Сделка со следствием что это значит
Сделка со следствием что это значит
УПК РФ Статья 317.3. Порядок составления досудебного соглашения о сотрудничестве
1. Прокурор, приняв постановление об удовлетворении ходатайства о заключении досудебного соглашения о сотрудничестве, приглашает следователя, подозреваемого или обвиняемого и его защитника. С их участием прокурор составляет досудебное соглашение о сотрудничестве.
2. В досудебном соглашении о сотрудничестве должны быть указаны:
1) дата и место его составления;
2) должностное лицо органа прокуратуры, заключающее соглашение со стороны обвинения;
3) фамилия, имя и отчество подозреваемого или обвиняемого, заключающего соглашение со стороны защиты, дата и место его рождения;
5) пункт, часть, статья Уголовного кодекса Российской Федерации, предусматривающие ответственность за данное преступление;
6) действия, которые подозреваемый или обвиняемый обязуется совершить при выполнении им обязательств, указанных в досудебном соглашении о сотрудничестве;
7) смягчающие обстоятельства и нормы уголовного законодательства, которые могут быть применены в отношении подозреваемого или обвиняемого при соблюдении последним условий и выполнении обязательств, указанных в досудебном соглашении о сотрудничестве.
2.1. Прокурор разъясняет подозреваемому или обвиняемому, заявившим ходатайство о заключении досудебного соглашения о сотрудничестве, что в случае отказа от дачи показаний в суде в отношении соучастников преступления и иных лиц, совершивших преступления, с учетом положений пункта 2 части четвертой статьи 46, пункта 3 части четвертой статьи 47 настоящего Кодекса его показания могут быть использованы в качестве доказательств по уголовному делу; что на основании статьи 317.8 настоящего Кодекса приговор может быть пересмотрен, если после назначения подсудимому наказания будет обнаружено, что он умышленно сообщил ложные сведения или умышленно скрыл от следствия какие-либо существенные сведения, им не соблюдены условия и не выполнены обязательства, предусмотренные досудебным соглашением о сотрудничестве; что после рассмотрения в порядке, предусмотренном статьей 317.7 настоящего Кодекса, уголовного дела, выделенного в отношении его в отдельное производство, он может быть привлечен к участию в уголовном деле в отношении соучастников преступления и иных лиц, совершивших преступления.
(часть 2.1 введена Федеральным законом от 03.07.2016 N 322-ФЗ)
3. Досудебное соглашение о сотрудничестве подписывается прокурором, подозреваемым или обвиняемым, его защитником.
Справедливость не важна: сделки со следствием за рубежом
Уйти от справедливого суда
Подавляющее большинство приговоров за тяжкие преступления в США результат соглашений о признании вины. В процентном соотношении от общего числа их около 94% на уровне штатов и около 97% на федеральном уровне. Аналогичные цифры для обвинительных приговоров по делам о мелких правонарушениях еще выше.
Как это работает
В идеале, сделки о признании вины в США работают так: ответчики, в отношении которых имеются явные доказательства вины, берут на себя ответственность за свои действия, а в обмен получают смягчение ответственности. Предотвращается длительное и дорогостоящее судебное разбирательство, от чего выигрывают все.
Но в последние десятилетия американские законодатели криминализировали столько деяний, что полиция ежегодно арестовывает миллионы людей. Так, в 2015 году было почти 11 миллионов арестованных. На деле полноценный судебный процесс в отношении значительной части лиц, обвиняемых в совершении преступления, приведет к прекращению разбирательства, подтверждают юристы. Но признать вину до суда для обвиняемого оказывается проще. По словам Стефаноса Бибаса, профессора права и криминологии юридического факультета Университета Пенсильвании, система уголовного правосудия превратилась в «мощный, обременительный механизм, который загоняет всех в свои ряды», и именно благодаря быстрому завершению сделки о признании вины обеспечивают нормальную работу этого механизма.
По мере накопления обвинителями власти в последние десятилетия судьи и государственные защитники в США утратили ее. Чтобы побудить обвиняемых к даче показаний, прокуроры часто угрожают «наказанием в судебном порядке»: сообщают, что обвиняемым будут предъявлены более серьезные обвинения и вынесены более суровые приговоры, если их дело рассмотрят в суде.
