Встал вопрос об актуальном содержании сборника. Количество рассказов расходится от 20 до 21. В итоге под расхождения попадает рассказ «Смерть и дева». Видимо он все же входит официально в состав сборника.
Прочитано в рамках игры Собери их всех! дуэль и ДД АА вместе с AzbukaMorze
А может, он был настоящий бедняк и только в эту зиму начал просить подаяния, продал одежду, чтобы купить еды, и очутился на улице без шапки.»
Механизмы радости
Скачать книгу
О книге «Механизмы радости»
На нашем сайте вы можете скачать книгу «Механизмы радости» Брэдбери Рэй Дуглас бесплатно и без регистрации в формате fb2, rtf, epub, pdf, txt, читать книгу онлайн или купить книгу в интернет-магазине.
Мнение читателей
«Механизмы радости» (1964), несмотря на заявленную концептуальность, крайне неоднородный сборник
Сборник весьма разнообразен по своему наполнению: здесь и детективы, и антиутопии, и притчи, и истории любви
Я уже устала перечислять:) Думаю лучше один раз прочитать, чем сто раз услышать
Какие это механизмы радости, это всё больше механизмы печали, ужаса и психических расстройств
Несмотря на то, что Брэдбери писатель-фантаст, в книге преобладают рассказы жизненные, реалистичные, социальные, ну, и, конечно, есть немного фантастического
Самая прекрасная погода, для того, чтобы уютно расположиться в кресле с книгой и окунуться с головой в волшебные миры
07 Всё началось с «Чикагской бездны»: постапокалиптический рассказ, в центре которого стоит человек, не желающий забывать прошлое, из-за чего за ним и охотятся
Вот читаю, и мысленно ворчу, что, мол «Мда-а-а, это уже не то»
В одном юмористическом рассказе (из серии о Смедли Фейвершеме) и о НЛО Росуэлла 1947, и о тунгусском взрыве!
Все его рассказы разные, но ощущения, которые остаются после прочтения всегда одинаково восхитительны
Потрясающая глубина сюжета, каждый рассказ продуман до мелочей
Рэй Брэдбери «Механизмы радости»
Механизмы радости
The Machineries of Joy
Другие названия: Орудия радости
Язык написания: английский
Перевод на русский: — И. Софронов (Орудия радости) ; 1991 г. — 1 изд. — С. Анисимов (Механизмы радости) ; 1997 г. — 13 изд. Перевод на португальский: — М. Брага, М. И. Брага (As máquinas da alegria) ; 1965 г. — 1 изд. Перевод на украинский: — О. Венгер (Машинерія радості) ; 2016 г. — 1 изд.
Папа Римский дал свое благословение усилиям человечества, направленным на завоевание космического пространства, ибо Господь не намерен ограничивать человека в его попытках покорить космос. Человеку необходимо приложить немалые усилия, чтобы установить новые отношения с Богом и его вселенной. Появляется реальность — пространство, время, энтропия, прогресс, и так всегда. Как совместить науку и религию?
Издания на иностранных языках:
Доступность в электронном виде:
Первый же образец «малой формы» от Рэя Брэдбери весьма меня впечатлил своей сдержанностью. Налицо конфликт, старый как мир, между устоявшимся и новым. Священнослужители: традиционалисты-ирландцы, старающиеся не выходить из ракушки старых и степенных порядков церкви, жить в соответствии заветам старой монастырской церкви. И итальянец-католик, живой и подвижный, жаждущий нового.
В чём конфликт? В космических полётах. В возможности человека штурмовать черноту космоса, скрывающегося за благолепной голубизной небес. Однако стоит ли отвергать это? Разве люди, стремящиеся вверх — не создания Божьи, не его ли это «the Machineries of Joy», как выразился отец Витторини? Да даже весь технический прогресс — не воля Божья?
Лучше всего сказал пастор Шелдон: «Это Божья Вселенная и Господни миры во Вселенной». Если взгляд на мир изменился, глупо оставаться в прокрустовом ложе древних стереотипов, и идти вперёд — вслед за хвостовым выхлопом ракеты. Разве не должен человек склонится пред красотой созданного космоса, и вереницей его чудес?