На деле это, как правило, не так. Зато факт, что у системы нет ресурсов, чтобы рассмотреть такое число дел. Например, около 80% обвиняемых имеют право на защитника, в том числе от государства, но обеспечить реализацию этого права было бы невозможно.
1633 год : Галилео получает «домашний арест» от инквизиции в обмен на чтение еженедельных псалмов о покаянии и отказ от коперниканской ереси.
1931 год : Аль Капоне хвастается легким приговором за признание себя виновным в уклонении от уплаты налогов и нарушении запрета. Затем судья объявляет, что он не связан договором, и Капоне отбывает семь с половиной лет в Алькатрасе.
1990 год : Сталкиваясь с серьезными федеральными обвинениями в инсайдерской торговле, Майкл Милкен признается в мошенничестве с ценными бумагами; вскоре после этого срок его 10-летнего заключения сокращается до 2 лет.
Сделка для бедных
Когда появились сделки
Преимущества соглашений о признании вины стали еще более очевидными во второй половине 20 века, когда Верховный суд вынес ряд решений, предусматривающих надежную защиту обвиняемых в уголовных делах. Судебные разбирательства становятся еще более длительными и обременительными, и поэтому прокуроры все чаще прибегают к сделкам о признании вины. Судьи не против.
До 1960-х годов от четверти до трети обвинений в совершении уголовно наказуемых преступлений привели к судебному разбирательству.
Сделка как угроза
Несмотря на то, что сделка со следствием позволяет быстро оказаться на свободе при небольших нарушениях, в перспективе последствия могут быть плачевными. Так, при повторном задержании наказание окажется куда более суровым, чем могло бы быть даже при максимальном наказании по первому преступлению. Очередное задержание заработать очень легко: сотрудники полиции обладают широкими полномочиями при решении вопроса о том, нарушает ли то или иное лицо закон. Иногда они арестовывают людей, когда те спят в публичных местах или подозрительно долго сидят на скамейке. Один из таких случаев касался женщины, преступление которой, по словам офицера полиции, заключалось в том, что она «примерно в 1:30 ночи шла по дороге без уважительной причины».
Отменить нельзя реформировать
Но сделки о признании вины не отменяются, поэтому у реформаторов есть практические предложения по их совершенствованию. Эксперты предлагают более тщательно объяснять желающим пойти на сделку, чем это может грозить, а также ввести так называемый «период охлаждения» при даче показаний по тяжким преступлениям.
Эксперты полагают, что это позволило бы вернуть часть полномочий от обвинителей к судьям и сделать заявления более легитимными, что, в свою очередь, принесло бы «большую социальную выгоду».
Другие страны
Скандинавские страны в основном сохраняют запреты на эту практику.
Мнимый компромисс: почему Верховный суд ограничивает сделки со следствием
11 апреля пленум Верховного суда России одобрил внесение в Думу законопроекта, в котором предлагается исключить возможность особого порядка рассмотрения уголовных дел для совершивших тяжкие преступления, оставив ее только для преступлений небольшой и средней тяжести, то есть по статьям, предусматривающим наказание до пяти лет лишения свободы. Сейчас ч. 1 ст. 314 УК РФ допускает особый порядок рассмотрения по уголовным делам со сроком лишения свободы до десяти лет.
Особый порядок рассмотрения уголовных дел предусматривает полное признание обвиняемым своей вины, его согласие с предъявленным обвинением и лишает его права в дальнейшем обжаловать обвинительный приговор по существу. За это суд назначает ему наказание на треть ниже максимального.
Невыгодная сделка
Еще в 2012 году Институт проблем правоприменения провел социологическое исследование особого порядка, которое показало, что «для преступлений небольшой тяжести подсудимый, выбравший особый порядок судебного разбирательства, проигрывает. Избрание особого порядка лишает его шансов на прекращение дела по нереабилитирующим основаниям (например, в связи с примирением с потерпевшим); вместе с тем ожидаемого смягчения наказания по сравнению с теми, чьи дела были рассмотрены в общем порядке, не наблюдается». Это означает, что надежды на уменьшение наказания для лиц, обвиняемых в совершении преступления, не подтверждаются судебной практикой.
Получается, что особый порядок — игра с заранее известным победителем и проигравшим. Оптимизируя судопроизводство до степени его отсутствия, следствие, прокуратура, суд получают очевидную выгоду от особого порядка в виде сокращения трудозатрат на производство и получения положительного для них результата еще до начала состязания. Но в чем выгода для обвиняемого? Причины, подвигающие обвиняемых к выбору особого порядка, имеют неявный характер и формально не основаны на законе, но от этого они не становятся менее значимыми. Дело в том, что непризнание вины российская система судопроизводства склонна толковать как неповиновение воле государства, своего рода «проявление неуважения к власти». Последствием могут стать месяцы и годы, проведенные обвиняемым в следственном изоляторе в ожидании суда, зачастую в нечеловеческих условиях, и в большинстве случаев — все с тем же предсказуемым результатом в виде обвинительного приговора с наказанием, близким к максимальному.
Признание вины и выбор особого порядка открывают осужденному доступ к более прозрачному и предсказуемому в его понимании механизму сокращения срока наказания, нежели состязательное судопроизводство в его нынешнем виде. Речь идет об условно-досрочном освобождении. Для приобретения права на ходатайство об УДО осужденному необходимо отбыть треть срока наказания за преступление небольшой и средней тяжести и половину срока за тяжкое преступление. По статистике ВС, к 2005 году в России удовлетворялось около 80% ходатайств об УДО, в 2010-м — 57%, а к 2015 году — лишь порядка 40%. Однако при доле оправдательных приговоров в 0,2% никакое сокращение применения УДО не в состоянии преодолеть интерес обвиняемых к особому порядку. И никакие повышающие коэффициенты при зачете срока, проведенного в следственном изоляторе, не отменяет опасений обвиняемых провести больше времени в СИЗО из-за проявления несогласия с обвинением.
Такое положение дел порождает российскую редакцию «Дилеммы заключенного»: соглашаясь с предъявленным обвинением в особом порядке (по сути, не требующим доказательств), обвиняемый отвергает возможность последующей реабилитации и обрекает себя на уголовное наказание. При этом он избегает содержания в СИЗО, или существенно сокращает срок содержания, одновременно приближая срок и вероятность условно-досрочного освобождения. Напротив, возражая обвинению, он фактически противопоставляет свою волю воле государства. При этом обвиняемый рискует, что на него будет оказываться незаконное (и, как правило, безнаказанное) давление. Вероятность, что, пройдя через все круги ада, именно он окажется в числе счастливчиков и будет оправдан судом, равна, как уже было сказано, 0,2%.
Сократить обвинение, а не процедуру
Государственная власть и судебная система озабочены такой ситуацией. Еще в марте 2017 года заместитель председателя Верховного суда Владимир Давыдов сообщал, что ничтожное количество оправдательных приговоров в России связано с тем, что 90% подсудимых признают свою вину.
В марте нынешнего года уже генеральный прокурор России Юрий Чайка заявил на расширенном заседании коллегии Генпрокуратуры, что одной из важных причин ухудшения качества расследования является «чрезмерное использование особого порядка рассмотрения уголовных дел». Он также сообщил, что эта проблема обсуждалась с Верховным судом и ее решение возможно через законодательное ограничение на рассмотрение уголовных дел в особом порядке.
Предложенный Верховным судом законопроект как раз и вводит такое ограничение. Но решит ли он проблему по существу? Вряд ли.
Реальная проблема в том, что отечественный механизм особого порядка, внешне похожий на сделки с правосудием в системе общего права, по сути, таковой не является. В англо-американском праве соглашение о признании вины подразумевает обязательный, прозрачный и ясно регламентированный отказ обвинителя от части обвинения в обмен на согласие обвиняемого признать свою вину по менее тяжким пунктам обвинения. В противоположность этому российское прочтение «сделки с правосудием» изначально предполагает обязательное и необратимое согласие обвиняемого с предъявленным ему обвинением в полном объеме.
Таким образом, особым порядком редуцируется лишь процедура судопроизводства, но не объем обвинения, в то время как обвиняемый в первую очередь заинтересован в обратном.
Сделка со следствием: есть ли в ней смысл?