Вот и основная мысль Брэдбери. Вера не отменяет прогресс. И наоборот.
Jessie, 10 сентября 2017 г.
Немного странное произведение, но отпечатывается в памяти. Заставило задуматься. Священники и их конфликт явно выступают как символы чего-то большего. Так или иначе, они тратят слишком много времени на обсуждения, а наука идет вперед.
На данный момент это первое и единственное, что я прочитал у этого писателя. На мой взгляд, автор не доработал идею (которую, впрочем, я понял не до конца). Какой посыл? Этот рассказ показывает, как вера и убеждения идут в ногу со временем, как у человека меняется мировоззрение? Наверное, так и есть. Во всяком случае, рассказ довольно интересный, умело совмещает тему религии и науки.
Здесь в рассказе речь идёт о священнослужителях. Но, вообще это старинный сюжет об отцах и детях, или дедах и внуках. И именно сейчас, в закончившемся недавно двадцатом и в начавшемся двадцать первом прогресс как никогда ускорился и начал активно проникать во все сферы нашей жизни. И если первые ракеты на мысе Канаверал ещё поражают своей необычностью, то сейчас прогноз погоды на земном шаре, полученный из космоса не удивляет вообще никого.
А Бредбери показывает моменты сомнений и перестройки в сознании. Да, многое проходит мимо моего понимания, я не католик, и вообще не особо религиозный человек, но не почувствовать, что существенное изменение в сознании людей происходит, и писатель отзывается на эти изменения — я не могу. Не могу, впрочем, и по-настоящему прочувствовать весь смысл рассказа. Для этого и в самом деле надо быть земляком его героев.
Честно говоря, не совсем понял, зачем это написано. Теологический спор в лицах и размышление о роли вина в синхронизации ментальностей. Заглавный и самый слабый рассказ в сборнике.
Совместить науку, прогресс и религию — первые пробы в этом направлении Рэя Брэдбери. Вспоминается современная реальность — при полете в космос первого мусульманина все СМИ живо обсуждали правила проведения религиозных обрядов в космосе.
Необычное произведение. Или просто необычный взгляд на проблему? Мы как-то не очень привыкли к религиозному трактованию прогресса.
Vendorf, 25 сентября 2006 г.
Одно из тех произведений, которое заставляет задуматься лишний раз, как и многое в творчестве Брэдбери. Автор решил лишний раз подчеркнуть, что никто как священослужители являются самыми консервативными гражданами.
Почему-то принято считать, наука и религия — вещи несопоставимые, их сложно соединить друг с другом, они слишком различны по сути.
Но автор постарался рассказать, что все идет в ногу со временем. И религия, оплот веры в бога, тому не исключение.
Хотя, с некоторыми «фактиками» в рассказе я согласиться категорически не могу.
Механизмы радости
Рэй БРЭДБЕРИ МЕХАНИЗМЫ РАДОСТИ
1. The Machineries of Joy / Механизмы радости
2. The One Who Waits / Тот, кто ждет
3. Tyrannosaurus Rex / Tyrannosaurus Rex
4. The Vacation / Каникулы
5. The Drummer Boy of Shiloh / Барабанщик из Шайлоу
7. Almost the End of the World / Почти конец света
8. Perhaps We Are Going Away / Может быть, мы уже уходим
9. The Golden Kite, The Silver Wind / Золотой змей, серебряный ветер
10. And the Sailor, Home from the Sea / Как моряк возвращается с моря
11. El Dia de Muerte / День смерти
12. The Illustrated Woman / Иллюстрированная женщина
13. Some Live Like Lazarus / Кое-кто живет как Лазарь
14. A Miracle of Rare Device / Диковинное диво
15. And So Died Riabouchinska / Именно так умерла Рябушинская
16. The Beggar on O’Connell Bridge / Нищий с моста О’Коннела
18. A Flight of Ravens / Стая воронов
19. The Best of All Possible Worlds / Лучший из возможных миров
20. The Lifework of Juan Diaz / Последняя работа Хуана Диаса
21. To the Chicago Abyss / Чикагский провал
22. The Anthem Sprinters / Спринт до начала гимна
Механизмы радости
Отец Брайан решил пока не спускаться к завтраку, поскольку ему показалось, что он слышит там, внизу, смех отца Витторини. Витторини, как всегда, трапезовал в одиночестве. Тогда с кем бы он там мог смеяться — или над кем?