Случается, что на стадии предварительного следствия перед подозреваемым или обвиняемым по уголовному делу возникает дилемма: пойти ли ему на заключение досудебного соглашения о сотрудничестве («сделка со следствием»), признав этим свою вину и в дальнейшем содействуя следствию в раскрытии совершённого преступления, или этого делать не следует.
С одной стороны, в сделке со следствием есть очень привлекательная сторона: суд может назначить в качестве наказания не больше половины максимального срока, предусмотренного санкцией соответствующей статьи Уголовного кодекса.
Но не всё так просто, как выглядит в телесериалах, поскольку сделка со следствием априори предполагает наличие ряда рисков, о которых необходимо знать тому, кто собирается сделать такой шаг.
Для начала следует вспомнить, что государство ничего и никому просто так не предлагает, а значит, досудебное соглашение о сотрудничестве выгодно именно государству в лице правоохранительной и судебной системы. Соответственно, для подозреваемого и обвиняемого в этой возможности по определению заложено то, что в народе именуется словом подлянка.
Поэтому давайте посмотрим, какой профит в сделке со следствием имеет каждая сторона, каков порядок заключения такой сделки и какие риски здесь присутствуют.
Cui prodest
В переводе с латыни это означает «кому выгодно?». И вы не ошибётесь, если предположите, что наибольшую выгоду от досудебного соглашения о сотрудничестве получает следователь, прокурор и судья.
Причин множество: для следователя это сокращение сроков предварительного следствия, экономия его сил и времени, возможность быстро заткнуть все или хотя бы большинство дыр в доказательственной базе, и прочее-прочее-прочее.
Поскольку дела, по которым подозреваемый или обвиняемый заключили сделку со следствием, имеют существенные шансы быть рассмотренными в судах в особом порядке, судьи также в выигрыше. Ведь такие «быстродела» и уменьшают нагрузку на судейский корпус, и судьи с чистой совестью, не опасаясь общественного порицания могут назначать подсудимому значительно более мягкую меру наказания, чем в общем случае.
Согласно статданным Судебного департамента при Верховном суде РФ, всего в 2019 году было осуждено 620 054 человека. Из них:
-374 384 человека признали свою вину и попросили рассмотреть дело в особом порядке;
-3009 человек заключили досудебное соглашение со следствием.
И на последнем месте по выгодности результатов заключения сделки со следствием находится подозреваемый или обвиняемый, который взамен получает шанс на сокращённые сроки следствия и надежду на более мягкий приговор.
Почему «шанс» и «надежду», а не гарантию?
Порядок заключения соглашения
Инициатором заключения сделки со следствием выступает подозреваемый или обвиняемый, который с этой целью подготавливает на имя прокурора соответствующее ходатайство. Данный документ подписывает он сам и его защитник.
«В этом ходатайстве подозреваемый или обвиняемый указывает, какие действия он обязуется совершить в целях содействия следствию в раскрытии и расследовании преступления, изобличении и уголовном преследовании других соучастников преступления, розыске имущества, добытого в результате преступления».
Часть 2 статьи 317.1 УПК РФ
Аналогичная ситуация и в том случае, когда ходатайство всё же попадает на стол прокурора: у него также имеется право либо удовлетворить ходатайство подозреваемого или обвиняемого, либо отказать.
Допустим, что ходатайство подозреваемого либо обвиняемого удовлетворено: в этом случае прокурор приглашает следователя, подозреваемого или обвиняемого и его защитника для того, чтобы с их участием составить досудебное соглашение о сотрудничестве, как того требует статья 317.3 УПК РФ.
Часть вторая той же статьи определяет содержание такого соглашения, и в нём, помимо прочего, должны содержаться следующие сведения:
Обратите внимание: действия, которые подозреваемый или обвиняемый обязуется совершить при выполнении им обязательств, прописываются в соглашении весьма скрупулёзно. И, к сожалению, не все подозреваемые или обвиняемые осознают важность данного условия.
В результате происходит следующее:
Нарушение условий соглашения
Тут вы наверняка возмутитесь: а на каком это основании? Что за произвол?