«Над нами, — подумал отец Брайан, — вот над кем».
Он снова прислушался.
В своей комнате, которая располагалась в другом конце зала, был погружен в молитвенное созерцание, а точнее сказать, прятался, отец Келли.
Они никогда не допускали, чтобы Витторини закончил завтрак, о нет! Они всегда умудрялись присоединиться к нему как раз в тот момент, когда он дожевывал последний кусочек тоста. В противном случае чувство вины не давало бы им покоя весь день.
Тем не менее внизу явственно раздавался смех — или послышалось? Отец Витторини, видно, откопал что-то в утренней «Таймc». А то, чего доброго, он сидел полночи, пребывая в скверном расположении духа и потворствуя собственным причудам, перед этим нечистым демоном — телевизором, стоящим у двери, словно непрошеный гость. И теперь, наверно, в его голове, промытой электронным чудовищем, беззвучно крутились шестеренки и вызревали планы какой-то новой дьявольской каверзы, и он сидел, намеренно постясь и надеясь распалить любопытство соседей звуками своего итальянского веселья и выманить их вниз.
— О Господи! — Отец Брайан вздохнул и повертел в пальцах конверт, который приготовил вчера вечером. Он сунул его под рясу в качестве орудия обороны, если все же решится вручить его пастору Шелдону. Сумеет ли отец Витторини обнаружить конверт сквозь ткань с помощью своих черных, быстрых рентгеновских глаз?
Отец Брайан крепко провел ладонью по груди, чтобы разгладить малейшие складки, которые могли бы выдать его прошение о переводе в другой приход.
— Что ж, пошли! — И, шепча про себя молитву, отец Брайан стал спускаться по лестнице.
— А! Отец Брайан! — Витторини поднял взгляд от полной тарелки с завтраком. Негодник даже еще не удосужился посыпать сахаром свои кукурузные хлопья.
У отца Брайана было такое ощущение, будто он шагнул в пустую шахту лифта. Чтобы спастись, он инстинктивно выставил вперед руку и коснулся телевизора. Тот был еще теплым.
— Вы что же, провели здесь всю ночь?
— Я бодрствовал у телевизора, да.
— Ну конечно, бодрствовали! — фыркнул отец Брайан. — Бодрствуют у одра болящего или усопшего, не так ли? Мне довелось кое-что повидать в жизни, но более безмозглой штуки, чем эта, я не встречал. — Он отвернулся от электронного кретина и внимательно посмотрел на Витторини. — И вы слышали далекие крики и завывания духов на этом, как его. Канаверал?
— Запуск отменили в три часа утра.
— И вот вы сейчас сидите здесь, свеженький как огурчик… — Отец Брайан прошел вперед, покачав головой. — Да, мы живем не в самом справедливом мире.
Витторини налил в тарелку молока и тщательно размешивал в нем хлопья.
— А вы, отец Брайан, напротив, выглядите так, словно побывали нынешней ночью на экскурсии в преисподней.
К счастью, в этот момент вошел отец Келли. Увидев, как мало отец Витторини продвинулся со своим завтраком, он будто примерз к полу. Скороговоркой поприветствовал обоих священников, уселся за стол и поглядел на взволнованного отца Брайана.
— Действительно, Уильям, вид у вас весьма неважный. Бессонница?
Отец Келли, склонив голову несколько набок, внимательно оглядел обоих мужчин.
— Что происходит? Может, что-нибудь случилось в мое отсутствие здесь вчера вечером?
— У нас была небольшая дискуссия, — ответил отец Брайан, поигрывая ложкой в тарелке с размокшими хлопьями.
— Небольшая дискуссия! — подхватил отец Витторини. Он чуть было не рассмеялся, однако сдержал себя и сказал просто: — Дело в том, что ирландского священника беспокоит поведение итальянского папы.
— Полноте, отец Витторини, — сказал Келли.
— Пусть продолжает, — пробурчал отец Брайан.
— Чрезвычайно признателен за ваше любезное разрешение, — очень вежливо ответил Витторини, дружелюбно кивнув ему. — Папа римский, видите ли, являет собой постоянный источник благочестивого раздражения если не для всех, то по крайней мере для некоторых ирландских священнослужителей. Почему папу зовут не Нолан? Отчего бы ему не носить зеленую шапочку вместо красной? Почему бы, если уж на то пошло, не перенести собор святого Петра в Корк или Дублин в двадцать пятом веке?
— Надеюсь, на самом деле никто не говорил именно так? — спросил отец Келли.
— Мне недостает смирения, — произнес отец Брайан. — В своей гордыне я, возможно, и сделал подобное предположение.
— При чем здесь гордыня? И что за предположение?
— Вы слышали, что он только что сказал про двадцать пятый век? — спросил отец Брайан. — Так вот, это когда Флэш Гордон и Бак Роджерс влетают в баптистерий через оконный проем и верующие бросаются к выходу.
Отец Келли вздохнул:
— Ах, Господи, опять та самая шутка?
Отец Брайан почувствовал, что кровь прилила к его щекам и они вспыхнули, поэтому он изо всех сил постарался, чтобы она отхлынула к более холодным областям его тела.
— Шутка? Это выходит далеко за рамки простой шутки. Вот уж целый месяц только и слышишь повсюду: «Канаверал то, да Канаверал се, траектории, астронавты». Можно подумать, что это Четвертое Июля, он по полночи не спит из-за этих ракет! Я, собственно, хочу сказать, ну что это за жизнь теперь, что за карусель каждую ночь с этой машиной-Горгоной, которая стоит у дверей и начисто отшибает у вас все мозги, стоит только взглянуть на нее. Я совершенно не могу спать, потому что чувствую, вот-вот все в приходе пойдет прахом.
— Да-да, — согласился отец Келли. — А все-таки это вы там говорили насчет папы?
— Это не о новом, о предпоследнем, — устало ответил Брайан. — Покажите ему вырезку, отец Витторини.
— Покажите, — настаивал Брайан.
Отец Витторини вынул маленькую газетную вырезку и положил ее на стол.
Даже не переворачивая, отец Брайан прочитал плохие новости:
«ПАПА БЛАГОСЛОВЛЯЕТ ШТУРМ КОСМИЧЕСКОГО ПРОСТРАНСТВА».
Отец Келли вытянул палец и осторожно дотронулся до заметки. Потом взял ее и вполголоса с выражением прочитал, подчеркивая ногтем каждое слово:
— «ЗАМОК ГАНДОЛЬФО, ИТАЛИЯ, 20 СЕНТЯБРЯ. Сегодня папа Пий XII дал свое благословение усилиям человечества, направленным на завоевание космического пространства. В выступлении перед делегатами Международного Конгресса по космическим полетам Понтифик сказал: «Господь не намерен ограничивать человека в его попытках покорить космос».
Четыреста делегатов Конгресса, посланцы двадцати двух стран, были приняты папой в его летней резиденции.
«Этот Конгресс, посвященный космическим полетам имеет огромное значение для нашего времени — начавшейся эпохи исследования человеком космического пространства, — сказал папа. — Он затрагивает интересы всего человечества…Человеку необходимо приложить немалые усилия, чтобы установить новые отношения с Богом и его вселенной».
Отец Келли читал все медленнее и наконец остановился.
— Когда была напечатана эта заметка?
— Неужели так давно? — Отец Келли отложил ее в сторону. — Никогда ее не читал.
— Похоже, — сказал отец Брайан, — что вы и я, отец, вообще читаем не очень много.
— Каждый мог пропустить ее, — ответил Келли, — это совсем крохотная заметка.
— Но в ней заложена очень большая идея, — добавил отец Витторини, всем своим видом демонстрируя хорошее настроение.
— Дело в том, что, — перебил Витторини, — когда я впервые заявил об этом, правдивость моих слов была подвергнута очень серьезным сомнениям. Теперь мы видим, что я говорил истинную правду.