Ну, например, после заключения сделки со следствием оказалось, что подозреваемый или обвиняемый ввёл прокурора и следователя в заблуждение, и может сообщить только сведения о собственном участии в совершении преступления, или сведения, которыми следствие располагает и без него; а все остальные обязательства по досудебному соглашению выполнить не может.
Или неоднократно нарушает другие условия сотрудничества, закреплённые в соглашении, а их в нём, поверьте, немало.
И вот тут прокурор по своему усмотрению может вынести постановление об изменении досудебного соглашения о сотрудничестве и составить новое соглашение, либо вынести постановление о прекращении действия досудебного соглашения.
Разумеется, учитывая размытость формулировок части 5 статьи 317.4 УПК РФ, в руках у прокурора имеется почти неограниченная власть над подозреваемым или обвиняемым, с которым было заключено досудебное соглашение о сотрудничестве. И случаев, когда эта власть используется, скажем так, в угоду каким-то личным интересам, предовольно.
Выводы
2. В случае, когда подозреваемый или обвиняемый имеет возможность заручиться поддержкой опытного защитника, и признавать вину он в принципе не собирается, то вопрос об использовании досудебного соглашения о сотрудничестве теряет актуальность полностью. Ну, или почти полностью.
В чем опасность сделки со следствием
Опасная сделка со следствием
Одним из методов добывания доказательств является досудебное соглашение о сотрудничестве со следствием ( Глава 40.1 УПК РФ ). Сделка со следствием заключается и регулируется на основании данной правовой нормы.
О сделке простым языком
Следователи, если по закону это возможно, предлагают подозреваемому или обвиняемому заключить соглашение о сотрудничестве со следствием. Смысл такого соглашения заключается в том, что фигурант после подписания соглашения обязан рассказать следователю об обстоятельствах своих, чужих преступлений. Иногда это бывает оптимальным решением для фигуранта, когда он уже дал признательные показания и его вина доказана другими материалами дела.
Сотрудничество (сделка со следствием) — это законодательно установленный способ собирания доказательств, выявления и раскрытия преступлений с помощью и с участием самих преступников
«Подводные камни» сделки
Однако, соучастие в расследовании вовсе не гарантирует фигуранту защиту его прав, обещанных законом. То есть, сотрудничество со следствием в таком виде вовсе не обеспечивает фигуранту ожидаемые блага, которые ему обычно описывает следователь. Сделка клиента со следствием может быть для него опасна по следующим причинам.
Согласно закону, участие в расследовании по делу на основании соглашения о сотрудничестве для фигуранта, является смягчающим наказание обстоятельством, с учетом которого суд при его назначении возможно установит фигуранту наказание не более половины от самого строгого по статье обвинения ( ст. 62 УК РФ ) или возможно применит наказание ниже низшего предела. Или назначит наказание более мягкое, чем предусмотрено статьей, или не применит дополнительное наказание к основному ( ст. 64 УК РФ ).
Обратите внимание! Во всех случаях здесь ключевое слово — «возможно». То есть, суд вправе, но не обязан применить данные положения статей, даже если фигурант в полном объеме выполнил условия соглашения.
Оценка его действий полностью по закону принадлежит судье и является субъективной. И не забудьте, что фигурант должен при этом признать свою вину в совершении преступления, которое он может быть даже и не совершал!
Кроме того, следователи, побуждая фигуранта к соучастию в расследовании дела, обычно рассказывают о преимуществах смягчающих обстоятельств, но умалчивают два момента, когда сделка со следствием может обернуться против самого фигуранта.
Как я уже указал выше, соглашение о сотрудничестве со следствием заключается между фигурантом и прокуратурой. При этом закон позволяет прокурору расторгнуть с фигурантом такое соглашение в прямо указанных в законе случаях или в случае выявления данных о несоблюдении или о невыполнении фигурантом условий соглашения ( ст. 317.1 УПК РФ ).
Важно запомнить:
Мои рекомендации:
Публикация подготовлена с использованием материалов информационно-правового портала Консультант Плюс (http://www.consultant.ru)
Если мой сайт РОСТОВСКИЙ АДВОКАТ Вы считаете полезным и он может еще пригодиться в жизни, оставьте его в закладках или поделитесь им с друзьями. И не забудьте получить мой бесплатный СПРАВОЧНИК КЛИЕНТА.